Вернор Виндж – Сквозь время (страница 121)
– Даже если Бриерсон сказал правду, все остальное не обязательно вытекает из его открытия. Убийца мог оставить в реальном времени автона, о существовании которого никто не знал. Именно его Марта наверняка и заметила.
Теперь Елена говорила спокойно, без прежней ярости. И не поднимала глаз от розового мраморного покрытия своего стола.
– Вы ведь и сами в это не верите, не так ли? – тихо спросил ее Вил.
– Нет. За сорок лет Марта смогла бы перехитрить любого робота, могла бы оставить улики, на которые даже я обратила бы внимание. – Она подняла глаза на Вила. – Давайте, инспектор, выкладывайте. «Если убийца мог проникать в реальное время, почему он тогда позволил Марте жить так долго?» – таким должен быть следующий риторический вопрос, не правда ли? А на это имеется очевидный ответ: «Именно такой совершенно необъяснимый поступок способен совершить тот, кто любит и кого мучает ревность». Да, я ревнива. И я очень любила Марту. Но что бы вы там оба ни думали, не я оставила ее в реальном времени.
Елена больше не сердилась. Не такой реакции ожидал от нее Вил. Королеву на самом деле задело то, что двое ее самых близких коллег – все-таки слово «друзей» было бы слишком сильным – могли подумать, будто это она убила Марту. Учитывая ее обычную неспособность сопереживать другим, Вил не верил, что Елена изображает непричастность.
– Я ни в чем вас не обвиняю, Елена… Вы способны на насилие, но вы честны. Я вам доверяю. – Последнее заявление было преувеличением, но оно было необходимо Вилу. – Так верьте же и вы мне. Повторяю, Марта знала, кто виноват в том, что она оказалась одна в реальном времени; она оставила улики, которые вы могли и не заметить. Проклятье, так она, вполне вероятно, пыталась защитить вас от убийцы! Как только у вас появились бы подозрения, убийца сразу же насторожился бы. Вместо этого Марта попыталась обратиться ко мне. Я не имею к вашей системе никакого отношения, я всего лишь самый обыкновенный низтех. У меня была целая неделя на обдумывание этой задачи. Я должен был решить, как довести до вашего сведения мои выводы, не рискуя попасть в засаду.
– Но несмотря на все улики, вы не знаете имени убийцы.
– Вот именно, Делла. – Вил улыбнулся. – Иначе бы первым делом его назвал.
– В таком случае вы наверняка находились бы в большей безопасности, если бы сначала полностью расшифровали все сообщение Марты.
Вил покачал головой:
– К несчастью, Марта не могла рисковать и не записала такую важную информацию в дневник. Ни в одной из четырех пирамид нет упоминания имени убийцы.
– Итак, вы сделали сообщение, чтобы немного пощекотать нам нервы? Если Марта сообщила в дневнике все то, о чем вы говорите, она вполне могла назвать и имя убийцы.
Елена явно приходила в себя.
– А она это сделала, только не убрала запись ни в одну из четырех пирамид. Марта опасалась, что их «проверят»; только самые незаметные улики могли ускользнуть от внимания нашего врага. Существует пятая пирамида, о которой не знал никто, даже убийца. Именно там Марта и оставила записи, где рассказала правду.
– Если вы и правы, с тех пор прошло пятьдесят тысяч лет. То, что Марта оставила, наверняка давно уничтожено.
Вил сделал очень серьезное выражение лица:
– Это мне известно, Елена. Да и Марта наверняка понимала, что пройдет немало времени, прежде чем вы обнаружите ее сообщение. Думаю, она приняла определенные меры предосторожности.
– Значит, вам известно, где находится пирамида, Вил?
– Да. По крайней мере, с точностью до нескольких километров. Я бы не хотел называть это место; мне кажется, у нас есть молчаливый слушатель.
– Вполне возможно, что у врага нет прямых подслушивающих устройств, – пожав плечами, сказала Делла. – Может быть, он подслушивает только при определенных условиях.
– Так или иначе, я бы посоветовал вам организовать дежурство в воздушном пространстве над теми районами, где побывала Марта. У убийцы тоже могут появиться свои соображения. Мы же не хотим, чтобы нас опередили.
На некоторое время установилась тишина – Елена и Делла общались со своими системами, выдавая им указания.
– Хорошо, Бриерсон. Мы готовы. Южный берег теперь находится под постоянным наблюдением, так же как и проход, который использовала Марта, когда шла через Альпы, и все озеро, где находился пузырь Мирников. Следящие системы Деллы стали частью моих систем. Кроме того, она будет вести параллельное наблюдение. Если кто-нибудь попробует играть с нами в игры, мы сразу узнаем.
И еще одно, весьма немаловажное. Делла выводит свои боевые корабли из точек Лагранжа. У меня тоже есть боевой флот, который находится в стасисе; следующий выход в реальное время через три часа. К этому моменту вы должны сообщить нам место расположения пирамиды, и мы…
Вил поднял руку:
– Да. Готовьте оружие. Но я иду с вами.
– Что?! Ну ладно, ладно. Вы можете отправиться вместе с нами.
– До завтрашнего утра мы не двинемся с места. Мне нужно еще несколько часов поработать с дневником, кое-что окончательно проверить.
Елена открыла было рот, однако так ничего и не сказала. Делла оказалась более находчивой.
– Вил, надеюсь, вы понимаете, в каком положении находитесь. Мы собрали все свои силы, чтобы вас защитить. За каждый дополнительный час охраны мы тратим столько энергии, сколько потратили бы за год – непозволительная роскошь. С другой стороны, чем дольше вы сохраняете имеющуюся у вас информацию в секрете, тем опаснее для вас. Ну и к тому же мы лишимся элемента внезапности. Вы просто обязаны поторопиться.
– Осталось еще несколько деталей, которые необходимо прояснить. Завтра утром. Быстрее никак нельзя. Мне очень жаль, Делла.
Елена выругалась и отключилась. Даже Деллу удивила эта внезапность. Она внимательно посмотрела на Вила.
– Королева продолжает сотрудничать с нами, но она в ярости… Что ж, подождем до завтра. Однако поверьте мне, Вил, активная защита обходится очень дорого. Елена и я готовы потратить почти все, что у нас есть, чтобы добраться до убийцы, но ожидание существенно уменьшит ресурс автоматов… Было бы лучше, если бы вы сказали, сколько это будет продолжаться.
Вил сделал вид, будто обдумывает ответ:
– Мы найдем секретный дневник завтра днем. Если к тому моменту ситуация не взорвется, вряд ли это вообще когда-нибудь случится.
– Тогда мне, пожалуй, пора. – Делла немного помолчала. – Вы знаете, Вил, когда-то я была полицейским и работала на правительство. Мне кажется, я неплохо разбираюсь в подобных играх. Так что послушайтесь старого профессионала: не пытайтесь прыгнуть выше головы.
Бриерсон принял самый серьезный и уверенный вид, на который только был способен.
– Не волнуйтесь, Делла, все будет в порядке.
После того как Делла Лу отключилась, Вил направился на кухню. Он начал смешивать себе выпивку, потом сообразил, что сейчас пить не стоит, и вместо этого решил съесть пирожное. В стрессовой ситуации одна дурная привычка заменяет другую.
Вернувшись в гостиную, Вил выглянул в окно. В его цивилизации появление на фоне окна свидетеля, находящегося под защитой, было бы полнейшим безумием. С теми средствами нападения и защиты, которыми располагали выстехи, это не имело значения.
День выдался ясным и тихим, легкий ветерок шелестел листьями. Из окна виднелся лишь небольшой участок дороги, густая растительность скрывала все остальное. Хороший вид открывался только из окон второго этажа. И все равно Вилу нравилось это место, оно напоминало тот скромный домик, в котором он жил с Вирджинией.
Он высунулся из окна и посмотрел вверх. Два робота-защитника парили в воздухе заметно ближе, чем обычно. Выше, почти теряясь в дымке, зависло нечто большое. Вил попытался представить себе силы, которые скапливались сейчас в нескольких сотнях километров над его головой. Он знал, какими возможностями, по их же собственному признанию, располагали Делла и Елена, – они заметно превосходили объединенную военную мощь земных государств за всю историю или даже полицейских сил середины двадцать второго века. И вся эта мощь сейчас направлена на защиту одного дома, одного человека… А точнее, информации, которая содержалась в голове этого человека. Почему-то эти мысли не очень его обрадовали.
Вил еще раз обдумал свой сценарий – что могло произойти в следующие двадцать четыре часа? К концу этого срока почти наверняка все будет кончено.
Сам того не замечая, Вил прошел через кухню, кладовую, комнату для гостей и вернулся в гостиную. Еще раз выглянув в окно, повторил свой маршрут в обратном порядке. Эта привычка всегда ужасно раздражала Вирджинию и детей. Когда расследование захватывало Вила, он слонялся по дому, ни на что не обращая внимания. Девяносто килограммов живого веса, бесцельно бродившего по помещениям, и в самом деле представляли опасность для остальных членов семьи – они даже грозились повесить ему на шею колокольчик.
Вдруг что-то вывело Бриерсона из глубокой задумчивости. Он посмотрел по сторонам, пытаясь понять, что случилось. Потом сообразил: он начал напевать, а на его лице появилась глупая улыбка. Он снова оказался в своей стихии. Это было самое сложное и самое опасное дело в его практике. Но это было настоящее дело. И он все-таки сумел найти зацепку. Впервые с тех пор, как его изгнали из двадцать первого века, инспектор столкнулся с проблемами, находящимися в пределах его профессиональных возможностей.