Vera – Во тьме (страница 34)

Альда не была приверженцем абсолютной власти, прекрасно понимая, что это подобно тому, как быть единственным гвоздем во всей конструкции, не каждый выдержит такую ношу. К тому же, с исчезновением такого гвоздя, как правило, вся система рушится, а этого надо избежать всеми силами. Мысли кружились, перескакивая с одной темы на другую, пока тело исцелялось и очищалось. Устало вернувшись в спальню, она провалилась в сон, обняв подушку.

Разбудило женщину настойчивое поглаживание. Лежащий рядом Сверр явно и без прикрас намекал на исполнение супружеского долга, целуя уже освобожденную от ошейника шею и прижимаясь со спины.

«Серьезно? Я так устала за сегодня!» – застонав от досады, подумала Альда и тут же получила ответ:

– У нас с тобой договор, – глухо отозвался муж. – Ты получаешь мою поддержку во всех делах, а я – ласковую супругу ночью.

Не успела она сильно возразить, как нежное поглаживание сменилось массажем промежности. Мужчина грубовато просунул руку между сжавшихся бедер и быстро добрался к охраняемой женственности. Хоть Сверр не проявлял вчерашней чуткости или желания повременить, но принцесса вскоре сама вспыхнула от внезапного жара. Тепло стремительно разливалось и скручивало низ живота. Едва искорки удовольствия заструились по венам, она оказалась прижатой к кровати и едва соображала, распластанная под мужем, да к тому же ощущая, что супружеский долг будет стребован с неё по полной. Владыка бесцеремонно растолкал её бедра и, опираясь на руки, стал размеренно двигаться. «Хоть за это спасибо» – морщившись от натуги, подумала женщина, чувствуя, как быстро проклятые пупырышки разбухали внутри, заполняя все что можно. Трение с каждым движением становилось все невыносимее, и Альда взлетела к вершине наслаждения. Не успела она прийти в себя, как почувствовала, что для супруга её оргазм был лишь сигналом к действию, и следующий раунд разомлевшая принцесса пережила, тихо постанывая на ушко Сверру. Обхватив ногами его бока, женщина выгибалась под натиском, явно спешащего за собственным удовольствием мужа. Рык и глухое бормотание сопровождали жесткие толчки и лихорадочные поцелуи обнаженной шеи. Она плыла в неге, чувствуя крепкие объятья и уже не противясь грубому завоеванию, соскальзывая в наслаждение раз за разом. Последний раунд супружеского долга произошел во фраксе. Как Альда там очутилась, она не смогла бы объяснить и Богам на главном суде, но вот густые тяжелые волны, что колыхались вокруг них со Сверром, забыть сложно. Откинувшись на бортик бассейна, принцесса громко стонала, слыша многократное эхо мраморных стен. Вмиг темное покрывало наползло на сознание, и в следующую секунду женщина ощутила прохладу и мягкость постели.

– Спи, – хрипло пробормотал владыка, укрывая их обоих и бесцеремонно прижимаясь со спины.

Она не любила такого тесного контакта, с младых ногтей привыкнув спать вольготно и в одиночестве. Тридцать циклов жизни на другой планете не поколебали этой привычки, но теперь у Альды не было сил возразить или хотя бы отползти чуть в сторону самостоятельно. «Плевать» – родилась мысль в изможденной принцессе, перед тем как она провалилась в глубокий сон.

Утро пришло достаточно быстро, и владычица встретила его под пристальным взглядом Эолы, держащей на руках белое платье из запасов хранилища, уже переделанное в соответствии с хозяйским заказом. Альда смутно помнила, что на рассвете отбилась от ласк Сверра, который засмеялся и ушел, не забыв застегнуть ошейник на шее. Завтрак уже ждал повелительницу на туалетном столике, а стая гуархов вальяжно разбрелась по спальне, хотя перед сном она выставила их за дверь.

– Сколько времени? – прокаркала принцесса, откашлявшись от ночных криков.

– Все уже позавтракали, – кивнула Эола. – Владыка распорядился принести поднос вам в спальню.

– Ясно, – поморщилась женщина, с трудом усаживаясь на постели.

Помня о том, что отдала свой лазерный очиститель, Альда прогулялась по бассейну фракса, смыв с себя наваждение и с удовольствием позавтракав фруктовой пастой и энергетическим напитком, пока служанка расчесывала ей волосы. Просторный наряд был легким и воздушным, колыхаясь от каждого шага. Рукава колоколами спускались к запястьям, полностью закрывая руки. Вырез у наряда был, но самый скромный из возможных, так что принцесса осталась довольна собой, надевая медальон на шею. В целом принцесса могла надеть и первоначальный вариант платья, но ей не хотелось быть как все. Все же она здесь хозяйка и её наряд должен отличаться. Решив, что раз она не имеет пока короны, то стоит напомнить о своем положении иначе: женщина заплела волосы в косу и уложила её на голове наподобие царского атрибута. Получилось превосходно, хотя весь образ портил проклятый ошейник. Надев единственные башмачки, повелительница Даркраста была готова к новому дню в бывшей тюрьме.

Рахсел встретил её молчаливым кивком и тут же взмахнул рукой, подзывая платформу. На тронном плато было пусто и только девушки сидели на подушках, разглядывая голограммы.

– Всем доброе утро, – произнесла Альда, приближаясь к ним, и услышала в ответ три десятка таких же пожеланий.

Служанки повскакивали и дружно поклонились, заставив её остановиться, не дойдя до скамьи. Принцесса их тому не учила и, вскинув брови, обернулась на Эолу.

– Кто-то из девушек сказал, что так принято приветствовать господ, – тут же отозвалась помощница. – Если вам не нравится – больше такого не случится.

– Все в порядке, просто я не была готова, – мягко возразила владычица и, взглянув на подопечных, громче добавила. – Вы все верно сделали. Таков обычай практически во всех мирах. Мне приятно, что с вашей помощью Даркраст так быстро становится цивилизованным. А теперь расскажите, что я пропустила за утро и как движется работа с каталогом?

До самого обеда Альда занималась делами, просматривая рассортированные девушками ценности. Сокровищница в полной мере оправдала свое название, став собранием предметов. Несколько вещиц смогли бы составить конкуренцию не одному королевскому дому. Сейф Даркраста хранил изящные серебряные сервизы на тридцать персон каждый, которые, несомненно, надо будет поднять и очистить от пыли. Они прекрасно украсят стол на приеме, а позже будут служить по назначению. Хотя некоторые вернутся в хранилище и будут использоваться по очереди или при каких-нибудь праздниках. Обнаружились целые рулоны анталакского рейска: кроваво-красного, сочно-зеленого, небесно-голубого и еще три десятка расцветок, а уж про несметное количество всевозможных кожаных шкур невиданных животных не стоило и говорить. Хотя приглядевшись получше, принцесса все же поняла, что большинство кож грубой выделки. Эти шкуры пойдут на пошив мужской одежды и элементов амуниции. Женщина давно разглядела гардероб мужа и осталась недовольной его качеством. Для захолустного владыки сойдет, но абсолютно не годится императору. «Модернизации нужно подвергнуть и его стражу» – со вздохом подумала Альда. – «Ресурсов хватит, так что Вирала все же ждет большой заказ».

Пока принцесса рассматривала предметы интерьера, а девушки тренировались в использовании коммуникаторов, тихо шепчась о своих успехах или неудачах с техникой, к госпоже подошел придворный сапожник, за которым плыл широкий стол. Судя по грузу, Скарп выполнил заказ и спешил отдать его хозяйке. Служанки по очереди подходили и получали обновки, о чем еще громче щебетали на подушках. Последней обладательницей новой пары сандалий стала сама владычица.

– Я не ожидала, что вы справитесь так быстро, – с мягкой улыбкой произнесла женщина, любуясь светлыми башмачками, которые выглядели до ужаса удобными. Тонкие ремешки обвивали подошву и ножку, скрепляясь на щиколотке.

– Мне помогли, – коротко кивнул мужчина. – Я призвал к работе городских мастеров.

– Прекрасно, – ответила Альда. – А вы сможете сделать мне пару на каблуке?

– Могу, – серьезно кивнул Скарп. – Но у меня есть только мужские варианты подошв. Полагаю, вы хотели бы иметь более изящную обувь?

– Я пришлю вам примеры того, какую обувь я носила раньше, – хмыкнула принцесса. – К сожалению, теперь она мне катастрофически мала. Эола принесет вам мои туфельки после обеда.

Еще раз кивнув, сапожник удалился, поджав губы. Очевидно, он думал, что на этом его работа для хозяйки закончится, но это было лишь самое начало.

После обеденной трапезы с мужем на троне, она была готова к посещению города. Пока Сверр вел её к левитирующей платформе, Эола спешила с драгоценной ношей к Скарпу, чтобы выслушать поток недовольства. Молча кивнув, служанка вернулась к девушкам опечаленной.

То, что владыка назвал городом, таковым назвать было сложно. Скорее это был громадный улей с сотнями дверей и парящих мостов. Одна часть улья напрямую примыкала к «антидворцу» и являлась его частью. Очевидно, что покои вельмож через систему проходов соединялись с городом и упрощали коммуникацию между населением и дворцом. Перед Альдой раскинулся широкий разлом с площадью вдалеке и огромной парящей над ней светлой башней и множеством арок, составляющих её стены. Сам же разлом был испещрён проходами и дверьми, намекая на жилые помещения. Перед каждым домом была площадка, украшенная фонарем или резной ковкой. Когда первое впечатление от огромного пространства померкло, принцесса стала замечать крупные проемы с массивными колоннами, увенчанные объемными надписями. Платформа плавно двигалась между скал, открывая новые виды и повороты, в которых так же кипела жизнь. Все подданные были мужчинами разных возрастов. Альда заметила стариков, занятых отдыхом за столами с напитками; и серьезных мужчин спешащих по делам; и чумазых мальчишек, шныряющих в толпе в компании таких же сорванцов. Но ни единой женщины на многочисленных улицах города: ни на парящих мостиках, что высились меж скал, ни вальяжно прогуливающихся дам с покупками или занятых уборкой. Это был мир мужчин, и ему отчаянно не хватало женской ласки.