Вероника Черных – Уральские жемчужины (страница 3)

Если возвращаться из Вишневогорска в Снежинск, и свернуть на незнакомую дорогу, что ведёт влево к производственным зданиям, то можно увидеть либо серебряные барханы искрящегося песка, либо заросли дикой облепихи на серых пляжах и мелкие волны болотистого озера Булдым. Не доезжая до пляжей, мы обнаружили фундамент и прекрасно сохранившуюся стену старого дома – по-видимому, мастерской или что-то в этом роде. Напротив него правильным прямоугольником высились шелестящие листвой толстые тополя. Эта непонятно для чего созданная площадка под тополями была тенистой и ровной. Почему-то заходить в эту сень не хотелось: страшновато. Казалось, что вокруг витают призраки умерших.

Впрочем, развалины всегда навевают печаль и невольный страх перед разрушительным действием времени. Что ж, запомним тополиную ограду перед каменной стеной и вернёмся в тепло настоящего дома…

Одно из наших путешествий оказалось полностью автомобильным. Заняло оно немного времени, зато мы нашли кольцевую дорогу по маршруту Вишневогорск – Маук – Силач – Аракуль – Вишневогорск. Маросейка-дождь не мешал «Жигулям» пробираться по незнакомым дорогам. А дороги красивые. Вот на Маук она бежит среди зарослей высоких кустов и деревьев, навстречу горам, мимо них по долине, где расположилась деревня, из которой к нам возят хлеб, и наверх, к Верхнему Уфалею. По великолепной новой трассе едем несколько десятков километров. Здесь гористый край и постоянные повороты. Вот указатель на Аракуль.

Кстати, название озера переводится с башкирского «промежуточное озеро» или «озеро между гор». Оно небольшое: в окружности около девяти километров, но глубина ничего себе – до 12 метров. Есть небольшой узкий остров. А на востоке выходит из земли и устремляется к небу скальный массив – шихан белого цвета. Это любимое место отдыха, тренировок и соревнований скалолазов, фестивалей поэзии и авторской песни.

Здесь тоже, между прочим, обнаружены стоянки угров эпохи неолита, в которых найдены каменные ножи, наконечники стрел и нуклеусы. В древних стоянках обнаружены также керамические изделия, как простые, так и с орнаментами разных культур, как лесных, так и степных, с признаками как утилитарного, так и ритуального назначения. Имеются находки медных орудий иткульской культуры. Также найдены стоянки гамаюнской культуры, самая старая из которых датируется XIII веком до нашей эры.

У расположенных неподалёку от озера Аракульских шиханов обнаружены девять стоянок древних людей с каменными объектами культового назначения.

Сам посёлок когда-то был базой для рыбоводного питомника.

Дорога на деревню Аракуль и дальше не очень хороша: не асфальтная, а отсыпанная, но тоже ничего. Она спускается, затенённая соснами, вниз, в открытый дол, где раскинулась деревня Силач. Вдали высятся горы. Минуем незнакомый Силач и вскоре выезжаем к знакомому Аракулю. Что ж, практически мы дома. Осталось восемь километров до Вишневогорска, а там и до Снежинска совсем недалеко… Кстати, с одной из возвышенностей Вишневогорска прекрасно видны Силач, Большие Касли, сады, Синара, и даже Снежинск.

Всё-таки путешествие – удел любопытствующих. И ненормальных, наверное. Ну, кто сейчас будет тратить бензин, время, гробить машину на неизвестных трассах просто потому, что впереди – географическое открытие, причём открытие только для тебя, естественно, а не для других? Гораздо полезнее – сад, огород, извоз, зарабатывание денег, не так ли? Наверное, всё так, но всё же… Всё же! «О, сколько нам открытий чудных готовит просвещенья дух!..» И дух любопытства, наверное, тоже.

Вот, к примеру, самая банальная дорога в соседний посёлок «Сокол», где десятилетия назад располагался наш институт. Ну, что там может быть интересного? Но на в посёлок мы сворачиваем направо, а что же находится прямо? Там же тоже дорога! Раньше я была уверена, что она ведёт в загадочный, недосягаемый Озёрск – город типа нашего, закрытый. Оказалось – ничего подобного. Она петляет рядом с железнодорожными путями, рядом с озером, и заканчивается у ворот какого-то пионерского лагеря «Берёзки». А ответвление от неё – старая просёлочная дорога на Касли. Она широкая и ровная, однако, прямо перед современным трактом её наполняют две огромные лужи. Полчаса мы ходили вокруг этих прудов, выясняя, можно ли по ним проехать. Рискнули: ведь тракт в пяти метрах, ну, разве можно повернуть назад! Риск оправдался, «Жигулёнок» не подкачал, и мы вырулили на знакомый асфальт. Хватит волнений. Пора домой.

ОЗЕРО АЛЛАКИ

Подобие изуродованного иткульского Шайтан-камня – Каменные Палатки в Каслинском районе. Но всё по порядку. Просматривая как-то газету «Челябинский рабочий», я прочитала статью журналиста Михаила Фонотова о Каменных Палатках. Они расположены на берегу озера Большие Аллаки близ Каслей, там, где с юга к нему примыкает озерцо Рипенды. По рассказу челябинского журналиста, это «пологий холм, увенчанный скалами». По гипотезе археологов, изучавших Каменные Палатки, это – древнее святилище каменного века. Но люди приходили сюда с молитвами тысячи лет после этого.

Исследователи нашли здесь каменные топоры, бронзовые ножи, наконечники стрел, керамику, костяные остроги и крючки, кости животных. Многие изделия были из горного хрусталя. А на «стенах скал» археологи обнаружили писаницу – охряные рисунки древних художников. На них изображены человечки в танце. На их головах торчали рожки. Шаманы с масками рогатых зверей на лице?..

Заинтересовалась – близко ли сие странное место? Внимательно перечитала статью. Так. Деревня Красный Партизан, болото Бугай, из которого вытекает речка Караболка, к югу – озеро Алабуга, на севере – Тюбук. Так это близко, рукой подать! Ближе к вечеру, после работы, понадеявшись на просветы в громоздких тучах, мы выехали на старую демидовскую дорогу, ведущую в Тюбук.

Она вела прямо, никуда не сворачивая. Вот и село Аллаки с озером Малые Аллаки, заросшим камышами, обложенным болотцами с белоснежными остовами мёртвых берёз. На голой равнине – деревушка Красный Партизан. Едем по его краю прямо к озеру Большие Аллаки. С окраины деревни уже видны какие-то чёрные камни вдали. Это округлые пластинчатые скалы из тёмного гранита, лежащие на лоне из колючего зелёного дёрна. Такое впечатление, что перед нами – вершина высокой горы, утопленной в землю в далёкие времена. Может быть, озеро – это скромный остаток от большого моря, разбитого потом на каскад Каслинских озёр. Может быть, Каменные Палатки – это часть скалистого острова, одиноко стоявшего под ветрами посреди серых вод. И может быть, поэтому скалы так покаты и выдублены, и пронизаны отверстиями и гротами, словно здесь поработал гениальный скульптор?

Спины Каменных Палаток покрыты лишайниками, словно второй кожей. В овражках – заросли малины, карликовые берёзки. На самую мощную скалу можно с лёгкостью забраться и сфотографироваться на ней. Отсюда видны синие хребты Вишнёвых гор, укутанные могучими тучами. На плоском камне – гранитный волан, словно ветром поднят край юбки. Кстати, ветер тут злой. Он снимает тебя со скал и пытается сбросить вниз. Фотоаппарат прыгает в руках, и я понимаю, что вряд ли что получится их моих снимков…

Хотя это к лучшему, поскольку и здесь поработала варварская рука человека. Кичливые надписи намазаны краской, выдолблены молотком, процарапаны топором. Между загадочных монолитов приютились беспардонные «туристы» со своими яркими палатками, котелками и, естественно, мусором. Мусора здесь достаточно. Для того, чтобы фотографировать, сначала надо расчистить место, чтобы в кадр не попала пивная банка, пластиковая бутылка, пакет или пачка из-под сигарет. Ну, не могут без этого просвещённые люди XXI века! Это же круто – пнуть банку в скалу и послушать, как она сбрякает! Или намалевать своё имя на камне, когда-то знавшем руку художника каменного века. Прикольно же!..

Холодает. Иголки дождинок падают на лицо и руки, на линзы «Зенита». В последний раз окидываем взором прозрачную древнюю красоту, вздыхаем над её осквернением и садимся в бежевый «Жигулёнок». Обратно решаем ехать по другой дороге: вдоль Аллаков к Кисегачу, а там – на Каслинский тракт и домой. Но просёлочные дороги – это ужас водителя. Машина медленно шуршит по песку, в метре от кромки чистого озера с разноцветной галькой, затем чуть не утопает, пытаясь пересечь узкий искусственный водоканал, потом плутает по грязи и перелескам, стремясь к виднеющимся близко-близко Вишнёвым горам, и, наконец, задев бортом деревеньку Кисегач, выбирается на асфальт. Ну, здесь уж всё знакомо. Дождь рвётся вниз и застилает стёкла.

СЕЛО БУЛЗИ

После полудня застенчиво выглянуло солнышко. Спряталось. Снова выглянуло. Что ж, если желаешь, давай поиграем в прятки. Только не здесь, не в городе, а в тех ближних краях, где всё так незнакомо и потому пленительно.

Мы собрались было снова повидать Каменные Палатки, чтобы узреть их в бликах солнечного богатства, но, шурша колёсами по Свердловскому тракту, внезапно решили свернуть не направо, а налево, на Булзи.

Что такое Булзи? Ну, название странное. Ну, село, мимо которого когда-то мы ездили по «заданию института» помогать колхозникам собирать картофельный урожай. Что там могло измениться за десять лет? Действительно, ничего. Правда, дорога стала хороша – ровная, как за рубежом, ехать просто приятно. Вспомнили наши городские дороги – взгрустнулось. Сколь годов ни прошло, а всё колдобины считаем…