Вероника Дуглас – Бог Волков (страница 19)

Я попятилась, когда существо обнюхало меня. Оно издало оглушительный визг и встало на дыбы.

Я увернулась с пути его когтей.

— Извините!

Его сопровождающий отшатнулся, но Темный Бог шагнул вперед, подняв руку.

— Спокойно, Вега.

С резким криком раздраженный зверь снова опустился на землю и бросил на меня презрительный взгляд.

Темный Бог похлопал его по клюву и провел рукой по перьям на голове.

— Я знаю, что она тебе не нравится, но сделай это как одолжение для меня.

Я была слишком потрясена, чтобы обидеться.

— Что это вообще такое?

Существо щелкнуло клювом, когда Темный Бог начал подгонять его.

— Это Вега, грифоноскакун — он наполовину орел, наполовину лошадь, с самыми агрессивными чертами обоих. Он также чрезвычайно умен и иногда бывает капризным, так что следи за тем, что говоришь.

Я сглотнула.

— Куда бы мы ни отправлялись, я думаю, что пойду в обличии волка.

Темный Бог оглянулся и одарил меня опасной ухмылкой.

— Как бы сильно я ни хотел встретиться с твоей волчицей, ты будешь слишком медлительна. И я хочу, чтобы ты была рядом.

Черт. По угрозе в его голосе я поняла, что переговоров не будет.

— Куда ты меня ведешь?

— Покажу границу. И правду.

С этими словами он вставил ногу в стремя и одним движением взобрался в седло. Затем он протянул руку.

Я покачала головой.

— О, черт возьми, нет. Я не собираюсь подниматься туда с тобой.

Его рука не дрогнула.

— Это не просьба. Если ты хочешь узнать правду, тогда поедешь со мной. Если ты предпочитаешь сидеть в пещере до конца своих дней, то это твой выбор.

Месяц назад я обожгла ему руку, и он чуть не убил меня. Теперь я собираюсь сидеть рядом с ним? Невозможно. Но разве у меня был выбор? Сидеть в темноте и гадать, может ли он говорить правду?

К черту это.

Скрипя зубами от досады, я поставила ногу в стремя и схватила его за руку. Электричество пробежало между нашей кожей. Его энергия закружилась вокруг меня, посылая волну тепла по моему телу.

Глаза Темного Бога расширились от удивления, а у меня перехватило дыхание от шквала необъяснимых эмоций. Несколько секунд мы молча оценивали друг друга, затем, прежде чем я успела что-либо сказать, выражение его лица посуровело, и он подсадил меня в седло перед собой.

Его хватка была железной, а движение легким, как будто я весила не больше перышка. Я плюхнулась в седло, и кровь застыла у меня в жилах, когда моя спина прижалась к его мощной груди.

Я не могла сосчитать, сколько раз я просыпалась от ночных кошмаров, в ужасе от того, что однажды увижу его снова. И вот теперь мы были здесь, и нас разделяло не более дюйма.

Жар его тела был ошеломляющим. Я выгнула спину, чтобы увеличить пространство, но он положил руку мне на живот и притянул меня ближе. О, черт бы меня побрал.

У меня перехватило дыхание, и каждый мускул в моем теле напрягся. Я едва могла думать. Моя грудь начала подниматься и опускаться от учащенного дыхания, но моему мозгу не хватало кислорода. Смертным не положено прикасаться к богам.

Мне нужно уйти.

Но я не могла. Я была прижата к нему и чувствовала каждый изгиб его твердого, мускулистого тела. Мой разум закружился, и я попыталась унять дрожь — то ли от страха, то ли от восторга, я не была уверена.

Его дыхание согревало мою шею.

— Сиди спокойно и не дергай Вегу за перья. Он не постесняется укусить.

— С таким большим клювом он не просто кусается, — сказала я срывающимся голосом.

— Верно, — его слова мало что изменили в моем ужасе. Темный Бог уперся ногами в бока грифоноскакуна. — Поехали. Вези нас по северной дороге.

Прежде чем я успела умолять его опустить меня, мы пришли в движение. Грифоноскакун галопом проскакал через ворота и промчался по узкой дамбе, пересекавшей озеро, через расщелину в нависающей базальтовой стене. Земля обрывалась позади нас, открывая голубые воды, бурлящие в сотнях футов внизу.

Изящный мост, казалось, не мог вместить человека, не говоря уже о гигантском грифоноскакуне с двумя всадниками, и я крепко вцепилась в бедра Темного Бога из чистой паники.

Он наклонил голову к моему уху.

— Расслабься, волчонок.

Мой позвоночник напрягся, и я запустила когти в его ноги.

— Я сделаю это, когда буду на другой стороне.

Стук моего сердца отдавался в ушах, когда грифоноскакун на смертельной скорости пронесся через конец моста и скрылся за деревьями. Но не это заставило меня запаниковать — это был он. Хотя Темный Бог подавлял силу своей власти, это было похоже на языки пламени, лизавшие мою кожу. Я чувствовала его каждым нервом в своем теле, вызывая во мне волну ощущений — панику, гнев и первобытный жар, от которого сжималось все внутри.

Я попыталась сосредоточиться на том, что бы подстроится под движения животного, на мелькающем мимо пейзаже, на наслаждении тем, что могло стать моим последним моментом свободы — на всем и ни на чем, чтобы отвлечься от того факта, что я была прижата к нему.

Я рванулась вперед, но зверь за моей спиной притянул меня ближе.

— Вега не привык к двум всадникам. Перестань двигаться.

Каждый удар копыт грифоноскакуна вгонял меня в твердое тело Темного Бога. Его близость была головокружительной и опьяняющей, и хотя я ненавидела Темного Бога каждой клеточкой своего существа и мой инстинкт говорил мне убираться к чертовой матери, у моего тела были другие идеи.

Его рука сжалась вокруг моего живота, когда грифоноскакун перепрыгнул через массивное поваленное дерево. Перья под его передними лапами раскрылись, и мы пролетели добрых десять футов, прежде чем он грациозно приземлился.

У меня болели бедра, а сердце колотилось о ребра. Черт возьми.

— Твое сердце бешено колотится, Саманта, — прошептал он, близость его тела вызвала каскад мурашек у меня на шее.

Я ткнула локтем в его пресс и подалась вперед.

— Ты бог, и ты слишком близко.

Это не возымело никакого эффекта. Его хватка на мне была непреклонной, и я не могла оторваться или игнорировать то, как жесткие изгибы его тела, казалось, обволакивали меня. Я закрыла глаза и пробормотала безмолвную молитву Матери Луне: Убей меня сейчас и избавь от этих страданий.

Мы продолжали путь в тишине, и я попыталась сосредоточиться на деревьях и громоподобном топоте копыт грифоноскакуна.

Лес быстро наполнился тенями и туманом, которые клубились между стволами деревьев, как будто солнце там было недостаточно сильным, чтобы прогнать его. Время от времени в тумане появлялись странные фигуры. Некоторые удалялись, как только замечали нас. Другие стояли неподвижно. Я не могла разглядеть, были ли это груды камней или сломанные, искривленные деревья. Может быть, они были существами, довольными тем, что бесстрашно смотрели, как мы проходим мимо.

Углубившись дальше в лес, я едва различила обломки стены. Серая дымка просвечивала сквозь пустые окна. Вокруг нас были руины — кирпич, стекло и обугленное дерево.

— Что это было за место? — прошептала я, боясь потревожить воспоминания, скрывающиеся в тумане.

Темный Бог повернул грифоноскакуна прочь от разрушающегося города.

— То, чему не место в дикой природе. Оно возвращено природе.

Я вздрогнула и отвела взгляд. Это было похоже на разрушения на стороне фейри по ту сторону границы. Я никогда не могла позволить себе забыть, что он намеревался стереть человечество с лица земли и очистить мир от его человеческой заразы.

Желчь и гнев подступили к моему горлу. Таким ли стал бы Чикаго, если бы его освободили? Я мысленно возблагодарила Богиню Луны за то, что мы смогли остановить его, и помолилась, чтобы он никогда не вырвался на свободу.

По мере того, как мы продвигались, лес менялся. Засохшие березы и ясени встречались все чаще и чаще, пока мы не оказались в мертвом лесу. Единственными живыми существами были клочковатые травы и кустарники, цепляющиеся за жизнь, и те же темные лозы с фиолетовыми листьями, которые я видела по ту сторону барьера, где жили фейри.

Это было истинное лицо Темного Бога: разрушенные здания и умирающие леса. Он был предвестником разрушения, и наш мир едва избежал его.