Вероника Дуглас – Поцелуй охотника (страница 26)

Я была той, кто убивала ее.

Королева мягко улыбнулась мне и положила ладонь на мою руку.

— Теперь ты понимаешь, почему твоей матери нужна наша помощь и почему нам пришлось привезти ее сюда. Это единственное место, где у нее есть шанс.

Целый ряд эмоций бурлил во мне, когда я молча следовала за Сарионом обратно по залам хрустального дворца. Я пыталась запомнить наш путь, но мой разум не мог оторваться от матери. Мой договор с королевой позволял нам уехать, когда мы захотим, но я никак не могла взять с собой маму, не сейчас, когда она была такой больной и очарованной.

Я должна была найти способ помочь ей.

Мы поднялись по винтовой лестнице и, наконец, оказались в изогнутом коридоре. Сарион остановился у большой деревянной двери, расположенной между двумя дверьми поменьше, затем отпер ее и широко распахнул.

— Из всех комнат башни открывается прекрасный вид, но этот тебе должен понравиться.

Я вошла внутрь.

Шестиугольная комната была освещена светом, льющимся через пару больших окон, выходящих на открытый балкон. Кровать с балдахином стояла в центре комнаты, окруженная шестью спиралевидными мраморными колоннами, которые поддерживали куполообразный потолок.

— Тебе все нравится?

— Здесь волшебно, — выдохнула я, медленно обходя кровать.

Цвета хрустальных стен, казалось, смещались и менялись по мере моего движения, как будто сам камень был живым. И, как и везде во дворце, виноградные лозы вились по каменной кладке — безошибочное напоминание о том, что нигде нет свободы от власти королевы.

Это было волшебно, но я кипела внутри и была на пределе своих возможностей. Как только дверь за мной захлопнулась, я повернулась к нему.

— Какой бы элегантной ни была эта комната, моя мать и я находимся в плену намерений королевы. Я влипла в эту историю из-за тебя.

Я дрожала от ярости — из-за нападения на карету, из-за того, что я снова оказалась в ловушке, и из-за всего, что случилось с моей матерью. Я была ошеломлена, и мне было чем заняться.

Сарион побледнел.

— Вулфрик был тем, кто пытался похитить тебя, я просто…

— Вместо этого похитил меня. Ты солгал о природе войны и позволил мне поверить, что опустошение вдоль границы произошло по вине Темного Бога.

Сарион попятился, когда я обогнула край кровати.

— Все это простительно, за исключением того, что ты рассказал королеве о моей матери и ее болезни. Она здесь и под чарами благодаря тебе.

Черты его лица напряглись от сожаления.

— Она была больна, и я боялся, что Темный Бог Волков воспользуется ею как рычагом давления.

— Так что теперь королева может использовать ее вместо него. Тебе не следовало втягивать ее в это.

Он протестующе поднял руки.

— У меня были только самые благие намерения.

Мои клыки и когти выскользнули наружу.

— Благие намерения? Ты собирался убить меня.

— Мне было приказано помочь тебе сбежать. Если бы я обнаружил, что ты помогаешь Темному Богу Волков, я должен был убить тебя. Но я бы этого не сделал. Я бы не смог.

Я сжала кулаки, когти впились в ладони.

— Какие теперь будут приказы? Докладывать обо всем, что я скажу? Запрешь меня в тот момент, когда я переступлю черту?

Сарион отвернулся, черты его лица посуровели.

— Королева уже приказала казнить меня, если с тобой что-то случится. Немедленно.

В тот момент, когда он встретился со мной взглядом, я поняла, что это правда. Мой желудок скрутило, и я почесала свой шрам, который начал зудеть.

— Я думаю, это довольно веская причина, чтобы сохранить мне жизнь.

Сарион подошел к балкону и выглянул наружу.

— Это моя вина. Позволь мне искупить свою вину. Позволь мне быть твоим другом при дворе. Здесь полно гадюк, и нет никого, кому ты могла бы доверять.

— Я могу тебе доверять?

Он положил руку на боковые ножны.

— Простишь ты меня или нет, я буду служить тебе здесь больше всех.

Я остановилась в ногах кровати, ошеломленная намеком.

— Ты понимаешь, что технически это измена твоей королеве.

— Меня волнует только твоя безопасность.

Он несколько раз задержал на мне взгляд, затем постучал в богато украшенную балконную дверь.

— Если Тёмный Бог Волков рискнул напасть на твою карету, он попробует снова. На ночь закрывай эти двери. Они зачарованы — превращаются в камень. Никто не сможет проникнуть, пока ты спишь.

Я кивнула.

— Рада это знать.

За исключением того, что правда заключалась в том, что Темный Бог мог посещать меня в любое время, когда захочет, с каменными дверями или без. Я снова почесала свой шрам и замерла.

Черт. Прямо сейчас он наблюдал за мной.

Я так привыкла к едва уловимому воздействию его магии, что начала игнорировать это. Но ощущение его присутствия было безошибочным, оно пробегало по моей коже подобно мягкому шепоту. Дрожь пробежала по моей спине, и я посмотрела в темные углы комнаты.

Я не видела мягкого сияния его глаз или силуэта его фигуры, но я знала, что он был там, скрываясь в тени. Охотится на меня.

— Все в порядке? — спросил Сарион, медленно обхватывая пальцами рукоять клинка.

Я присела на край кровати.

— Меч тебе ни к чему. У меня был долгий день. Я просто думаю, что мне нужно отдохнуть и все обдумать.

— Конечно.

Он поклонился и направился к двери, затем остановился возле пары свисающих веревок.

— Если тебе что-нибудь понадобится, та что с лева вызывает меня, а с права — твою горничную. Наши комнаты по обе стороны от твоей.

— Удобно.

Чтобы шпионить за мной.

— Это для твоей безопасности, — сказал Сарион, словно прочитав мои мысли.

Он снял с пояса большой ключ и бросил его мне.

— Твоя горничная принесет ужин, и если ты пожелаешь выйти из своей комнаты, я провожу тебя, куда тебе нужно.

Я повертела ключ в руке.

— Спасибо… Я серьезно. Было бы хорошо иметь друга при дворе.

Он мог быть шпионом, но я не собиралась отгораживаться от него, как это было во владениях Аурена.