Вероника Аверина – Ученик Мрака (страница 29)
— Да на кой он им, мёртвый…
— Мрак.
Голос Леди упал тяжёлым камнем, сбив накал приближавшегося конфликта. Мрак вновь выругался, поднялся, отшвырнув Саньку к сестре, и, крякнув, взвалил на плечо тело Волчка.
— Если нас с трупом поймают…
— Я знаю, куда. Поехали, — поторопила Леди, железной хваткой сжав запястье плохо соображавшего Саньки.
Волчок нашёл последнее пристанище на густо оплетённой еловыми ветвями лесной поляне. Работали втроём, молча, сосредоточенно. Даже Мрак не ворчал и не ругался. Лопат было две, и они сменяли друг друга, торопясь скорее закончить. Когда последний ком земли упал на свежую могилу, а Мрак прикрыл её нарубленным лапником, воцарилась тишина. Санька сидел на корточках, спрятав лицо в ладонях и пытаясь осознать, что задорное «агась» навсегда умолкло, скованное метром рыхлой лесной почвы. Должен был заниматься рассвет, но густые ели цеплялись за темноту, не выпуская её из колючих объятий.
Переоделись тут же, у машин. Причём Леди не посчитала нужным поискать укромный уголок, спокойно разоблачившись до белья. Мрак к положению дел был привычен. А Саньке было всё равно.
В гостиную они ввалились, когда уже полностью рассвело, и нежные солнечные лучи скользили по светлому полу. Денёк обещал быть ясным, вопреки устоявшейся непогоде. Леди отправилась домой, спать, и уединение ничто не нарушало.
Мрак тяжело рухнул на стул у стола и опустил голову на сложенные руки. Санька остановился посреди комнаты, пытаясь вычленить хоть одну цельную мысль в водовороте неясных образов.
— Мне жаль.
Голос, глухой и скрипучий, вывел из забытья.
«
«
В груди полыхнуло огнём. Ярость затопила ноющее тело. Санька медленно, как зомби, переставлял ноги, приближаясь к столу.
«
Ну и пусть. Ну и ладно. Да к чёрту всё! Игра зашла слишком далеко, чтобы позволить себе бояться.
Мрак, не поднимая головы, медленно проговорил:
— Иди, отдыхай. Завтра вещи соберёшь.
Санька замер на месте, не понимая, куда клонит наёмник.
— В смысле?
— В прямом. Соберёшь шмотки и вали на все четыре стороны. Наш договор закончен. Трогать тебя я не собираюсь. И твоих друзей тоже. Не бойся.
— Да какого чёрта? — взорвался Санька. — Думаешь, три месяца игрался, а теперь преподал урок, и можешь вышвырнуть, как нашкодившего щенка?!
— Ты и есть нашкодивший щенок, — устало, без тени злости произнёс Мрак и посмотрел на него. — Но не в этом дело. Не могу я, понимаешь? Не могу. Я взбесился, когда тебя в подворотне увидел, после драки с насильниками. Потому что ты чудом не пострадал. А сегодня окончательно понял, что я так не могу. Не хочу, чтобы ты сдох из-за того, что я не успел прикрыть. Не хочу брать на себя ответственность за твою жизнь. Я ошибся, Сань. Мне не нужен ученик. Я не готов.
— О, здорово, что ты, наконец, это понял, — зло процедил Санька, вновь отдаваясь во власть ярости. — Что человек — не игрушка. Жаль только, что до тебя сейчас дошло. А не днём раньше. Тогда Волчок был бы жив.
— Что ты несёшь? — Мрак нахмурился и поднялся из-за стола, внимательно изучая наступавшего на него Саньку.
— Ты думаешь, я тупой? Не понял? Последний урок, да, «мастер»? Показал мне последствия моих чёртовых поступков? А теперь пинка под зад, и катись, щеночек? Ты серьёзно думаешь, что я прощу тебе Волчка?! На хрена ты его туда приволок?!
Лицо у Мрака вытянулось, отображая всю мощь охватившего его изумления.
— Да… видать, неслабо ты головой-то приложился…
Санька, потеряв терпение, рванулся вперёд, вцепился наёмнику в ворот и встряхнул, ощущая, как ноющие мышцы наливаются адреналиновой силой.
— Да ладно заливать, Мрак! Волчка кто-то привёл. Ударил ножом, располосовав грудь. И слился. Через окно. А потом эта сучка нарисовалась зубастая. Идеальная демонстрация! И вампиров показал, и наказал по полной, за непослушание и болтливость. А теперь признаться ссышь?
— Ты сам себя слышишь? — начиная раздражаться, уточнил Мрак, не сделав ни единой попытки высвободиться. Снисходительность обожгла, заставив ярость гранатой разорваться в груди. Санька отпустил ворот, отступил на шаг и изо всех сил двинул кулаком в ненавистное лицо. Рефлексы не подвели: Мрак увернулся, и удар пришёлся на скулу, а не в нос.
— Ну всё… — выдохнул взбешённый наёмник, разворачиваясь.
Первый удар Санька сумел отбить. Второй — избежать, резко дёрнувшись в сторону. А третий пробил пресс, полыхнув знакомой болью. Мрак вновь заломил ему руку и уложил мордой на стол, придавив сверху своим весом.
— Мозги отшибло совсем, да?! Кого я куда приволок, идиот несчастный, я ж с тобой ехал!
— Леди была на своей машине… — просипел Санька, не желая сдаваться. Заломленная рука горела, но теперь боль не имела никакого значения. Волчок не заслужил смерти.
— Ага, и запросто приволокла пацана в заброшку, да так, что он и не пикнул. Мы ещё троих тварей выковыривали из подвала, гнилая твоя башка! Я к тебе прибежал, как только услышал, что второй бой завязался. Выручить тебя, дурака, хотел. Руку под удар подставил. Но тебе на это наплевать. Ты надумал себе несусветную чушь, и…
Хватка ослабла. Мрак отступил назад, горько хмыкнув.
Санька развернулся, машинально потирая запястье. Ярость утихла, остуженная болью.
— Не сам же он туда пришёл… Волчок мне перед смертью сказал: «Не верь ему».
— Ну! — Мрак нервно заправил за ухо прядь грязных, свалявшихся волос и зло глянул ему в лицо. — Два и два не складывается?
— Ты… знал? — вдруг осенило Саньку.
— Знал. Не думал, что это Волчок будет. Но, видать, добегался пацан. Нарвался. Я хотел, чтобы ты сам всё увидел. Надеялся успеть. Не заметил, что одна зубастая ушла. Мне очень жаль, Сань. Тут, действительно, моя ошибка.
Санька опустился на стул и растерянно покачал головой.
— Я не понимаю, Мрак… Скажи прямо, не виляй.
— Да что тут вилять-то? Всё у тебя перед носом происходило. Не первый год. Я только слегка копнул, проверить твою компанию, сразу в нестыковки упёрся. Но ты так увлёкся фантазиями на тему моего мнимого маньячества… Вампиров-то увидел? Убедился?
— Убедился… — понурился Санька, чувствуя, как откатившаяся ярость обернулась слабостью. — Прости. Что не верил. Но я не понимаю… Какие нестыковки? Почему ты мне ничего не говорил? И, слушай… а можно мне покурить? Нервы…
— Кури, — кивнул Мрак, прошёл в кухонный закуток, порылся в ящике, выудил пепельницу, пачку своих сигарет. Чертыхнулся, ненароком уронив на пол валявшийся в ящике нож-бабочку. Зажав пачку и пепельницу в левой руке, ловко подхватил раскрывшуюся выкидушку и привычным жестом сложил, защёлкнув стопор.
Сухой металлический щелчок.
Санька побледнел.
— Мрак, я… я знаю, кто там был. И это… я остаюсь.
Глава 14. Эпилог. О решениях и героях
Следующий день прошёл как в полусне. Тренировки не было. Мрак днём уехал по делам, вновь напомнив о готовности отпустить Саньку восвояси.
— Ты подумай. Не торопись. Сутки даю. Реши, насколько тебе оно надо. Преследовать не стану. И это… прости меня. За руки. Я, реально, перепсиховал, испугавшись.
Санька, нехотя цедивший кофе, вскинулся, изумлённо разглядывая виноватое лицо с синяком на скуле. Мрак не умел извиняться. Даже с учётом присущей ему искренности в признании своих ошибок.
— Да… Хорошо. Проехали. Но, если честно, лишним оно было. Я и сам испугался. И понял, насколько переоценил себя.
Мрак слабо улыбнулся и поспешно удалился в гараж.
Санька весь день слонялся по дому. Отчистил доспех, поначалу несколько минут разглядывая следы крови. Крови Волчка. Тот хотел поступить правильно. Так, как велело ему понимание долга. Хотел научиться бороться с бедой, изломавшей его жизнь. Убивать вампиров. Отомстить? Или сберечь жизнь чужую? Чужой матери?
Саня был уверен, что вряд ли сумеет убить человека. Просто так, ради заказа, не для самозащиты. Но одна лишь мысль об окровавленных клыках кусавшей Волчка зубастой заставляла руки трястись от ненависти. Вампиров убивать он сможет. И захочет. Да и куда ему возвращаться, к кому, теперь, когда вся его жизнь разбилась о сухой щелчок раскрывшейся бабочки?
Всё сошлось кусочками мозаики. Грубый шрам на шее Бо. «Текучка» в их банде: теперь, напрягая память с уже имевшимся знанием, Саня понял, что внезапно исчезали пацаны, которые сразу ко двору не приходились. Те, за кого некому было заступиться. Хватиться было некому. Бо подбирал беспризорников и переправлял на корм тварям, обосновавшимся в деревушке. Одного-двоих в месяц. Как долго они умирали? Как мучительно? Сколько часов, суток, недель им довелось провести в разрушенном здании, отдавая свою кровь зубастым тварям? А Саня считал Бо героем… И почему «старший брат» не скормил его, Саньку?
Задира-Волчок поплатился за свой интерес к наёмникам. За то, что пошёл против воли вожака, пристав к Саньке с мечтой обучиться. Мог ли Саня спасти его? Спас бы, если б перестал трястись за свою шкуру и бояться надуманной опасности?
Мрак не мог рассказать Саньке о своих подозрениях. Не доверял. Не исключал того, что Саня, как старожил банды, тоже замазан по уши. Хотел сначала проверить. Хотел, чтобы Санька сам увидел Бо. Потому и в засаде оставил там, где просматривались все входы в здание. Он не боялся за Саньку, полагая, что вампиров заблокирует. А с человеком Саня должен был совладать.