Вероника Дуглас – Бог Волков (страница 34)

Ты предательница своего рода.

Следующим шагом было создание зелья для исцеления его, того самого зверя, магия которого убила многих из моей стаи. Будут ли мои товарищи по стае считать меня предательницей? Подумал бы так обо мне Джексон, мой альфа, или Саванна, моя лучшая подруга? Я помогала тому самому монстру, чтобы остановить которого мы рисковали нашими жизнями.

Я закрыла глаза и попыталась выровнять дыхание, когда гнев и сожаление пронзили мою грудь. Что еще мне оставалось делать? Лечь в пещере и умереть? Если бы я только могла найти способ освободиться, я смогла бы предупредить стаю о нем. Я могла бы доставить информацию и, возможно, даже найти слабое место, которым мы могли бы воспользоваться, например, его рану или лунный камень. Может быть, найдется способ обуздать его навсегда.

Будет ли этого достаточно, чтобы они простили меня?

22

Саманта

К тому времени, как мы пересекли мост, ведущий к Камню Теней, я была совершенно измотана.

Как только мы оказались во дворе, я соскользнула с грифоноскакуна, схватила мешок с лунными цветами и направилась к двери.

— Саманта, — сказал Темный Бог сзади.

Я сделала паузу.

— Что?

Он спрыгнул со спины Веги и подошел ко мне, дымка тени скользила по его плащу.

— Ничего не забыла?

Он протянул руку и коснулся железа на моей шее. Я напряглась. Раздался щелчок, когда он расстегнул ошейник, а затем снял его с моей шеи и сунул ключ к себе в карман.

Мое сдерживаемое дыхание медленно выровнялось. Хотя с моих плеч свалилась тяжесть, я внезапно почувствовала себя более уязвимой, и не могла объяснить почему.

Гребаные игры разума.

Темный Бог повернулся обратно к своему грифоноскакуну, не желая встречаться со мной взглядом.

— Я держу свое слово, волчонок. Мы вернулись. Ты можешь свободно исследовать Камень Теней, пока тебя сопровождают.

Свобода исследовать цитадель. Я была на шаг ближе к тому, чтобы найти способ сбежать или передать весточку своим друзьям. Хотя это и раздражало, но вполне стоило того, чтобы надеть ошейник.

Я последовала за Меланте в ее мастерскую с мешком цветов в руках. Как только мы оказались внутри, я спросила:

— Что мне с этим делать?

Она указала на длинный деревянный верстак у дальней стены.

— Положи их туда, и мы приступим к работе. Ну, в основном, ты. Ведьма вкладывает частичку своей души в каждое зелье, которое она варит. Хотя ты и не ведьма, я надеюсь, что с тобой это сработает так же.

Я положила цветы и нахмурилась.

— Боюсь, я ничего не смыслю в этом. Единственное, что я когда-либо варила, был самогон.

— Я расскажу тебе обо всем. Потребуется много работы, — Меланте протянула корзину с розовыми и зелеными фруктами. — Нам также понадобится немного твоей крови, так что ешь. Тебе нужно поддерживать высокий уровень сахара в крови.

Каждый мускул в моем теле напрягся.

— Опять же, мне действительно неуютно с магией крови. У меня травмирующее прошлое.

Она подтолкнула фрукты ко мне.

— Прискорбно. Я ведьма крови, и это то, как я это делаю. И пока ты не овладеешь своей собственной магией, именно так мы будем использовать твою энергию.

К черту. Мою. Жизнь.

Но оставалось либо это, либо пещера. Я взяла один из фруктов и откусила от него. Сладкий сок по вкусу напоминал нечто среднее между арбузом и яблоком. Это было восхитительно, и я откусила еще один большой кусок.

— Это действительно вкусно, — пробормотала я с набитым ртом.

Она положила нож и молоток на свой деревянный верстак.

— Первый шаг: срежь луковицы, разотри их молотком и измельчи в этой ступке.

Она указала на огромную каменную ступку с пестиком.

— Остальное нам не нужно, но я развешу цветы сушиться. Никогда не знаешь, что пригодится в магическом деле.

Синдром накопительства. Это определенно объясняло ее переполненные полки.

Я взяла нож и глубоко вздохнула. Ничего особенного. Режем, толчем, измельчаем. Исцеляем Темного Бога. Я справлюсь. В общем-то, это не сильно отличается от того, как я готовила «Олд-фэшн» за стойкой. Комок грусти сжал мне живот, когда я вспомнила дни, когда работала барменом в Мэджик-Сайде — ведь это было совсем недавно.

Как это превратилось в мою новую жизнь?

Отогнав воспоминания, я принялась за работу.

Это было намного сложнее, чем готовить модные коктейли в баре. Луковицы были чертовски твердыми, и к третьей луковице у меня заболело плечо от ударов по ним молотком. А когда я растерла их в ступке, от них исходил острый аромат дыни, который был таким сильным, что почти душил.

Меланте стуком поставила маленький чугунный котел на свой массивный каменный рабочий стол. Она прижала пальцы к одной из рун, вырезанных на его поверхности, и под котлом вспыхнул зеленый огонь, словно включилась сверхъестественная газовая горелка.

— Когда масса из луковиц станет такой же однородной, как картофельное пюре, перелей ее в казан, — сказала она.

Меланте собрала цветы, когда я начала растирать очередную партию луковиц. Через некоторое время я спросила:

— Почему я могла войти на поляну фейри, когда никто другой не мог?

Темный Бог уже дал мне свой ответ, но я хотела услышать ее.

Она ссыпала пыльцу с каждого цветка в крошечную баночку, затем пучками подвесила цветы на нитку.

— Фейри заколдовали его, чтобы никто из нашего царства не мог войти.

Повисла неловкая пауза, пока она продолжала свою работу, и я ждала пока она продолжит. Тонкий аромат обмана защекотал мой нос. Она не солгала, но и правды не говорила.

Я перестала стучать. Впервые я уловила запах нечестности Меланте, и это меня заинтриговало. Там что-то было.

— Ты пробовала снять чары, которые удерживают тебя?

— Это так не работает.

Я высыпала измельченные луковицы в каменный пестик и начала измельчать их так беспечно, как только могла.

— Есть ли в землях фейри другие места, куда люди из этого царства не могут попасть?

Меланте оторвала взгляд от своих цветов и секунду внимательно смотрела на меня, затем улыбнулась.

— Ты просто выуживаешь информацию о том, как сбежать. Без обид, но мои уста на замке. Я не буду перечить Кейдену.

Она вернулась к развешиванию цветов для просушивания, а я продолжала тереть. Снова повисло неловкое молчание.

Какая у него была власть над ней? Конечно, Джексон заслужил от меня непоколебимую преданность. Бог, вероятно, мог бы потребовать слепой преданности, заслуженной или нет.

Я сделала паузу и расправила ноющие плечи.

— Как ты можешь работать на такого монстра, как он?

— Он не монстр, — сказала она слишком быстро.

Я опустила пестик сильнее, чем намеревалась.

— Он — само определение монстра. Кровожадный ублюдок, намеревающийся разрушить мой мир.

Меланте положила свой сверток и уставилась на меня глазами, темными и жесткими, как обсидиан.