Вероника Ева – Невеста супергероя (страница 21)
— Ты
Всю оставшуюся дорогу она просто радовалась тому, что наконец оказалась на свежем воздухе. Конечно, если так можно было сказать о задымленном выхлопами от машин городском кислороде. Но она все равно открыла окно и отвернулась к нему, ловя лицом прохладные потоки и свет фонарей. Она старалась не думать о Марке, чтобы не накрутить себя раньше времени, но ей это плохо удавалось.
Как и всегда, она спокойно продумывала варианты развития событий, откинув страх за друга на второй план. По крайней мере это помогло ей, хотя бы на время, запереть в своей голове мысли о том, кто сейчас сидел рядом с ней в смешной маске из магазина маскарадных костюмов. О том, что он находился совсем рядом от нее, достаточно лишь руку протянуть и дотронуться… Но вот с «дотронуться» она будто спотыкалась о невидимую кочку, чертыхаясь.
Ей казалось, что она ступает по рыхлой почве. Куда ступить, чтобы не провалиться? Где искать истину: в своих собственных эмоциях, предупреждениях разума или чувстве долга перед всем миром?
Когда машина остановилась у небольшого двухэтажного дома, Лив сжала кулаки. Ногти вонзились во внутреннюю сторону ладоней, но она этого даже не заметила, спешно покидая средство передвижения.
Марк Деррик Девис. Тот, кто был рядом с ней целый год, но по ощущениям целую вечность. Тот, кто подсаживал ее на высокое окно, чтобы сбежать с пары физкультуры, а потом тихонько дул на ее коленки, ободранные от падения, намазывая их йодом. Тот, кто воровал ее картошку фри, а потом покупал ей взамен мороженное, смеясь, напоминая, что потом ей придется отрабатывать его в тренажерном зале. Тот, кто учил ее ездить на велосипеде, чтобы она могла экономить на проездах. Тот, кто менял лампочки в ее доме, когда они перегорали. Тот, кто возмущался, как мальчишка, когда плюнул жвачку против ветра, а она вернулась обратно прямиком в его волосы. Тогда ей пришлось долго извлекать ее оттуда, потому что Марк очень долго отращивал волосы, чтобы собрать их именно в эту стрижку.
Август коротко кивнул ей, выходя из машины и скрылся где-то за углом дома, не говоря ни слова. Лив же, не в силах больше сдерживаться, кинулась ко входу и вдавила палец в звонок. Дверь открылась почти сразу. Лив прислушалась прежде, чем войти. Ни грохота, ни криков. Ничего. Тишина.
И она вошла, нашаривая на стене выключатель, потому что в комнате было темно, хоть глаз выколи. Гостиную залило ярким желтоватым светом, и она увидела его. Марка. Он одиноко сидел на диване и казался расслабленным. Но она сразу обратила внимание на то, как напряглись мышцы на его руках. У его ног стояла большая дорожная сумка.
— Что я не стану есть ни при каких обстоятельствах? — Его голос казался оглушающим в этой звенящей тишине. Лив сделала неуверенный шаг к нему, но он предостерегающе вскочил на ноги, смерив ее тяжелым взглядом.
— Эй, это же я… — Растерянно пролепетала она, медленно вскидывая руки в стороны.
— Мне повторить вопрос? — Мрачно отозвался он.
— Манную кашу. Даже под пытками не станешь, — робко пролепетала она, а Марк сорвался с места так стремительно, что она и отскочить не успела.
— Это все еще ты, — и крепко обнял ее, приподняв от земли. Лив шумно выдохнула и уткнулась носом в его плечо, сомкнув руки вокруг его напряженной шеи в ответ.
— Что случилось? — Ее голос звучал приглушенно через ткань его белой футболки.
Ей показалось, что от ее вопроса друг перестал дышать. Он молчал. Очень долго молчал, а она считала его едва слышные вдохи и выдохи на своей макушке. А после и вовсе позволил ей соскользнуть на пол и отстранился, напоследок потрепав ее по светлой голове.
— Кто-то из них пришел с тобой, да? Они не отпустили бы тебя одну, — он осмотрелся по сторонам, а Лив первые мгновения не могла понять, о чем он говорит. А затем поняла. И это понимание пронзило ее зарядом тока.
— О ком ты? — Иногда лучше прикинуться дурой. Об этом знает каждая девушка.
— Лив… — Наконец, Марк перевел на нее свой яркий взгляд голубых глаз. Он выглядел очень уставшим и виноватым. — Сначала я должен сказать тебе, что ты должна мне доверять. Я всегда заботился о тебе, и это не изменилось. Я люблю тебя, ты ведь знаешь это?
— Марк, пожалуйста, объясни мне, что происходит, — взмолилась она и схватила его безвольно повисшие руки в свои, сжав пальцы. — Я думала, ты в опасности.
— Так и есть. Мы все в опасности. И я, и ты, — Марк нахмурился, а его шрам, пересекающий бровь, изогнулся. Что-то изменилось в нем, но Лив никак не могла понять, что именно. Что-то едва уловимое. — Поэтому я и позвал тебя сюда. Чтобы защитить. Все, что я делал — чтобы защитить тебя.
— Да объясни ты уже хоть что-нибудь! — И снова она чувствовала, будто все вокруг что-то знают, но ей не говорят. Раз за разом к ней возвращалось это чувство. И это раздражало. Ох, как же сильно она бесилась от этого неведения! Выпустив его пальцы, она скрестила руки на груди и поджала губы, ясно давая понять, что не сдвинется с места, пока не получит адекватных объяснений.
— Вот только не делай лицо училки, оно меня пугает, — хохотнул парень, но ухмылка тут же стерлась с его лица. Он колебался. То ли не хотел говорить, то ли просто не знал, с чего начать. Но ее взгляд был непоколебим, и это всегда действовало безотказно на ее Марка. Поэтому он поднял вверх руки, сдаваясь, и присел на подлокотник дивана, опустив голову вниз. — Ты только пойми меня правильно, Лив. И помни то, что я сказал тебе раньше.
— Я пойму тебя. Просто расскажи мне, — уже мягче попросила она и потрепала его по голове.
— Я не тот, кем ты меня считала, — Марк продолжал смотреть себе под ноги, прикрыв глаза челкой, и за весь рассказ так и не поднял на нее головы. — И наша встреча была не случайной. Я не люблю литературу. И поступил в этот универ я только потому, что мне поручили втереться к тебе в доверие.
Лив застыла на месте, ощущая, как занемели щеки из-за отхлынувшей от них крови. Она молчала. И не спешила делать импульсивных выводов. Ее мир рушился, но она ловила эти осколки и сжимала их в ладонях, не позволяя им упасть на землю. Но они царапали ей руки.
— Все, что остальные считали случайным — не случайно. Мой брат Кью — ты его не знаешь — один из тех, кто затеял все это. А я втянулся в это только из-за него, у меня, наверное, и выбора-то не было, он же мой брат… Сначала вникал в его идеологию, в то, чего они добиваются, и все это казалось мне таким логичным. Просто они умели преподнести это в такой радужной обертке, понимаешь? А потом мне поручили сблизиться с тобой. Тогда я еще не знал зачем. И я сблизился. По-настоящему. Привязался к тебе. Все, что я говорил тебе — правда. Наши отношения — правда! — В сердцах Марк вскочил на ноги, но так и не решился взглянуть на нее. А Лив перестала ощущать себя. Перестала замечать все, что происходило вокруг. Она судорожно втягивала в себя каждое слово и просто пыталась понять. — Когда ты сбежала с героями, я злился на тебя. Потому что надеялся, что когда-нибудь смогу рассказать тебе все, и ты присоединишься к нам. Но потом я узнал зачем ты была им нужна и… У меня открылись глаза. Они чудовища, Лив. Мой родной брат — чудовище. И я решил, что пора бежать. Мы с тобой убежим из этого города. Подальше от них. Вместе. Я смогу тебя защитить. Я не отдам тебя им.
И тогда он впервые посмотрел на нее. Лив тяжело дышала. Ей думалось, что, когда он посмотрит на нее, она увидит абсолютно другого человека. Но это был все тот же Марк. Запутавшийся и растерянный. Но все еще ее лучший друг.
— Зачем я им нужна? — Шепотом спросила она, понимая, что даже при желании не сможет пошевелить сейчас и пальцем. Все, что ей оставалось — рвано дышать, пытаясь успокоить сердцебиение.
— Лив… — Взмолился Марк, проведя ладонью по лицу. — Я не хочу, чтобы ты потом думала об этом, представляла, просто… Просто доверься мне. Давай уедем отсюда. Куда захочешь. Главное — подальше.
У нее в голове пронеслось с десяток вариантов развития событий. Ей показалось, что она думала над этим целую вечность, но на самом деле она успела сделать ровно четыре вдоха и выдоха. Она продолжала считать. Какая глупость.
— Им нужна именно я, говоришь? — Нижняя губа ныла от того, что она откусила от нее слишком много кожи. Она всегда кусала губу, когда волновалась.
— На данный момент альтернативы не нашлось, да.
— Тогда мы сделаем только хуже, убежав, — покачала головой она, а Марк уже открыл рот, чтобы возразить, но она остановила его, выставив перед собой руку. — До этого сверхлюди почти не покидали города. Если я действительно им так сильно нужна, они отправятся на наши поиски. Разбредутся по миру. Начнут бесчинствовать и нападать на людей и там. А супергерои не могут разорваться. Понимаешь? Бежать в этой ситуации, если я ее правильно поняла — не выход.
— Ты не понимаешь! — Рыкнул Марк и в сердцах схватил ее за запястье, потянув на себя. Но Лив устояла на ногах, упрямо уставившись на друга. — Они достанут тебя, если останешься! Заставят меня достать тебя!
— Марк, мне больно, — поморщилась она, выкручивая руку.