Вернор Виндж – Сквозь время (страница 77)

На дисплее за спиной Елены возникло разноцветное сечение Кампучийских Альп. Снаружи земная кора была обозначена синим цветом, а дальше цвета менялись на желтый и оранжевый. Как раз на границе между оранжевой полосой и ярко-красным пятном магмы можно было заметить крошечный черный диск – пузырь Мирной Власти, случайно оказавшийся у врат ада.

Внутри пузыря время остановилось в тот момент уже почти забытой всеми войны, когда проигравшие решили спастись в будущем. Никакая сила не могла повредить содержимое пузыря или изменить время его жизни – ни сердце звезды, ни сердце любящего человека.

Но когда пузырь лопнет, когда кончится стасис… Люди окажутся под землей, на глубине сорок километров. Несколько кратких мгновений грохота, невыносимого жара и страшной боли – и все поглотит магма. Сто женщин и мужчин умрут, а человеческая раса сделает еще один шаг навстречу полному уничтожению.

Королевы предлагали поднять пузырь на поверхность, где он сможет спокойно пролежать оставшиеся два тысячелетия.

Елена махнула рукой в сторону дисплея:

– Сейчас вы видите, в каком положении находился пузырь перед началом операции. Вот что происходит в настоящий момент.

Изображение начало мигать. Граница красной магмы поднялась на тысячи метров над пузырем, а на оранжевом и желтом фоне засверкали ослепительно-белые точки. На месте каждой из них вспыхивало красное сияние и расползалось во все стороны почти так же – Вила даже передернуло от этой мысли, – как кровь после удара ножом.

– Каждая вспышка – бомба в сотню мегатонн. За последние несколько секунд мы высвободили больше энергии, чем за все человеческие войны, вместе взятые.

Красное мерцание соединилось в огромную затянувшуюся рану на груди Кампучии. Магма все еще находилась в двадцати километрах от поверхности земли. Последовательность взрывов была рассчитана так, чтобы расплавленная огненно-красная волна магмы поднималась все ближе и ближе к поверхности. В нижней части экрана, как ни в чем не бывало, не затронутый бушующими вокруг могучими силами, спокойно плавал пузырь с заключенными в нем людьми. Его движение вверх при таком масштабе было почти незаметным.

Вил оторвал взгляд от дисплея и посмотрел в сторону северного горизонта: там все оставалось по-прежнему – лишь холодная, ничем не потревоженная голубизна. Предполагаемое место выхода пузыря на поверхность находилось в полутора тысячах километров отсюда, однако Вил ожидал увидеть впечатляющее зрелище.

Прошло несколько минут. Прохладный ветерок пробежал по рядам зрителей и спрятался в ветвях почти-палисандровых деревьев вокруг сцены, окутав людей ароматом цветов. Семья пауков на верхних ветвях одного из деревьев соткала роскошную паутину; шелковое кружево поблескивало радужными красками на фоне голубого неба.

Часы в углу экрана показывали, что прошло почти четыре минуты. Бомбы продолжали взрываться в тысячах метров под поверхностью земли.

С места поднялся президент Фрейли:

– Мадам Королева, пожалуйста, еще есть время остановить вашу операцию. Я знаю, что вы спасали всех: безумцев, искателей приключений, преступников, их жертв. Но эти люди – чудовища!

Впервые Вилу показалось, что в голосе Фрейли прозвучало искреннее чувство – может быть, даже страх. Вдруг он прав? Если слухи подтвердятся, если Мирная Власть действительно была виновна в возникновении эпидемий в начале двадцать первого столетия, тогда на их совести гибель многих миллионов людей. Если бы проект «Возрождение» завершился успешно, были бы уничтожены почти все, кому посчастливилось пережить эпидемии.

Елена Королева покосилась на Фрейли, но ничего не ответила. Президент Нью-Мексико напрягся, а затем подал своим людям знак. Сто мужчин и женщин, одетых в форму НМ, быстро встали. Это был драматичный жест, даже если за ним ничего и не стояло: когда они уйдут, здесь почти никого не останется.

– Господин президент, я предлагаю вам и всем остальным занять свои места, – сказала Марта Королева.

Ее голос звучал, как всегда, мягко и спокойно, хотя обидный намек, содержавшийся в словах, заставил Стива Фрейли покраснеть. Он сделал сердитый жест и повернулся к каменным ступенькам, ведущим к выходу из театра.

Вил был склонен толковать слова Марты буквально: Елена нередко прибегала к сарказму и повелительной властности, но Марта, как правило, давала советы, стараясь помочь. Вил посмотрел на север. Над склонами покрытых джунглями гор воздух начал дрожать. Ох! Внезапно все осознав, Вил плюхнулся на ближайшую скамейку.

А через мгновение земля вздрогнула. Движение было беззвучным, плавным, однако ноги Фрейли подкосились, и он упал. Помощники президента быстро его подняли, но он ужасно разозлился и, бросив на Марту свирепый взгляд, начал быстро подниматься по ступенькам. Вила президент заметил, только когда поравнялся с ним. Вил занимал почетное место в фекальном пантеоне республики Нью-Мексико, и то, что он был свидетелем этого унижения, оказалось последней каплей, переполнившей чашу терпения Стива Фрейли. Генералы поспешили увести президента из амфитеатра. Те, кто последовал за ним, бросали на Бриерсона мрачные взгляды или совсем на него не смотрели.

Постепенно их шаги стихли, а несколько секунд спустя взревели моторы бронированных автомобилей и вся компания отбыла в свою часть города.

Землетрясение не прекращалось. На человека, выросшего в Мичигане, оно производило пугающее впечатление. Земля раскачивалась почти беззвучно. Но и птицы тоже смолкли, а паук замер на своей роскошной паутине. Древние камни замка начали скрипеть.

Экран дисплея показывал, что магма почти добралась до поверхности земли. Крошечные огоньки, изображавшие бомбы, вспыхивали уже совсем близко от голубой границы, а последний желтый слой твердой почвы просто… испарился.

Однако взрывы продолжались, образуя широкое багряное море.

Но вот на северном горизонте стало заметно какое-то движение. Наконец появилось прямое свидетельство происходящих там катаклизмов. Ослепительное сияние озарило светло-голубое небо, словно восход солнца. Прямо над вспышками вторым горизонтом начала медленно подниматься белая полоса. Взрывы превратили в пыль северное подножие Кампучийских Альп.

По рядам зрителей пронесся вздох. Вил посмотрел вниз и увидел, что несколько человек, размахивая руками, указывают наверх. Громадное розовое облако, чуть ярче самого неба, – загадочный и немного пугающий призрак – расползалось с севера на юг. Дневной восход?

По склонам гор у самого подножия замка метались молнии. Воздух в амфитеатре был насыщен статическим электричеством, однако вокруг стояла жуткая тишина. Спасение пузыря сопровождается таким грохотом, который разнесется на многие сотни километров, однако лишь через час звук дойдет от Кампучийских Альп до Внутреннего моря.

Пузырь Мирной Власти, подобно обломкам корабля, освободившимся под солнцем ото льда, всплывал на поверхность.

Глава 2

Все согласились с Мартой, что зрелище получилось грандиозное. Впрочем, многие не понимали, что это «зрелище» не ограничится одним вечером ослепительных фейерверков. Отзвуки «аплодисментов» будут слышны еще довольно долго – скорее угрюмые, чем восторженные.

Спасательный взрыв был примерно в сто раз мощнее, чем извержение Кракатау в девятнадцатом веке. Миллионы тонн пепла и камней выбросило в стратосферу. Солнце в эти дни редко гостило на небе, появляясь в лучшем случае в виде тусклого красноватого диска, прячущегося в дымке. В Королеве землю по утрам сковывал мороз. Почти-палисандровые деревья умирали. Пауки, населявшие их, погибли или перебрались в кусты. Теперь даже в джунглях, расположенных у побережья, температура редко поднималась выше четырнадцати градусов.

Почти каждый день шел дождь, только на землю с небес опускалась пыль, а не вода. Когда пыль была сухой, она напоминала серо-коричневый снег, причудливо собиравшийся на крышах домов и деревьях; ребята из Нью-Мексико испортили последний вертолет, на горьком опыте узнав, что делает каменная пыль с двигателями. Однако, когда с неба падала мокрая пыль, было гораздо хуже – черная жидкость превращала сугробы в грязь. То, что бомбы были «чистыми», а пыль – «натуральным продуктом», служило довольно слабым утешением.

Роботы Королевых быстро восстановили монорельсовую дорогу, и Вил с братьями Дазгубта отправился на море.

Дюны исчезли – цунами унесли весь песок вглубь материка. Деревья к югу от дюн лежали на земле, верхушками в противоположную от моря сторону. Зелени больше не было, все покрывал пепел. Он лежал даже на поверхности моря. Удивительно, но часть обезьян-рыболовов выжила. Вил заметил, как они собрались в небольшие группы на пляже, сосредоточенно очищая друг другу шкуру. Большую часть времени обезьяны проводили в по-прежнему теплой воде.

Само спасение, несомненно, прошло успешно – пузырь Мирной Власти выскочил на поверхность. Флайер Королевых навестил его на третий день. Сделанные фотографии производили большое впечатление. Мощные ветры продолжали нести пепел над серой, покрытой лавой землей. Сквозь трещины виднелся тлеющий оранжевый огонь. В центре медленно замерзающего каменного озера покоилась идеальная сфера, на две трети выступающая наружу. Конечно же, на ней не было ни царапинки от камней, ни следа пепла. Сфера была почти невидимой. Ее зеркальная поверхность отражала сеть пылающих трещин, растянувшихся во все стороны в сером тумане.