Вероника Белоусова – Прекрасная сторона зла (страница 2)

— Беспокоиться? — Лина не понимающе смотрит на Арсена.

— Ну, влюбишься, сбежишь к этому парню, нам придётся искать тебе замену, — нехотя поясняет он.

— Твоими бы устами, — Лина улыбается и вздыхает. — Но это вряд ли.

— Дина, тебе что-нибудь нужно? — спрашиваю я девушку. Она поднимается и задумчиво смотрит на меня. Светлые брюки и бледно-лавандовая блузка делают ее еще более хрупкой, чем она есть на самом деле.

— Нет, спасибо Зотикус, у меня все есть, — тихо отвечает Дина, и я улавливаю грусть в ее голосе. — Если вы не против, я пойду к себе.

— Мы собирались вечером в кино, — говорит Лина и переводит взгляд с меня на Арсена. — На ночной сеанс. Не хотите составить нам компанию?

Сын отрицательно мотает головой. У него пищит мобильный, он достает его, пробегает глазами по экрану, хмурится, кусая нижнюю губу.

— Я буду занят, — бросает он.

— И у меня встреча. В другой раз, — говорю я. Лина смущенно улыбается и идет на кухню. Слышу, как она гремит посудой, готовя им с Диной ароматное какао. Его запах я улавливаю, едва она открывает банку с порошком.

— Ты чем-то обеспокоен? — спрашиваю Арсена, замечая его напряженность.

— Поговорим об этом позже.

— Все хорошо? — уточняю я.

— Нет, но мне все равно нужно идти, — снимая с вешалки кашемировое пальто, откликается Арсен. — Меня ждет Якуб.

— Приятного вечера, — желаю я и с жадностью смотрю на письмо.

— Сомневаюсь, что он будет таким, — мрачно отвечает Арсен и направляется к двери. Наконец-то я остаюсь один.

Рву бумагу и вытаскиваю из конверта лист, сложенный вчетверо. От него пахнет специями и какими-то травами. Знакомый, дурманящий запах. Именно так пахли подушки в доме Елены и ее волосы. Мне нравилось вдыхать его, пряный и сладкий, с ноткой терпкости. Разворачиваю листок и пробегаю глазами по тексту. Он написан от руки красивым, но неаккуратным почерком. Местами буквы танцуют, слова остаются недописанными. Она волновалась, когда писала это. Да и просьба, с которой она ко мне решилась обратиться, никого бы не смогла оставить спокойным. Даже ведьму из древнего рода Савро. А именно к нему принадлежала Елена.

Перечитываю ее послание еще раз и откладываю его в сторону. Мне не по себе от него. Не могу отказать ей в помощи, но то, с чем она ко мне обратилась, ставит меня в тупик. Встаю и прохаживаюсь по гостиной. Наверное, ситуация действительно из ряда вон выходящая, иначе бы она не вспомнила обо мне. Что же произошло? Смотрю на дату, когда было написано письмо. Месяц назад. Изменилось ли что-то за это время? Нужен ли я ей еще? Елена не оставила никаких координат, кроме своего домашнего адреса, который я и так помнил. Включаю ноутбук и смотрю в интернете расписание ближайших авиарейсов до Москвы. Вспоминаю о встрече с Донной и опускаю крышку ноута. Черт, я же опаздываю.

Когда оказываюсь в ресторане, женщина уже ждет меня. Извиняюсь, за то, что задержался. Она снисходительно смотрит на меня, как на мальчишку, который нашкодил.

Сажусь за стол. Мы обмениваемся ничего не значащими фразами и заказываем вино. Моя собеседница острит, хочет произвести впечатление и казаться лёгкой в общении. Делаю вид, что поддаюсь ее очарованию. Вечер обещает быть хорошим и продуктивным. Донна скажет мне правду о том, какие вложения сейчас делать лучше всего.

Беседа идет легко. Я доволен и расслаблен. И в момент, когда я меньше всего ожидаю от жизни подвоха, входит Она. Ливия Моретти. Женщина моей вечности. Теряю нить разговора и, наверное, выгляжу странно, но не могу отвести взгляд от знакомого лица. Лив замечает меня и улыбается. Улыбка у нее приятная, но вместе с тем хищная. Она — прирожденный охотник. Азартный и беспощадный. На ней изумрудное платье, подчеркивающее каждый изгиб ее женственной фигуры. Рыжие волосы завиты в локоны и спускаются по спине до самого пояса. Взгляд золотисто-зеленых глаз внимателен и мягок. Как всегда, она не одна. Интересно, ее спутник догадывается кто с ним? Она проходит мимо нашего столика, оставляя за собой шлейф аромата пачули и мускуса.

— Мне нужно припудрить носик, — говорит она своему кавалеру. Оборачивается, бросает взгляд на меня. Я не могу отказать ей.

— Прошу прощения, — поднимаясь из-за стола, шепчу Донне. — Я отлучусь на пару минут.

Ливия направляется в холл. Иду следом за ней. Мы делаем вид, что незнакомы. Она вызывает лифт. Вхожу первым и приваливаюсь к зеркальной планке. Ливия нажимает кнопку последнего этажа. Двери закрываются, она подходит ко мне и, обняв за шею, целует в губы.

— Какого черта ты здесь делаешь? — спрашиваю я, не реагируя на ее поцелуй.

— Фу, какой ты невежливый! — негодует она, прижимаясь ко мне всем телом.

— Тебе запретили появляться в этом городе под страхом истинной смерти, — напоминаю я. — Что ты здесь забыла?

— Запреты дразнят, — улыбается Ливия и откидывает на спину медные локоны. — К тому же в Лондоне живешь ты.

— Чтобы такая самовлюбленная эгоистка, как ты, рисковала собственной жизнью ради того, чтобы покататься со своим бывшим любовником на лифте? Нет, не верю! — усмехаюсь я.

— И тем не менее, я здесь. — Ливия касается пальцами моей щеки и смотрит в глаза. Ее присутствие сводит меня с ума, и она знает это.

— Не могу сказать, что меня это радует, — моя ложь звучит вполне искренне.

— Буду считать это комплиментом. Кто та дряхлая леди, с которой ты пришел?

— Дряхлая? Да ну что ты! Она младенец по сравнению с нами.

— У нее второй подбородок, словно флаг, и задница, как уши у спаниеля. Ты извини, конечно, но я заранее ненавижу любую сучку, которая посмотрит на тебя с вожделением. Ты — мой, — страстно говорит Ливия, но я знаю ее умение отвлекать внимание и держу ухо востро.

— Настолько твой, что ты бросила меня триста лет назад ради романа с моим создателем. Так что давай отбросим плотские страсти и вернемся к главному — зачем ты приехала?

— Напоминать о прошлом — удел слабаков, — перебивает вампирша. — Просто послушайся меня и уезжай.

Кабина останавливается на последнем этаже. Ливия жмет на кнопку с цифрой "два", и мы снова оказываемся в замкнутом пространстве. Она целует меня, и я не хочу бороться с искушением — отвечаю ей и запутываюсь пальцами в копне ее густых волос.

— До встречи когда-нибудь, — говорит она. Лифт замирает, открывается, и мы снова идем в ресторан, где нас ждут наши спутники.

Общение с Донной становится тягостным. Она все так же мила, но меня все в ней раздражает. Пытаюсь придумать предлог, чтобы уйти, но Ливия, сидящая за столиком у окна и безбожно флиртующая со своим кавалером, не дает мне этого сделать. Взгляд прикован к ней. Ловлю каждое ее движение, подносит ли она бокал с вином к губам или откидывает назад свои шикарные волосы, демонстрируя запястье, украшенное браслетами. Могу поспорить, что она замечает мой интерес и смеется про себя. Это заставляет меня злиться, и я начинаю путаться в беседе с Донной.

Наконец Ливия и ее спутник покидают ресторан. Моя бывшая женщина проходит мимо, слегка задевая меня тыльной стороной руки. Притворяюсь, что не заметил. Дабы Донна ничего не заподозрила, уговариваю себя побыть в ее компании еще десять минут. Потом с сожалением смотрю на часы и сообщаю о срочном деле, придуманном наспех. Женщина кивает, выдавливает понимающую улыбку. Встретившись с ней глазами, вижу в них одиночество, смешанное с отчаянием. В этот момент мне кажется, что она старше, чем я, на целую вечность.

Домой иду пешком. Ходьба всегда помогает привести мысли в порядок. Встреча с Ливией выбила из колеи и встревожила меня. Она оказалась в месте, где ей быть запрещено, и может поплатиться за это жизнью. Но ради чего? Должна быть какая-то сильная мотивация, если Лив пренебрегла собственной безопасностью. Если только… Не готовиться устранение кого-то могущественного, и я каким-то образом могу этому помешать. Иначе бы она не просила меня покинуть город.

Но как? Вот уже более трехсот лет я отстранён от дел. Долгое заточение в Белой башне сказалось на отношениях с другими членами клана. От следопыта, которым я был когда-то, ничего не осталось, кроме навыков. Теперь я — обычный гражданский вампир, который просиживает зад в своем особняке, вкладывает миллионы в акции и путешествует, чтобы не сойти с ума от скуки.

Сую руки в карман и перехожу на противоположенную сторону улицы.

Сворачиваю в переулок и иду между домами. Здесь темно, фонари светят достаточно уныло. Воздух неприятно сырой, но в нем витает терпкая сладость. Понимаю, что это значит, и замираю на месте. Где-то рядом со мной вампир, истекающий кровью. Принюхиваюсь и иду на запах, как пес. До слуха доносится звук подъезжающего автомобиля. Слышу, как водитель вытаскивает ключи из зажигания и выходит из машины. Сомнений нет, это женщина. В следующую секунду ее крик — пронзительный, звонкий — заставляет меня схватиться за голову и пригнуться. Я оглушен им, раздавлен. Мне нужно время, чтобы прийти в себя, но у меня ее нет. Спешу туда, откуда доносится вопль. В темных окнах, как по команде, вспыхивает свет. Скрипят защелки, распахиваются рамы. Любопытные хотят узреть, что стряслось.

— Вам нужна помощь? — подходя к испуганной женщине, спрашиваю я.

Она трясется, указывая пальцем в сторону белого авто.

— Там, — бормочет она.

На крыше спортивного автомобиля лежит тело мужчины. Белоснежная рубашка, в которую он одет явно не по погоде, разорвана и залита кровью. С левой стороны грудной клетки зияет черная пустота. Рядом с трупом валяется красный ошметок, который когда-то был сердцем. Мой взгляд задерживается на лице убитого. Я узнаю его. Это Маркус, из древнего вампирского клана лекарей. Возле его головы замечаю белую карточку, на которой красным цветом нарисована цифра пять. Что это может значить? Забираю ее себе. Движение стремительно, и его не замечают.