Вероника Дуглас – Обреченные судьбы (страница 66)
Она напряглась.
— Ты не простил их?
Осознавали они это или нет, но она спасла их от королевы. Я был уверен, что однажды она поможет им избежать их участи.
Я повернул на юго-восток, в сторону Камня Теней, с восхищением глядя на горизонт. Стена исчезла, и я мог улететь так далеко, как хотел. Я больше никогда не буду биться крыльями о край барьера в отчаянии, не в силах подняться выше.
Впервые за тысячу лет я смог бы путешествовать по этим землям. Мы сделали бы это вместе, открывая мир заново.
Саманта наклонилась вперед, прижимаясь лицом к моим перьям. Я наслаждался теплом ее тела и мягким прикосновением ее рук, обвившихся вокруг моей шеи. Она была моей свободой и моей радостью, и она была моей.
Мы летели низко над Фростфоллом и Красными горами, но не останавливались, пока не достигли Камня Теней.
Я взмыл ввысь перед широким балконом, ведущим в мою комнату, затем снова принял человеческий облик. Саманта вскрикнула от удивления, когда мы преодолели последние несколько метров до камня, и я повернулся, чтобы подхватить ее на руки.
— Нам нужно поработать над тем, чтобы спешиваться, если мы собираемся сделать это снова.
Она рассмеялась, ее глаза заблестели.
— Ты чуть не довел меня до сердечного приступа, вот так обращаясь в воздухе.
— Кто сказал что-нибудь насчет спешивания? — спросил я, усаживая ее на каменные перила и проскальзывая между ее ног.
— Судьбы, Кейд! — воскликнула она, оглядываясь через плечо. — До земли триста футов. Если я упаду…
— С тобой все будет в порядке, потому что теперь ты богиня. Потому что я поймаю тебя. Потому что нет такой опасности, с которой ты не могла бы столкнуться, ни смертной, ни божественной.
Я притянул ее голову к себе и страстно поцеловал, вложив в поцелуй всю силу сдерживаемых эмоций, которые теснились в моей груди. Надежда. Желание. Ужас. Я так много держал в себе так долго — но не больше. Саманта была моей, отныне и навеки.
Ее губы приоткрылись, и ее язык прошелся по моему, посылая волны наслаждения по моей коже. Я наклонился к ней, и она взвизгнула, прерывая поцелуй, чтобы оглянуться на пропасть позади нее.
— Черт возьми, это долгий путь вниз.
Я убрал волосы с ее лица и повернул ее подбородок к себе.
— Тебе больше нечего бояться, моя королева. Теперь ты безгранична. Никогда не забывай об этом.
Мое сердце билось со скоростью сто миль в час.
Я даже не знала, как это понять. Может, я и богиня, но, черт возьми, у меня все еще были инстинкты смертной, и сидеть на высоте трехсот футов было достаточно, чтобы у меня закружилась голова.
Однажды я спускалась по этой же стене, спасаясь от Кейдена, но это было совсем не то, что сидеть высоко на балконе с богом между ног.
В этом был невероятный трепет, и я должна была признать, что та часть меня, которая любила опасность, была возбуждена сверх всякой меры. Я впилась пальцами в его спину и притянула ближе, обхватив ногами его талию.
— Покажи мне, что значит быть безграничной, — промурлыкала я.
Он стащил меня с балкона и закружил по комнате. Я рассмеялась, мои волосы развевались на ветру — это был настоящий смех радости, облегчения и благодарности.
Я поцеловала его, когда он привлек меня к себе.
— Я люблю тебя, Кейден, и никогда не перестану.
— Я не знал, что значит быть полноценным, пока не встретил тебя, — сказал он, неся меня на руках и укладывая на кровать. — Ты спасла меня, когда выбрала меня, моя прекрасная пара. Ты моя любовь и моя богиня.
Я притянула его к себе и нежно коснулась губами его губ, каждое прикосновение было приглашением узнать больше. Стать единым целым навсегда.
— Скажи мне, что значит быть твоей богиней?
Уголок его рта приподнялся в той полуулыбке, которую я так хорошо знала.
— Бесконечное служение и преданность, — сказал он, быстро прижимая мои руки над головой.
Моя грудь поднималась и опускалась в предвкушении, когда мое тело выгнулось навстречу его телу.
— Я надеюсь, ты понимаешь, что я не приму ничего меньшего, чем вечное обожание.
Он медленно поцеловала меня в шею.
— Я подарю тебе больше, чем обожание. Я буду поклоняться тебе так, как ты и представить себе не можешь, и я буду любить тебя бесконечно.
46
Пиршественный зал Фростфолла гудел от суеты и гулких голосов. Смеющиеся и кричащие лисы-оборотни соревновались с теми, кто пытался подпевать арфисту или отбивать ритм его песни на столе.
За несколько недель, прошедших после падения стены, сюда вернулась почти вся деревня, несмотря на середину зимы.
— Нам показалось неправильным не быть здесь на зимние праздники, — объяснила Селена.
Лисы-оборотни отремонтировали свои дома, затем сожгли мертвых фейри и монстров, погибших в битве на равнине. Слишком громоздкие, чтобы убрать, и слишком влажные, чтобы сжечь, они оставили разрубленную виноградную лозу на лето, зловещее напоминание о том, как близко подобралась королева.
Мы с Кейденом помогали им, как могли, привозили еду и припасы из Камня Теней. Радостное возвращение, конечно, потребовало пира. И, как всегда, это означало бы похмелье для всех.
Мое сердце было переполнено, когда я наблюдала, как Селена порхает взад-вперед, как пчелка. Я предложила ей место за высоким столом, но она отказалась, предпочитая быть в центре внимания. Когда-то я чувствовала то же самое, старые привычки бармена постепенно исчезали, но теперь мое положение супруги Темного Бога Волков требовало, чтобы я играла другую роль.
Мы рассказали Аурену и нашему ближайшему кругу правду о том, что произошло в Колодце Жизни. Ходило множество безудержных слухов, и жители деревни знали, что Кейден и я победили королеву, но не о том, кем я стала — хотя никто не скрывал новую силу, которая исходила от меня.
К счастью, ни у кого не хватило смелости спросить. Я хотела держать свое превращение в тайне как можно дольше. Я еще не осознавала то, что вообще значит быть богиней, не говоря уже о том, как я должна себя вести. Сейчас я была счастлива просто быть Сэм. Быть со своей парой и своими друзьями. Быть со своим народом и окруженной его радостью.
Над нами были развешаны венки из оленьих рогов, и мы с Кейденом сидели как король и королева, наш совет был рядом с нами. В то время как я все еще чувствовала себя неловко в своей роли, Кейден полностью владел залом, идеальный король для этого дикого места и людей. Тени, которые текли к нему, танцевали в теплом свете камина, и я могла видеть его довольство, несмотря на стальной стиснутый подбородок.
Забыв о полных тарелках кореньев и оленины, Клык обдирал Вулфрика в кости, пока я вела светскую беседу с Мел, моей постоянной спутницей.
Аурен, полупьяный и развалившийся в своем кресле справа от Кейдена, заорал на весь зал:
— Нет, я не буду помогать тебе восстанавливать этот проклятый судьбами город фейри. Это твой беспорядок. Ты его и разгребай.
— Ну же, брат, — прогрохотал Кейден. — Тебе больше нечем заняться, и ты это знаешь.
Аурен усмехнулся и заложил руки за голову.
— У меня полно дел, и все начинается с пары нимф и бочонка вина, которое я приберегал для особого случая. Я и так достаточно для тебя сделал.
Я подняла брови и вмешалась.
— Ах да, как ты выследил королеву и практически победил её в одиночку? Кажется, что-то такое слышала.
С момента его приезда по городу начали распространяться несколько довольно
Кейден ухмыльнулся и поднял свой кубок.
— А, тогда давайте выпьем за моего брата, великого охотника.
Я тоже подняла тост.
Выражение лица Аурена исказилось от раздражения.