Вероника Дуглас – Обреченные судьбы (страница 45)

В этом не было ничего удивительного. В конце концов, они были созданы для того, чтобы содержать достаточно магии, чтобы питать тюрьму Кейдена.

Я вытянула немного магии из камня, и моя рука начала светиться. Усталость начала исчезать, утонув в тепле лунной магии. В нашей магии.

— Кейден! — крикнула я в темноту.

Ответа не последовало.

Я кричала снова и снова и пыталась притянуть его к себе сквозь тени, как делала когда-то, но эта свинцовая стена все еще была там, разделяя нас.

Это было ее царство. И точно так же, как Луна не могла проникнуть в его царство, казалось, что он не мог отбрасывать сюда тень.

Ну и черт с тобой.

Мой мочевой пузырь напомнил мне, что у меня есть неотложные дела, поэтому я сходила пописать прямо там, посреди открытой пустыни, — действие, которое волк во мне нашел чрезвычайно приятным.

Затем я начала идти.

Вокруг не было абсолютно ничего, только залитый звездным светом песок, насколько я могла видеть. Но в этой темноте я увидела тусклое свечение на горизонте. Это, должно быть, был павильон Лунны, и если и был какой-то выход из этого забытого богами места, то только через него.

30

Саманта

Два часа спустя я взобралась на вершину дюны и впервые увидела павильон Луны, теперь просто белое пятнышко на далеком горизонте.

Очевидно, шар двигался очень быстро, и Луна хотела, чтобы я была очень, очень далеко.

— Ты, должно быть, издеваешься надо мной! — крикнула я в сторону миль впереди.

Мы должны бежать, в сотый раз настаивала волчица во мне.

Наверняка это было бы быстрее. К сожалению, в отличие от некоторых оборотней, которые полностью трансформировались с помощью магии, рожденные волком меняли облик древним, оригинальным способом, с хрустящими костями и растягивающейся плотью. Это означало, что мы не могли взять с собой нашу одежду, а в этот момент у меня в кармане лежали два драгоценных лунных камня, и носить их без штанов или куртки было не очень удобно.

Поднялся ветер, поднимая шлейф пыли вдоль дюн и принося с собой знакомый аромат спелой пшеницы и отдаленные звуки битвы.

— Ты выглядишь немного потерянной, — произнес бархатистый голос у меня за спиной.

Я развернулась, выпуская когти и призывая перед собой щит из лунного света.

Аурен.

Одетый в белое с развевающимся золотым плащом, он стоял на вершине холма, освещенный светом, которого там не было. Тошнотворно самодовольная ухмылка расплылась по его лицу.

— Боже, боже. Мы немного нервничаем, не так ли?

Я выставила свой щит и послала его остаточную энергию вперед в виде потрескивающего шара света. Песок взметнулся в воздух, когда лунный свет ударил в золотого бога, отбросив его назад за вершину дюны.

— Ты гребаный ублюдок! — я устремилась вверх по гребню, черпая силу из лунных камней, пока мои внутренности не загорелись огнем. Боль не могла заглушить явную радость, которая пришла от того, что я сбила с ног эту вероломную задницу. После всех его предательств и игр пнуть его было чистым наслаждением.

Лунный свет струился вокруг меня и лизал землю, как языки пламени.

— Что ты здесь делаешь? Ты работаешь с Луной?

Это объясняет, почему он и пальцем не пошевелил, чтобы помочь Кейдену. Как долго они строили козни за его спиной? Черт возьми, а что, если он и Луна были любовниками и все это было каким-то безумным заговором?

Бесконечные возможности проносились в моей голове, но правда заключалась в том, что если бы он работал с Луной, у меня не было бы возможности сбежать. Мне пришлось бы заманить его в ловушку, как я однажды заманила Кейдена. Как Луна поймала меня в ловушку.

Аурен бросил на меня ледяной, но в целом невозмутимый взгляд, поднимаясь на ноги. Ветер завертелся вокруг него, сдувая прилипшие песчинки с его одежды.

— К твоему сведению, Кейден послал меня спасти тебя, хотя на данный момент я могу передумать.

— Спасти меня? Ты никогда не делал ничего, кроме как лгал, принуждал и играл со мной, — сказала я, скользя вниз по склону, все еще освещенная лунным светом.

Он виновато развел руками.

— Признаю, я не был лучшим из друзей.

— Ты оставил меня искать свой собственный выход из дворца королевы! Ты не собирался вытаскивать меня оттуда, пока у меня не будут твоих маленьких саженцев.

Мои пальцы сжались, когда моя волчица зашевелилась внутри меня.

— Моя мать умерла во время того побега.

— За это я сожалею, — сказал он с искренностью, которой я все еще не могла доверять. Его руки медленно опустились. — Я не могу вернуть ее, но я могу помочь тебе выбраться прямо сейчас.

— Я выберусь сама, — отрезала я, моя кровь все еще кипела, несмотря на холодный воздух пустыни. — Как и в прошлый раз.

— Уверена что выберешься? — спросил он, глядя на бескрайнее море песка вокруг нас. — По-моему, не похоже.

Я сердито посмотрела на него в ответ.

— Как ты узнал, что я здесь?

— От Кейдена, хотя он и не сказал, откуда узнал, что тебя схватили — или почему.

Часть меня отчаянно хотела поверить ему, но нельзя было отрицать, что он был вероломным, двуличным и склонным манипулировать правдой.

— Почему я должна верить всему, что ты говоришь?

— Потому что он дал мне это.

Золотая лента света заплясала между его руками, удлиняясь и становясь ярче. Затем она исчезла, обнажив меч и ножны. Месть волка. Золотой бог бросил его мне.

— Кейден сказал, что у тебя есть работа.

Выпустив лунный свет, я подхватила меч и ножны и, пошатываясь, побрела по неровному склону дюн.

Хотя меня бесило само существование того факта, что Кейден когда-либо доверил мой клинок своему ублюдочному брату, я понимала: иначе у Аурена он бы просто не оказался.

— Кейден также сказал, что при весьма вероятном сценарии, при котором ты все еще не доверяешь мне, я должен притащить тебя обратно, хоть и брыкающуюся и кричащую, но он загладит свою вину позже.

Я приняла боевую стойку с клинком в одной руке, призывая лунный свет вернуться в другую.

Аурен поднял руки в притворной капитуляции.

— Я просто выкладываю все варианты на стол, чтобы ты могла все взвесить. Я знаю, как сильно ты ценишь открытость.

— А тебе то что с этого? — спросила я. Аурен никогда ничего не делал по доброте своего крошечного сердечка.

Его губы растянулись в алчной усмешке.

— Не волнуйся, Кейден пообещал, что это того стоит — и поверь мне, я не отдам тебя, пока он не выполнит свою половину сделки.

Лунный свет, кружащийся в моей руке, стал ярче.

— Значит, я снова твоя пленница?

Некоторые отношения никогда не менялись.

Аурен взглянул на мою ладонь, а затем снова на меня.

— Боже. Ты стала увереннее с нашей последней встречи.

— У меня есть на то веские причины.

Его брови поползли вверх.

— Ты помнишь, что я бог, верно?