Вернор Виндж – Сквозь время (страница 38)

– Пока у меня только предположения, Эллисон. Власть, насколько я могу судить, действовала методом проб и ошибок. Если верить моим расчетам, период распада купола, в зависимости от радиуса и массы, равняется примерно пятидесяти годам. Самые маленькие купола, которые генерировала Власть, имели десять метров в диаметре. Они взорвались первыми. Ваш разведывательный корабль попал в купол диаметром тридцать метров – ему потребовалось немного больше времени, чтобы разложиться. – Неожиданно Пол сообразил, что рассуждения увели его в сторону, и усилием воли заставил себя вернуться к вопросу Эллисон. Он ненадолго задумался. – Ванденберг должен продержаться пятьдесят пять лет.

– Черт побери, еще пять лет! – Эллисон снова начала шагать по веранде. – Похоже, тебе придется побеждать без их помощи. Я все удивлялась, почему ты не рассказал обо мне своим друзьям; ты даже не объяснил им, что внутри купола время останавливается. Я считала, что ты хочешь сделать Власти сюрприз, когда их давным-давно похороненные жертвы внезапно оживут.

– Ты очень близка к истине. Ты, я, Вили и Моралесы – только нам известна правда. Власть еще не догадалась, как на самом деле обстоят дела. По словам Вили, они отправили все, что осталось от вашего корабля, в Ливермор и рассчитывают найти там ключи ко всем загадкам. Наверняка эти кретины уверены, что столкнулись с новым заговором… С другой стороны, не так уж это и глупо. Надеюсь, на борту вашего корабля не было никаких бумаг.

– Естественно. Даже наши записные книжки были электронными. Попав к врагам, мы могли бы уничтожить все за считаные секунды. Благодаря пожару там не осталось ничего, кроме оплавленных приборов. А если у них нет старых архивов с отпечатками пальцев, они не смогут идентифицировать ни Фреда, ни Ангуса.

– Знаешь, я сказал Мастеровым, что скоро передам им способ изготовления генераторов куполов. Но про эффект стасиса я, наверное, умолчу. Это знание, если воспользоваться им вовремя, даст нам реальное преимущество. Я не хочу, чтобы произошла утечка информации.

Эллисон повернулась и снова направилась к противоположной стене веранды, но тут заметила дисплей, который внимательно изучал Пол. Она легко оперлась о его плечо, чтобы получше рассмотреть картинку.

– Похоже на разведывательную операцию, – сказала она.

– Да. Вили и Джилл получили сигналы со спутников, которые мы прослушиваем. Это районы, в которых Власти кого-то ищут.

– Они ищут тебя.

– Возможно.

Он дотронулся до клавиатуры, расположенной сбоку от плоского экрана, и на дисплее появилось схематическое изображение действий Власти за последние несколько дней.

– Вот сволочи! – В голосе Эллисон зазвучал гнев. – Они уничтожили нашу страну, а потом украли наши достижения. Эта поисковая схема очень напоминает стандартную процедуру, которую мы использовали в тысяча девятьсот семьдесят седьмом году для аэроразведки среднего уровня дальности. Держу пари, что эти гнусные типы в жизни ничего не придумали своего… Гм. Ну-ка верни предыдущую картинку. – Эллисон опустилась на колени, так ей были лучше видны данные на экране. – Мне кажется, сегодняшняя разведка была последней на этом участке. Я бы на твоем месте не стала удивляться, если они передвинут свои поиски на сто – двести километров в сторону.

С одной стороны, знания Эллисон за пятьдесят лет устарели и были бесполезными; с другой стороны, может быть, как раз именно они и были сейчас необходимы.

Пол Нейсмит вознес безмолвную хвалу Небесам за то, что Гамильтон Эвери за все эти годы не растерял своего пыла и вынудил Пола Хелера прятаться, сменить имя и держать в секрете местоположение своего дома, хотя никаких видимых причин для этого не было.

– Если они сдвинутся на север – прекрасно. А вот если их понесет на юг… Мы здесь хорошо спрятались, но при таких тщательных поисках больше нескольких дней нам все равно не продержаться. И тогда…

Пол провел пальцем по горлу и театрально захрипел.

– А нельзя ли устроить бродячий цирк?

– Вообще-то, можно. Надо заняться этим. У меня есть закрытый фургон как раз достаточного размера для самого необходимого оборудования. Однако сейчас… Понимаешь, Эллисон, пока у нас нет ничего, кроме голых теорий. Я перевожу физические задачи в математические и передаю их Вили. С помощью Джилл он старается максимально быстро создавать компьютерные программы.

– У меня такое впечатление, что парень все время будто во сне.

– Вили – самый лучший из всех математиков, что у нас есть, – ответил Нейсмит, покачав головой.

Мальчишка научился симбиотическому программированию быстрее, чем кто бы то ни было.

Полу даже не верилось, что такое возможно. Эта техника улучшала способности практически любого программиста, но в случае с Вили выдающийся талант превратился в феномен, который сам Нейсмит не мог до конца осознать. Даже подсоединившись к Вили и Джилл, он был не в силах постичь детали их алгоритмов. Это было удивительно еще и потому, что без симбионта Вили не превосходил Пола в остроте ума. «Интересно, смог бы и я добиться таких же результатов, если бы пользовался симбиотическим программированием с молодости?» – подумал Пол.

– По-моему, решение задачи не за горами. Судя по тому, что нам уже известно, мы, вероятно, сумеем генерировать купола, практически не затрачивая никакой энергии. А программа должна быть такой, чтобы Джилл смогла воспроизвести ее в любой момент.

Эллисон осталась на коленях, ее лицо сейчас было в нескольких сантиметрах от лица Пола.

– Твоя программа – Джилл… Я потрясена. Лучшие наши процессоры не смогли бы создать движущееся голографическое изображение! Но почему у нее мое лицо, Пол? Ведь прошло столько лет. Неужели я так много для тебя значила?

Пол отчаянно пытался придумать какой-нибудь легкомысленный ответ, только почему-то все слова куда-то пропали. Эллисон смотрела на него еще несколько секунд. Интересно, видит ли она под личиной старика молодого человека?

– О Пол!

Эллисон обняла его и прижалась щекой к его щеке. Но она прижимала к себе Пола так, как обнимают очень старых и очень хрупких людей.

Два дня спустя все было готово.

Для испытаний выбрали ночное время. Несмотря на прогнозы Пола, Вили не знал точно, какого размера получится пузырь. Кроме того, даже если он не будет громадным, зеркальная поверхность может оказаться заметной на многие километры, если кто-нибудь случайно бросит взгляд в нужном направлении.

Они втроем прошли к пруду к северу от дома. Вили поставил на землю громоздкий приемник для симбиотического программирования и надел датчики. А потом зажег свечу и закрепил ее на огромном пне – крошечный желтый огонек, заметный лишь потому, что вокруг было совсем темно. Над свечой поднимался серый дым.

– Мы предполагаем, что пузырь будет маленьким, но зачем рисковать? Джилл сделает так, что его нижний край отрежет верхушку свечи. Но если мы ошибаемся и он окажется очень большим…

– Как только станет холоднее, пузырь поднимется к небу и превратится в облако. К утру он окажется уже в нескольких километрах отсюда. – Пол кивнул. – Умно…

Они с Эллисон отошли подальше, Вили двинулся следом. С расстояния в пятьдесят метров свеча на пне казалась мерцающей желтой звездочкой. Вили жестом предложил сесть – тогда, даже если пузырь окажется очень большим, его нижняя поверхность их не заденет.

– Тебе не нужен никакой источник энергии? – спросила Эллисон. – Мирная Власть пользуется ядерными реакторами, а ты сможешь сделать это из ничего?

– В принципе это совсем не сложно, если понимаешь, что на самом деле происходит внутри пузырей. Кроме того, я бы не сказал, что новый процесс не требует совсем ничего. Мы потребляем тысячи джоулей, а генераторы Мирной Власти нуждаются в миллиардах. Проблема в уровне сложности. Имея в распоряжении ядерный ректор, можно заключить в пузырь практически все, что попадется на глаза. Но, располагая только солнечными батареями и небольшими конденсаторами, мы вынуждены действовать тоньше.

Процесс генерирования необходимо контролировать, что совсем не просто. Эти испытания самые примитивные: цель неподвижна, находится рядом, и нам нужно создать поле диаметром в один метр. И даже в этом случае нужно… Вили, какая необходима скорость обработки данных?

– Тридцать секунд на старте на десять миллиардов, а потом одна микросекунда для «сборки» приблизительно на один триллион.

Пол присвистнул. Триллион операций в секунду! Вили сказал, что добился результата, но Пол и представить себе не мог, каких затрат это потребует. Оборудование получится достаточно громоздким, так что очень большие купола и серьезные расстояния для них, похоже, недостижимы.

Казалось, Вили почувствовал разочарование учителя.

– Полагаю, можно использовать и более медленный процессор. Хотя тогда потребуется больше времени на подготовку, но мы все-таки сможем надувать пузыри вокруг близких и неподвижных объектов.

– Ладно, оптимизацией займемся позже. Давай сделаем пузырь, Вили.

Вили кивнул.

Прошло несколько секунд. Над поляной что-то пролетело – сова? – и свеча погасла. Проклятие! Пол рассчитывал, что свеча останется зажженной. Прекрасная была бы демонстрация эффекта стасиса, если бы свеча по-прежнему горела, когда пузырь взорвется.

– Ну? – сказал Вили. – Что вы об этом думаете?