Вернор Виндж – Сквозь время (страница 93)
Прошло несколько секунд.
– Ну, в общем, не исключено. Моника Рейнс происходит из семьи биологов, а небольшую лабораторию совсем не трудно спрятать. Медицинская служба Королевых находится на хорошем уровне, но она не приспособлена для ведения военных действий.
Делла Лу улыбнулась:
– Очень интересная идея, Вил. Хорошо разработанный вирус может обмануть панфагов и заразить всех, причем симптомы не будут проявляться достаточно долго. Даже запузырение не спасет от болезни.
Интересная идея… Бриерсон употребил бы совсем другие слова. Эпидемии, начавшиеся после войны 1997 года, погубили большую часть человечества. Даже во времена Вила население Америки составляло менее сорока миллионов человек. С тех пор люди забыли свои страхи… И все же – лучше бомбы и пули, чем вирусы.
Он облизнул губы.
– Надеюсь, сейчас об этом нам беспокоиться не нужно. Елена ведь должна знать, каким будет ответ выстехов на ее действия. Однако, если колония начнет развиваться слишком успешно…
– Да. Я это отмечу. Теперь, когда мы готовы к такой возможности, нетрудно принять соответствующие меры. У меня есть специальное медицинское оборудование. Это разумно и очень параноидально.
– Угу.
«Беспокоиться не о чем, Вил». Они потеряли одного подозреваемого – зато, вероятно, приобрели маньяка, помешанного на идее геноцида.
Глава 8
Вил не пошел на вечеринку на Северном побережье. Во-первых, после встречи с мисс Рейнс у него было совершенно неподходящее настроение, ну и… ведь кто-то же убил Марту. Скорее всего, этот «кто-то» хотел, чтобы колония погибла. А инспектор Бриерсон так и не продвинулся в раскрытии преступления. С вечеринками придется подождать.
Вил подсоединил компьютер к домашнему архиву. Можно было бы пользоваться дисплеями напрямую, но он чувствовал себя гораздо свободнее со своим портативным компьютером… Кроме того, эта штука проделала с ним вместе весь путь из прошлого. Память машины напоминала чердак, набитый уймой личных воспоминаний; дата на экране сообщала, что сегодня 16 февраля 2100 года, – так было бы, если бы Вил остался в своем времени.
Он подогрел обед и задумчиво жевал овощи, одновременно поглядывая на экран. Ему фатально не хватало времени на изучение данных – еще одна уважительная причина, чтобы остаться вечером дома. Люди, не имеющие никакого отношения к полиции, даже и представить себе не могут, сколько информации следователь добывает при помощи компьютера, – как правило, полицейские пользуются общественными базами данных. В источниках, которые Вилу необходимо изучить, наверняка содержатся необходимые ему улики. Его домашний архив хранил гораздо больше информации, чем архив любого другого низтеха. В дополнение к «Грин-Инку» 2201 года выпуска там были еще и копии некоторых разделов баз данных, принадлежавших Королевой и Лу.
Вил настоял на том, чтобы у него были собственные копии. Он не хотел пользоваться сетью, поскольку знал, что данные иногда загадочно меняются в зависимости от настроения их владельцев. За эту независимость пришлось заплатить тем, что он не всегда мог расшифровать получаемую информацию. Его собственные процессоры с трудом адаптировались к более сложному построению базы данных выстехов.
С записями Елены все было не так уж страшно. Ими можно было пользоваться не только при помощи обруча, но и в режиме давно устаревшего диалогового общения. Понять ее технический жаргон было почти невозможно, однако в целом он справлялся.
Совсем другое дело – базы данных Деллы. Ее «Грин-Инк» был на год моложе, чем тот, которым пользовалась Елена, но Делла предупредила партнера, что часть информации сильно пострадала во время ее путешествия. Это еще слабо сказано! Целые блоки информации, относящиеся к концу двадцать второго века, оказались поврежденными или вообще отсутствовали. Наверняка личная база данных Деллы на самом деле находилась в целости и сохранности, но она общалась со своим компьютером только через обруч. Процессоры Вила не справлялись с вызовом нужной информации. Как правило, то, что он получал в результате, скорее напоминало аллегорические галлюцинации. А временами его блокировала какая-то виртуальная личность… В который раз Вил пожалел, что не умеет пользоваться обручем интерфейса. Их уже изобрели в его время. Если человек обладал достаточно высокими интеллектуальными способностями и воображением, такие обручи превращали его сознание и компьютер в единое целое. Иначе обруч превращался в своего рода электронный наркотик. Вил вздохнул. Елена говорила, что обручи, разработанные в ее эпоху, гораздо проще в обращении. Жаль, что она не дала ему времени научиться.
В свою базу данных Делла вместила девять тысяч лет путешествий. Глазам Вила представали потрясающие картины – мир, где растения летали, словно птицы; скопление звезд вокруг какого-то темного и явно движущегося объекта; снимок зеленой, усеянной множеством кратеров планеты, сделанный с орбиты… На одной из планет в сиянии огромного красного солнца Вил заметил нечто похожее на развалины. Однако признаков разумной жизни он не обнаружил больше нигде. Была ли она настолько редкой, что глазам Деллы представали только руины цивилизаций, исчезнувших многие миллионы лет назад? Вил еще не расспрашивал Деллу о ее путешествиях; им следовало разобраться в том, кто убил Марту; кроме того, до последнего времени с Деллой было совсем не просто разговаривать. Впрочем, Вил неожиданно понял, что Делла и не особенно стремилась обсуждать эти темы.
Прочие исследования проходили более успешно. Он внимательно изучил все, что касалось большинства выстехов. Кроме Елены и Марты, они не имели никаких отношений друг с другом в своем времени. Хотя тут трудно было сказать наверняка. В биографических каталогах всегда были секретные программы. И если человек хотел скрыть что-то из своего прошлого, то просто закрывал доступ к этой информации.
На Филиппа Жене данных оказалось меньше всего. До 2160 года – вообще никаких упоминаний. Именно в этом году появились объявления, в которых Жене предлагал услуги строительного подрядчика. К этому времени ему было по меньшей мере сорок лет. Нужно жить полным отшельником или иметь очень много денег, чтобы до сорока лет не попасть ни в какие рассылки и не упоминаться в рейтингах кредитоспособности. Впрочем, до 2160 года Жене мог находиться в стасисе… Вил не стал заострять внимание на этом вопросе – пришлось бы начать отдельное расследование. Между 2160 и 2201 годом, когда Жене покинул цивилизацию, следы его деятельности были редкими, но вполне различимыми. Он не совершил никаких преступлений, за которые полагалось наказание, не участвовал в политической жизни и не написал ни одной статьи, заинтересовавшей общественное мнение. Судя по рекламе, которую Жене давал в средства массовой информации, строительный бизнес приносил ему определенную прибыль. Счета его компании были довольно солидными, но ничем не выделялись среди других, да и на рекламу он тратил немного. В последней декаде двадцать второго века он поддался всеобщему безумию и начал специализироваться на космическом строительстве. Вил нигде не сумел найти ни малейшего намека на возможный мотив убийства. Однако, учитывая участие Жене в космических проектах, можно предположить, что он владел более современным оружием, чем многие выстехи. Спокойное консервативное прошлое Жене никак не объясняло причину его прыжка в будущее. С ним необходимо поговорить в первую очередь; во всяком случае, будет приятно пообщаться с нормальным выстехом.
По количеству документов Делла Лу представляла собой другую крайность. Бриерсону следовало узнать ее имя уже при первом упоминании, ведь оно было в книгах по истории, которые Вил читал в детстве. Если бы не она, революция 2048 года против Мирной Власти потерпела бы ужасающее поражение. Делла являлась двойным агентом.
Вил только что перечитал историю этой войны. Мирники считали Лу офицером секретной полиции, сумевшей внедриться в ряды повстанцев. На самом же деле все было наоборот. Когда восставшие осаждали Ливермор, Делла Лу находилась в штабе Мирной Власти и в самый решительный момент, под носом своего начальства, сумела окружить пузырем штаб Мирников и себя. Конец сражения; конец Мирной Власти. Остальные силы Мирников либо сдались, либо попрятались в пузыри. Мирники, которые сейчас устроились на Северном побережье, были тайным азиатским гарнизоном, в чьи задачи входило продолжение войны в будущем; к несчастью для себя, они попали в слишком далекое будущее.
То, что сделала Делла, требовало немалого мужества. Она находилась в окружении людей, которых предала, и после выхода из стасиса могла в лучшем случае рассчитывать на быструю смерть.
Все это произошло в 2048 году, за два года до рождения Вила. Он помнил, как ребенком читал книги по истории и мечтал, что, когда ливерморский пузырь наконец лопнет, храбрую Деллу Лу сумеют спасти. Бриерсон не дожил до этого момента. Его тайно запузырили в 2100 году, как раз перед тем, как Делла вышла из стасиса. Вся его жизнь прошла в то время, которого для Деллы Лу не существовало. Теперь Вил мог узнать все подробности ее спасения и проследить за жизнью Лу в двадцать втором веке.
С самого начала она была знаменитостью. Биографы нанимали папарацци, и вся жизнь Деллы была самым подробным образом описана. Как сильно она изменилась! О, лицо осталось тем же, да и волосы в двадцать втором веке Делла носила очень короткие. Только тогда ее движения отличались точностью и силой. Она напоминала Вилу полицейского или даже солдата. Рассматривая фотографии Деллы Лу из прошлого, Вил видел выражение счастья на ее лице и веселые искры в глазах; сейчас ему казалось, что Лу приходится заново осваивать эти человеческие чувства. Она вышла замуж за Мастерового, Мигеля Росаса, – и Вил узнал в нем ту виртуальную личность, которую он видел, изучая базу данных Деллы. В 2150-м супруги вновь стали знаменитыми – на этот раз благодаря исследованиям внешней части Солнечной системы. Росас погиб во время экспедиции к Темному спутнику. Делла оставила цивилизацию ради полета на звезду Гейтвуда в 2202 году.