Вероника Чурилова – Помощница для дракона (страница 30)

***

За окнами мелькал ночной лес. Немного выглянув в окно кареты, увидела, как луна, во всей своей красе ярко светит на безоблачном небе. Полнолуние. Замечательно было бы остановиться и нарвать ночных трав. В этот цикл лунного месяца травы обретают максимальную насыщенность, отчего настои и зелья из них получаются концентрированные, такие, хоть на продажу выставляй. Ещё, будучи в приюте, перед сном, я мечтала, что когда-нибудь открою свою лавку, в которой будут продаваться настои из трав. Детские наивные мечты.

К моему большому сожалению всю дорогу до поместья мне приходиться ехать одной в экипаже, в то время как граф и адмирал преодолевали расстояние верхом на конях. На мой вопрос «почему и мне не досталось коня» адмирал Шпиц ответил, что моя бабушка не поймет, если наследница ее рода прибудет на коне. А когда я предложила всем поехать со мной в карете, офицер сказал, что не пристало ехать молодой девушке без сопровождения гувернанток или нянек в обществе мужчин, дабы не скомпрометировать мою честь. Не стала портить адмиралу настроение, и объяснять, что девушке, прожившую жизнь в приюте, а затем всеми силами пытающуюся выжить в этом взрослом мире, уже совершенно нечего компрометировать.

К окну приблизился вороной конь. Граф, скинув капюшон, склонился к распахнутому окну кареты.

— Как вы мисс Роут? — Перекрикивая шум от стука копыт, спросил он. Ближе придвинувшись к окну, попыталась как можно громче ответить:

— Всё в порядке. Долго ли нам еще ехать? — не стану же я жаловаться ему на то, что меня уже всю растрясло, и давным-давно укачивает.

— Сейчас три часа, к пяти планируем прибыть в замок. — Ну, два часа ещё не так уж и плохо.

Не став ничего отвечать, я лишь махнула рукой, отпуская всадника. Он ещё раз окинул меня взглядом, затем кивнул своим каким-то мыслям, и пришпорил коня.

За разговором я и не заметила, как мы выехали на дорогу, по одной стороне которой цветут флории. Целое поле нежно-фиолетовых цветков, колосящихся под лёгким ночным ветерком. Я даже на миг затаила дыхание. Их лепестки в свете луны казались похожими на крылья фей, которые по легенде сотни лет назад рождались, а затем и жили в этих цветах. Ходят слухи, что лепестки этих цветов имеют свой, индивидуальный узор, и второго такого вы никогда не встретите.

Словно услышав мои мысли к карете приблизился всадник. В груди сердце стало биться во стократ чаще, в ожидании дракона. Когда конь поравнялся с окном кареты, мужчина сбросил капюшон, протягивая мне букетик этих дивных цветов.

Разочарование резануло ножом в груди. Удерживая на лице приветливую улыбку, я приняла цветы с рук адмирала, поблагодарив его за внимание. Улыбнувшись на прощание, офицер скрылся в дорожной пыли, оставляя наедине меня со своими чувствами. Неужели я так сильно привязалась к дракону, что жду от него взаимной любви? Ведь мне стало казаться, что нас тянет друг к другу, но вдруг он испытывает ко мне лишь дружеские чувства? Еще в первый день, он отметил, что я похожа на дочь Томаса, к которой он питал тёплые чувства, как брат к сестре. И быть может я просто выдаю желаемое за действительное?

Вдохнув поглубже аромат флории, я кончиками пальцев пробежалась по лепесткам этих дивных цветов, словно дотронулась до крыльев бабочки. Аккуратно уложила их в сумку, завернув предварительно в газетный лист, захваченного с собой свежего номера королевских сплетен.

Сколько прошло времени с тех пор, как я погрязла в своих мыслях, даже не знаю. Но до моего носа дошёл соленый аромат. Словно ребёнок я переметнулась к противоположному окну, и уставилась с диким восхищением на бескрайние просторы моря. Море, такое большое и тёмное, в нём отражалась луна, сдавшая свои права на правление солнцу, что восходило оранжевым рассветом. Волны плескались у берега, белой пеной, то набегая вперёд, то вновь уходя в глубины морские, уступая место уже новым волнам. Невероятно.

Приближение графа я даже не заметила, и неожиданно вздрогнула от стука копыт, ворвавшегося в моё сознание.

— Вам нравиться море? — Спросил он.

— Я никогда его до этого не видела, а теперь я понимаю, что оно не просто мне нравиться. Я его люблю. — Призналась ему, не пытаясь скрыть своих эмоций.

— Тогда вечером, после ужина, ждите меня в своей комнате. — Сказал он, глядя в глаза. Вот почему, когда он рядом слова и мысли создают водоворот, в котором трудно выделить что-нибудь стоящее. От этого пришлось лишь кивнуть.

— Прибываем. — Сказал он, и пришпорил коня, уезжая вперед, туда, где виднелся среди розовых кустов роз и цветущих магнолий, замок из белого камня. Достав из сумки зеркальце, я проверила всё ли в порядке, боясь, вдруг ли я не понравлюсь графине.

Карета подъехала к огромной мраморной лестнице увенчанной белыми колоннами. Распахнув дверь, адмирал подал мне руку, в то время, когда я уже спеша на встречу с семьёй, выскочила вперёд, так и не обернувшись на сопровождение.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Поднимаясь по светлым ступенькам, ощущала, как с каждым шагом моё сердце всё быстрее ускоряет свой стук, отдаваясь в висках пульсацией. Приподняв край дорожного платья, я в очередной раз порадовалась, что для дальних поездок не приходится надевать уйму нижних юбок, в которых и лишнего шагу ступить нельзя. Изумрудное платье, расшитое серебряной нитью красиво, переливалось, на уже светившем вовсю, солнце. Позади шумел прибой, ударяясь волнами о небольшие скалы.

Поднявшись на последнюю ступеньку, я зажмурилась и постучала в дверь. Странное у меня чувство времени. Оно то пролетает передо мной, что и глазом не успеешь моргнуть, то замедляет свой бег, распаляя страх ожидания ещё сильнее. По моим ощущениям прошло несколько минут, но на деле и того меньше, и дверь тихо открылась, пропуская вперёд. Возле меня уже оказался граф, чьё тихое присутствие вселяло уверенность и спокойствие.

Переступив порог, мы оказались в залитом солнечным светом холле, выполненном в светло-розовых тонах. И что самое невероятное, в огромных напольных вазах стояли пионы. Их аромат наполнил дом, пробираясь в душу с каждым новым вздохом.

— Рады приветствовать вас, мисс Роут в семейном поместье. — Рядом оказался прототип нашего Томаса. Седовласый мужчина с идеальной выправкой, в светлом костюме приветственно склонил голову. В ответ я тоже присела, изобразив лёгкий книксен, на что мужчина лишь удивлённо вскинул бровь. — Графиня ждёт вас на террасе.

Он жестом указал в нужном направлении, и я чуть вновь не сорвалась на бег, когда дракон слегка придержал меня за локоть. А затем кивнул дворецкому, который только этого и ждал, видимо, собираясь проводить нас к бабушке. Слегка покраснела, ведь я так тороплюсь, что забыла о банальных нормах приличия. Благодарно улыбнувшись графу, проследовала за провожающим.

Дорога оказалась недолгой, но очень интересной. Стены замка украшали картины и портреты родственников. А само поместье, как я поняла было выполнено в светлых тонах, так подходящие к морскому климату. И как сказал дворецкий, днём на улице жара, в то время как замок сохраняет лёгкую прохладу, приносящую покой раскалённому от солнечных лучей телу.

Дойдя до стеклянного выхода во двор, мужчина ещё раз склонился, и, сославшись на подготовку к завтраку, ушёл, оставив меня наедине с графом, нос к носу с моим новым будущим. Заглянув в бездонные глаза, я словно просила совет, стоит ли мне предстать перед ликом судьбы, или всё же пока не поздно, сбежать? Я отчего-то знала, что, если б сейчас попросила вернуть меня домой, граф открыл бы портал, унося меня подальше от истории моего прошлого. От него исходили волны спокойствия, а потом он склонился губами ко лбу, и, прошептав, что всё будет хорошо, поцеловал. Это было так невинно, что сердце в груди пропустило удар. А после развернул меня ко входу, и слегка подтолкнул, делая вместе со мной шаг на залитую солнцем веранду, усыпанную вьющимися розами. Но всё окружающее уже померкло, когда я увидела бабушку.

Она сидела в плетёном кресле, с небольшой фарфоровой чашкой, пила чай. О чём свидетельствовал чайный набор, расставленный по столику рядом. Увидев меня, она тут же отставила чашку, быстро поднявшись навстречу. Взглядом пробежалась по бабуле. Ярко-рыжие волосы, такие же, как у меня привлекли моё внимание. И хоть на вид графиня была уже немолода, но с годами она не утратила истинного шарма, присущей носительнице аристократических кровей. Мелкие морщинки обрамляли зелёные глаза. Именно те, которые присущи улыбчивым и очень добрым людям. Губы с красной помадой, при виде меня, расплылись в приветственной улыбке. На женщине был летний костюм, персикового цвета, и, как ни странно, но босоножки на каблуке. Мне всегда казалось, что бабушки не носят туфли, предпочитая им более удобную обувь.

Женщина сделала навстречу несколько шагов, распахнув руки, и мне этого хватило, чтобы через миг оказаться в её объятьях, скрывая проступившие слёзы.

— Как я счастлива, что ты жива! — поцеловав меня в макушку, сказала графиня. — Нам сказали, что ты тоже погибла в той аварии. Я с трудом пережила это горе, и спасибо всем богам, я дожила до этого дня, когда смогла обнять свою внучку.

Её голос дрожал, от сдерживаемых слёз. А я вдыхала забытый с детства аромат. Аромат пионов. Именно так пахла моя мама, но со временем, некоторые моменты, как бы дороги они для нас не были, уходят на дальние затворки памяти, чтобы появиться вновь тогда, когда ты будешь в них нуждаться.