Сонет осенний золотой листок,
Как он сверкнул, последний, сквозь туман
Обманным бликом солнечного света!..
Октябрь, прощай! Ты славным был поэтом,
Но суть твоя – забвенье и обман.
На пепелище брошенной души
Меня так неожиданно и больно
С размаху окунули в нелюбовь,
И выгорело сердце до краёв…
Теперь ещё бы в голову – контрольный,
Чтоб обнулить к началу всех начал,
Чтоб горестные мысли обесточить,
Опустошив безжалостные ночи…
А где же выстрел? Он не прозвучал.
…На пепелище брошенной души
Некстати бродят выжившие мысли,
Как будто кто-то из бездонной выси
Пытается костёр разворошить,
Раздув из искры пламя… Но к чему
Любовь реанимировать, ответьте?
Отсутствие её больнее смерти,
Чернее погружения во тьму.
…На пепелище брошенной души
Раз побывав, вернуться не спеши…
Из нейросетей
Где-то за окнами сонной квартиры
Снег новогодний летит не спеша,
И в цифровом растворяется мире
Чья-то аналоговая душа.
Порабощают её нейросети,
Лайки ВКонтакте ей ставят с ленцой…
Скоро двенадцать… А старый кассетник
Ей подтверждает, что жив Виктор Цой.
На этажерке – обычные книжки,
Ламповый телик забыто пузат…
Может, она устаревшая слишком
И как-то раз повернула назад
Там, где рванули в иную эпоху
Цифропоклонники разных мастей?
Только душа – до последнего вздоха!
Рвётся на волю из нейросетей.
Пока жива надежда…
Тебе говорили, что вера умрёт и любовь,
А выживет только надежда. Ведь ей уготовано
Последней уйти, в кандалы ожиданий закованной,
Ни с кем не деля пустоту одиноких веков.
А так ли надежда – без веры, пустая – нужна?
А так ли она – без любви – несомненно спасительна?
И так ли, ответь-ка мне, участь её упоительна:
Испить нашу боль человечью – до самого дня?
…И всё же когда на закате звезда в небесах
Затеплится робко среди черноты подступающей,
Ты примешь её за надежду и спросишь: «Жива ещё?»
И ветер почуешь в опавших давно парусах…
Михаил Войтович
Россия
Молитва
Простишь ли нас, Боже,
За ложь и притворство,
Бездарные годы,
Забитые поры,
Забытые крылья,
За маски под кожей,
Беспечность и чёрствость,
За мёртвые воды,
За стены и шоры, 
