Вернор Виндж – Истинные Имена (страница 7)

Он опустил морду, чтобы их глаза оказались на одном уровне:

– Хи-хи. Я сейчас отчитаюсь, но вам это не понравится, – и он изложил теорию Эритрины об инопланетном вторжении.

– Чушь! – подытожила жаба. – Полный бред! Мы ожидали от вас большего, Пол… э, мистер.

Он содрогнулся. Она почти произнесла его Имя! Умышленная угроза, или она и правда настолько глупа, как выглядит?

– А как же Венесуэла? – возразил он и предъявил собранные Эри доказательства, что переворот в этой стране провёл Почтарь.

На этот раз жаба не ответила. Её глаза потрясённо выпучились и остекленели. Он понял, что Вирджиния совещается с людьми на той стороне. Прошло почти пятнадцать минут. Когда взгляд жабы прояснился, она заметно сникла.

– Мы перепроверим это. То, что вы рассказали, вполне возможно. На грани возможного, но если так… Ну, если так, то с худшей угрозой мы в этом веке ещё не сталкивались.

И вы понимаете, что я – ваш единственный доступный шанс на спасение. Мистер Скользки слегка расслабился. Если там это поняли, то теперь они во взаимном рабстве – по крайней мере, на время. Тут он вспомнил, что Эритрина собиралась нахватать столько сил, сколько выйдет, и попробовать изгнать Почтаря. Ведь если феды окажутся на их стороне, то тогда они смогут такое, о чём Эри и не мечтала! Он так и сказал Вирджинии.

Жаба только квакнула:

– Вы… хотите… чтобы мы… дали вам карт-бланш в Федеральной системе данных? А может, вам ещё и должность президента и председателя Комитета начальников штабов в придачу?

– Минутку! Я этого не говорил. Я понимаю, что это беспрецедентная мера, но ведь и ситуация исключительная. И вы всё равно знаете моё Имя. Этого мне никак не обойти.

Жаба снова остекленела глазами, но теперь только на пару минут.

– Мы вернёмся к этому вопросу. Нам нужно ещё многое проверить в ваших теориях, прежде чем мы свяжем себя любыми обязательствами. А пока что вы отстранены от работы впредь до дальнейшего уведомления.

– Погодите! – Что будет делать Эри, когда он не появится в условленном месте? Если он не вернётся в замок через три-четыре часа, остальные точно узнают о секретном выходе.

Жаба была неумолима.

– Я сказала, что вы отстранены, мистер. Мы требуем, чтобы вы немедленно вернулись в реальный мир. И вы останетесь там до дальнейших указаний с нашей стороны. Ясно?

Волк свесил голову, как побитая собака.

– Да.

– Отлично. – Жаба кое-как вскарабкалась на край просевшей кувшинки и бултыхнулась в воду. Через пару секунд мистер Скользки последовал за ней.

Возвращение напоминало пробуждение от полуденной дремоты; вот только время было за полночь.

Роджер Поллак встал и потянулся, разминая одеревеневшие мышцы. Он отсутствовал почти четыре часа – больше, чем когда-либо прежде. Обычно его внимание рассеивалось через два-три часа. Он не собирался пичкать себя лекарствами, так что это поневоле ограничивало его пребывание на Ином Плане.

Силуэты сосен за панорамным окном чернели на фоне Млечного пути. Он приоткрыл фрамугу и прислушался к ночным птицам. Весна подходила к концу; ему нравилось воображать, что на севере виден тусклый полярный рассвет. Скорее всего это был всего лишь Новый Орлеан. Поллак нагнулся к оконному стеклу и взглянул на небо, где Марс сошёлся с Юпитером. [3] Трудно было представить, чтобы угроза его жизни исходила настолько издалека.

Поллак сохранил заклинания, добытые в последнем сеансе, отключил систему и упал в постель.

Следующие утро и день Роджера Поллака тянулись как никогда долго. Как они свяжутся с ним? Снова приедут громилы на чёрных «Линкольнах»? Что сделала Эритрина, когда он не вышел на связь? В порядке ли она?

А проверить не было никакой возможности. Он мерил шагами свою крошечную комнату из угла в угол, позабыв о сюжетных линиях романа, над которым работал. Стоп, но ведь способ есть! – осенило его. Он посмотрел на старую дата-панель. Вирджиния приказала держаться подальше от Иного Плана. Но что они могут возразить против обычной дата-панели, нисколько не сложнее тех, которыми пользуются миллионы офисных работников по всему миру?

Он уселся за панель, стёр пыль с экрана и планшетов. Неловко набрал полузабытые последовательности символов и просмотрел бегущий по экрану поток новостей. Несколько запросов – и он выяснил, что за ночь не случилось никаких заметных бедствий и что мятеж в Индонезии поутих. (Уайли Дж. ещё не стал королём.) Никаких сообщений о насильственных смертях известных вандалов данных.

Поллак зарычал. Он успел забыть, как невыносимо нудно смотреть на мир через дата-панель, даже с аудиовыходом. На Ином Плане он бы почерпнул ту же информацию за несколько секунд, так же мимоходом, как простой смертный бросает взгляд за окно, чтобы узнать, не идёт ли дождь. Он сбросил последние двадцать четыре часа всемирной доски объявлений в свою домашнюю область памяти и принялся их просматривать. Доска объявлений идеально подходила для анонимной переписки: сообщения мог добавлять кто угодно, они автоматически индексировались по заголовкам, отправителям и целевым аудиториям. Если скопировать всю доску и провести поиск локально, в протоколах не останется никаких намёков на то, что именно его интересовало. Публиковать сообщения, не оставляя следов, было так же несложно.

Как всегда, там болтался десяток-другой посланий для мистера Скользки, большинство от фанов; среди вандальских сообществ Ковен пользовался наибольшей славой. Ещё несколько были для других мистеров Скользки. При пяти миллиардах населения Земли – ничего удивительного. [4]

А одну из заметок оставил Почтарь, так значилось в поле отправителя. Поллак вывел сообщение на экран. Сплошные заглавные буквы, ни цвета, ни звука. Как и все послания Почтаря, оно выглядело так, будто вышло из невероятно древнего устройства ввода-вывода:

ТЫ МОГ РАЗБОГАТЕТЬ. ТЫ МОГ ПРАВИТЬ. А ТЫ УСТРОИЛ ЗАГОВОР ПРОТИВ МЕНЯ. Я ЗНАЮ О СЕКРЕТНОМ ВЫХОДЕ. Я ЗНАЮ, КАК ТЫ УШЁЛ ПО-ВОЛЧЬИ. ВЫ С КРАСНОЙ – ТРУПЫ. ТОЛЬКО ПОКАЖИТЕСЬ НА ЭТОМ ПЛАНЕ, И БУДЕТ ИСТИННАЯ СМЕРТЬ. ВАШИ ИМЕНА УЖЕ ПОЧТИ У МЕНЯ.

***** ИЩИ МЕНЯ В НОВОСТЯХ, СОПЛЯК *********

«Блеф, – подумал Роджер. – Стал бы он рассылать угрозы, будь у него взаправду такие возможности». Но в животе у него что-то оборвалось. Почтарь не должен был знать о волчьей маскировке. Он что, перехватил связь мистера Скользки с федами? Если так, то он и правда мог добраться до его Истинного Имени. А в какую беду попала Эри? Что она сделала, когда он не прибыл на встречу в Третьем ретрансляторе?

Быстрый поиск не принёс никаких записок от Эритрины. То ли она искала его на Ином Плане, то ли её отсекли так же основательно, как и его.

Он всё ещё переваривал новости, когда раздался телефонный звонок. Он ответил:

– Принять, без видео.

Его панель стала монотонно-серой: абонент тоже не включал камеру.

– Вы всё ещё там? Это хорошо.

Это была Вирджиния. Её голос звучал необычно глухо и напряжённо. Наверное, искажения от шифровальных алгоритмов. Только бы она не полагалась на надёжность этого шифрования! Он никогда не усиливал защиту своего телефона сверх стандартного уровня. (И он видел процедуры, которые Уайли Дж. и Робин Гуд разработали для дешифровки в реальном времени тысяч коммерческих разговоров и мониторинга ключевых фраз в поисках чего-нибудь любопытного. Правда, эта технология жрала непомерные процессорные мощности, но Почтарь вряд ли был в них ограничен.)

– Без имён, ладно? – продолжила Вирджиния. – Мы проверили то, о чём вы сообщили… и вы, похоже, правы. Мы всё ещё сомневаемся в вашей теории о его происхождении, но сведения о международном положении подтверждены. – Значит, венесуэльский переворот и правда был захватом извне. – Более того, теперь мы уверены, что он просочился к нам куда глубже, чем мы думали. Похоже, что тот неудачный взлом был просто ложным следом. – До Поллака дошло, что в её голосе звучит паника. Должно быть, феды поняли, что столкнулись с катастрофической угрозой. Их поймали со спущенными защитами, и теперь вся надежда оставалась только на сомнительных типов вроде Поллака.

– Так или иначе, мы принимаем ваше предложение. Мы предоставляем вам двоим запрошенные ресурсы. Мы хотим, чтобы вы прибыли в… другое место как можно скорее. Там мы сможем продолжить разговор.

– Выхожу немедленно. Сейчас подберу друга и найду вас на месте. – Он оборвал связь, не дожидаясь ответа, и откинулся на спинку кресла, чтобы насладиться победой и почти что жалобным тоном копов. Но у него ничего не вышло. Он знал, насколько она тверда и упряма; что бы ни заставило её приползти на брюхе, он бы не хотел повстречаться с этим кошмаром.

Первая остановка – Третий широкополосный ретранслятор. Физически ШР-3 был двухтысячетонным геосинхронным спутником над Индийским океаном. Широкополосные ретрансляторы обслуживали почти все неинтерактивные коммуникации (а фактически это означало и множество передач, которые большинство людей считали интерактивными, такие как беседы между двумя людьми или простейшие диалоги человек-компьютер). Полосы и процессорное время на широкополосниках стоили дешевле, потому что страдали от неизбежных задержек от 240 до 900 миллисекунд.

Таким образом, ретранслятор был удобным местом рандеву вдали от суеты. На Ином Плане он выглядел как пятиметровая скальная полка у вершины горы, возвышавшейся над лесами и болотами низколетящих спутников и наземных сетей. Вдалеке на фоне бледного неба торчали ещё два таких же пика.