Вероника Черных – INTERNAT 3.0 (страница 7)

Лабутин скосил глаза, чтобы рассмотреть наливающийся на руке синяк, и поморщился:

– В дверь влетел. Сильно видно?

– Ну.

– Садитесь! – прозвучал начальственный голос математички. – Рада видеть Лабутина в летней футболке в этот чудный осенний день. Наука греет, Лабутин? Может, поделишься теплом своих знаний?

«Началось», – обречённо подумал Денис, но тут же понял, что ему становится всё равно, какая оценка закрасуется в его дневнике и в классном журнале. Закрасовалась «тройка с минусом»: оказывается, тему урока Денис немного знал и смог чего-то набубнить. А через урок, на котором «зелёные балбесы» впитывали крупицы литературной мудрости, его нашла омбудсмен.

– Здравствуй, Денис.

– Здрасьте.

– Говорят, у тебя синяк на руке, – озабоченно сказала Люция Куртовна и посмотрела на овал гематомы на Денискиной коже. – Ого! Кто это тебя? Когда?

– Да утром. Мать ругалась, а я тут… подвернулся как-то, – невнятно рассказал Денис.

– Почему она ругалась?

Удивительно задушевный голос омбудсмена растопил что-то в душе крутого геймера, покорителя чудовищ, вершителя судеб, и он, изо всех сил жалея себя за свой поступок, залепетал ноющим голосом:

– Она мне запрещала геймерить, от компьютера отгоняла, наказывала, я в компьютерный клуб хожу, там время платное, денег взял, а она вон… ругаться… и всё такое.

Люция Куртовна сочувственно притянула Дениса к себе, приобняла; чисто материнским жестом оправила его одежду, чтоб половчее сидела.

– Пойдём-ка скорее в медпункт, – ласково сказала она. – У тебя третий урок география?

– География.

– Я тебя отпрошу. Идём.

– А чё делать-то в медпункте? – попытался упереться Лабутин. – Подумаешь, синяк. И так пройдёт.

– Денис, не спорь. Синяк – это та же травма. Кровоизлияние в мышцу – что хорошего, скажи, пожалуйста? В общем, не спорь, солнышко. Взрослые иногда видят больше и дальше, чем дети… даже такие взрослые, как ты.

Убалтывая парня, омбудсмен потихоньку вела его по коридору, по лестнице, снова по коридору в медкабинет. Медсестра оглядела синее пятно на предплечье, помазала какой-то белой субстанцией, а потом записала в большую книжку лабутинские данные и «обстоятельства травмы в домашних условиях».

– Да зачем это? – недоумевал Лабутин. – Само пройдёт, не сахарный.

На урок омбудсмен его так и не отпустила. Увела в свой кабинет, чаем с конфетами напоила. И всё расспрашивала, расспрашивала задушевно, как Денис живёт, о чём думает, о чём мечтает, что у него за игры и какая из них ему больше всего нравится.

Денис, разнежившись от внимания, болтал напропалую. Особенно о своих играх – о том, что заполняло его всего, с ног до головы, и требовало его всего, без остатка, не оставляя в душе места для любви и сострадания.

Распалившись от собственного описания игры, Денис аж пальцами забарабанил по столу от нетерпения: до того сильно охватило его желание очутиться перед компьютером и раствориться в собственном мире. Вернуться домой! Нет, не в квартиру, конечно, а ДОМОЙ – в НАСТОЯЩИЙ МИР, волшебный, сверкающий красотой и манящий открывающимися возможностями. Потому что для него, для Дениса Лабутина, компьютерная игра – настоящий мир, а вот реальность как раз и есть несносная скучная игра, в которой победителей нет, а есть одни проигравшие.

В эту несносную скучную игру – реальность, в это давно приевшееся существование Денис вернулся, когда заверещал звонок с урока.

– Жаль, что тебе уже пора, – вздохнула Люция Куртовна. – Мне было очень интересно тебя слушать. Ты просто талант, уникум.

У Дениса хватило совести, чтобы порозоветь.

– Да у меня по всем предметам трояки!

– Просто ты человек особенный, Денис, не как все. У кого-то в одном получается, кто-то в другом мастер. По крайней мере в компьютере ты разбираешься лучше многих своих сверстников, и это здорово!

Люция Куртовна улыбалась. Ямочки сияли на пухлых щёчках.

– Мама так не считает, – хмыкнул Денис.

Омбудсмен пожала плечами:

– Она – мать. Многое она понимает по-другому.

– Как по-другому?

– Ну, к примеру… от сидения за компьютером глаза заболят, да и позвоночник тоже… того…

– Чего – того? Сломается?

– Согнётся скорее.

Она мельком взглянула на часы.

– Пора тебе, Денис. Я буду за тобой наблюдать, чтобы помочь.

Лабутин встал.

– До свиданья.

– До свиданья, солнышко… в смысле, крутой геймер.

Они хихикнули, будто заговорщики, и весело посмотрели друг другу в глаза.

«Хорошая тётка, – решил Денис. – Она точно поможет».

Глава 5

Следующая ступенька мастерства

Он успел к началу урока по английскому языку, но не успел больше ничего: ни учебник открыть, чтобы понять, что задавали на дом, ни с Надей перемолвиться, ни Ломакину слово бросить…

Англичанка персонально Лабутина не спросила, но зато надиктовала текст, который надо было записать, как услышал, перевести без словаря и сдать листочек на проверку. Кое-какие слова Денис, конечно, знал: иногда лазил по англоязычным сайтам с описанием прохождения новых игр. В общем, написал кое-что кое-как на троечку. И то облегчение.

На обеде в столовой к Лабутину подсел Вовка Ломакин.

– Такая тётка классная эта Люция! – прихлёбывая суп, восхищённо признал он. – Она со мной и так, и этак, и чай, и конфеты, и баранки…

– Классная, – подтвердил Денис с набитым ртом. – Понимающая ваще.

– Ага. И верит всему, – взахлёб делился Вовка. – Я ей такого наплёл, а она только кивает и смотрит по-телячьи, прикинь! Всему поверила. Иногда и врать было жалко.

– Почему?

– Да она словно первоклашка! Также в рот смотрит. Я чуть её по голове не погладил и не просюсюкал: «Малышка, хошь конфетку?»

– Она бы не взяла. Скорее тебе б дала, – уверенно сказал Лабутин.

– Точняк, – согласился Вовка.

Сидевшая напротив Надя Смирнина подняла от тарелки глаза.

– Глупыши вы, вот что, – усмехнулась она. – Вот посмо́трите: отзовутся вам потом ваши лживые откровения, наплачетесь досыта.

– А ты не каркай, ворона! Откуда ты чё знаешь? – огрызнулся Вовка. – Сиди себе, сопи в трубочку.

Надя передёрнула плечами.

– Да пожалуйста. Не плачьте потом только, утешать не буду. – Она взяла поднос с грязными тарелками.

– Дура, – авторитетно заявил Ломакин, когда Надя ушла.

Денис подумал, жуя вермишель с маленькими кусочками гуляша.

– Не, – наконец мотнул он головой, – Надька нормальная. Только вот не геймер – это да. Но у неё причина.

– Чё за причина?

– У неё компа нет. А в школе разве поиграешь?

– А думаешь, ей надо? – засомневался Вовка. – У неё этой игры с утра до ночи пятеро – мал мала меньше. А ещё, говорят, мать у неё снова забеременела.