Вера Жарникова – Уйти от пасности. Я еще вернусь (страница 9)

– Спасибо тебе, Маша, я, действительно очень устала, а мне нужно встать в половине шестого. Я договорилась с дежурным врачом (как, ты говоришь, его зовут, Юрий Александрович?), что он проведет меня в палату к тете.

Маша кивнула и опять удивилась доброте дежурного врача, но на этот раз ничего не сказала, только предложила:

– Я тоже пойду с вами.

– Тогда давай спать, завтра займемся спасением тети.

Утром в половине восьмого, они уже стояли у дверей приемного покоя клиники и звонили Юрию Александровичу.

– Это вы, прекрасная незнакомка, – послышался в трубке приветливый голос.

«Что это с ним? Сегодня я не применяла гипноз и не собираюсь этого делать», – подумала удивленно Даша.

– Я не одна, со мной девушка, которая ухаживает за моей тетей.

– Ладно, сейчас позвоню, чтобы вас пропустили, но, к сожалению, я не знаю ваших имен.

Даша назвала, и вот они уже поднялись на третий этаж. Дежурный врач встретил их у входа в отделение и предупредил:

– У вас только двадцать минут. До окончания моего дежурства вы должны будете покинуть отделение. Не подведите меня. Сам не понимаю, как я пошел на эту авантюру? Очевидно, что вы поразили меня в самое сердце, – он улыбнулся и добавил: – Ладно, не буду тратить ваше время. Надеюсь, что мы еще встретимся.

– Спасибо и извините, – сказала Даша и, взяв попутчицу за руку, поспешила к палате.

В комнате было трое больных. Две женщины удивленно смотрели на них. Они выглядели немного лучше, чем ее тетя, вероятно, их болезнь не зашла слишком далеко. Но и тетя сегодня выглядела не так, как вчера. У нее был вполне осмысленный взгляд. Увидев входящих женщин, она радостно вскрикнула, и улыбка показалась на ее изможденном лице.

Даша, подходя к ней, говорила:

– Здравствуй, тетя, извини, что так долго не звонила, меня не было в стране шесть месяцев, я прилетела домой, только три дня назад.

– А я вот разболелась, странно, что сегодня не чувствую никакой боли. Кстати…

– Потом поговорим тетя, – перебила Даша, и, наклонившись, чтобы поцеловать тетю, незаметно от других приложила к ее губам пилюлю и прошептала: – Тебе поможет это. Держи ее во рту. Не глотай, – а потом, выпрямившись, добавила громко: – я приходила к тебе вчера вечером, но ты уже засыпала, – и добавила почти одними губами: – Вчера я тоже дала тебе таблетку, и вот поэтому тебе стало лучше. – А потом сказала чуть громче: – Я уверена, теперь ты пойдешь на поправку, только постарайся что-нибудь есть. Мы с Машей принесли пирожки, вареные овощи и фрукты.

– Удивительно, как ты на меня действуешь: мне захотелось есть! Последние три дня я питалась только капельницами, – говоря это, она потянулась к продуктам, которые выложила на тумбочку Маша.

Девушка хотела сама покормить тетю овощным рагу с ложечки, но та, отрицательно качнув головой, взяла ложечку и начала есть.

– Только три ложечки, тетя, – предупредила Даша, – через три минуты еще три, чтобы желудок начал работать, а еще через пять минут можно съесть чуть больше.

Они поговорили еще десять минут. Даша все время контролировала прием еды по времени и по количеству, а потом и вовсе взяла баночку у тети и сказала:

– Остальное – через полчаса. Это важно. Конечно, это хорошо, что у тебя проснулся аппетит, но надо потерпеть. Сегодня тебе еще нельзя есть за один раз помногу, а завтра ты уже будешь есть, сколько захочешь. Обещай тетя, что сегодня ты будешь питаться так, как я сказала!

Вдруг дверь открылась, и в палату заглянул врач.

– Девушки, вам пора, через пять минут заканчивается моя смена, – и посмотрел на больную, которая полусидела в кровати, опершись на подушку. – Валентина Дмитриевна, что это? Вы хорошо выглядите!

– Спасибо, – сказала тетя, – приехала моя племянница, и мне сразу стала лучше.

– Не сомневаюсь, ваша племянница – просто чудо! Но, к сожалению, ей и ее подруге придется сейчас покинуть палату. Не огорчайтесь! Надеюсь, они придут к вам в приемные часы.

– Мы придем, тетя, – подтвердила Даша и вслед за Машей покинула палату.

На другой день Дашу вызвал к себе лечащий врач и сказал, что болезнь тети требует операции, пока не стало слишком поздно, хотя и сейчас за ее исход они не ручаются, вот поэтому нужно согласие родственников.

– Я не могу ответить так сразу, мне нужно поразмыслить и посоветоваться с другими родственниками.

– Только три дня и ни днем больше, – строгим голосом произнес врач.

– Неделю, пожалуйста! Я хочу взять ее на эту неделю домой.

– Что? – возмутился ее собеседник. – Вы понимаете, что она не транспортабельна, и, кроме того, здесь ей делают необходимое поддерживающее лечение!

– А я думаю, ей нужен хороший уход.

– Вы хотели сказать – уход на тот свет? Вы что, врач?!

– Нет, но… у меня есть определенный опыт ухода за безнадежными больными, – уверенно сказала она.

Даша думала – она дала тете уже четыре пилюли, сегодня тетя примет еще одну. Ей стало уже заметно лучше. С завтрашнего дня она должна принимать по одной пилюле в день. Нужно еще десять дней, хотя уже через неделю она будет здорова. Последние три пилюли нужны для того, чтобы укрепить организм и очистить его от некоторых ядов, которые в минимальном количестве содержатся в первых двенадцати пилюлях. И она предложила:

– Тогда я прошу вас осмотреть тетю и назначить назавтра анализы, и если результаты анализов подтвердят, что тете стало значительно лучше, вы отпустите ее?

– Результаты анализов будут готовы только через два дня.

Она смотрела на него умоляюще, и он вдруг сказал:

– Хорошо, завтра мы возьмем у нее кровь на анализ, кстати, это совпадает с нашими планами, и если окажется, что результаты значительно улучшились, в чем я сомневаюсь, то, так и быть, мы отпустим ее на неделю. Но я хочу обратить ваше внимание на слово «значительно».

– Надеюсь, так и будет. Спасибо.

Даша поняла, почему он дал согласие: ей снова пришлось применить гипноз.

Через два дня Даша забрала тетю домой: доктору, удивленному результатами анализов и осмотром, пришлось выполнить свое обещание.

Дома Валентина Дмитриевна ходила по квартире, как будто и вовсе не болела. Это обстоятельство очень удивляло Машу. Она пыталась заставить тетю лечь в постель, но та отмахивалась и говорила, что лежать в постели ей уже надоело. Еще через два дня она взяла на себя работу по приготовлению пищи. Дашу это не удивляло, она была уверена в оздоровительной силе пилюль, изготовленных юпитерианскими целителями. Но это не мешало ей радоваться тому, что есть средство от такой страшной болезни. В последнее время она думала, что нужно сделать, чтобы и в нашей стране начали изготовление таких таблеток.

Эта мысль не покидала ее, и она боялась только того, что компонентов пилюль может не быть на Земле.

За это время ей два раза звонил Рэймонд. Он настойчиво просил ее приехать, говорил, что с каждым днем ему становится все хуже без нее. Даша отвечала, что очень занята и рассказала ему про тетю. На это он ответил, что обеспокоен тем, что она до сих пор ничего не сделала по организации групп для переселения. На ее вопрос, как у него дела, он ответил, что уже отправил одну группу родственников, и у него уже намечается вторая.

Она похвалила его и пообещала, что скоро займется подборкой первой группы.

– Но я вижу, что ты в основном занимаешься лечением сограждан, а не своим основным делом, – укорил он ее.

– Одно другому не мешает, – попыталась она успокоить его. И вдруг, неожиданно для себя, сказала: – Я постараюсь приехать к тебе на неделю, когда отправлю одну или две группы.

После разговора, удивленная тем, что дала согласие, она подумала, уж не применил ли он гипноз. Она чувствовала, что в тот момент была готова отправиться к нему хоть завтра, но помешала мысль, что у нее нет денег для этого. Проанализировать их разговор Даша не успела, потому что проснулась тетя и заглянула на кухню.

– Дашенька, почему ты не ложишься спать? Тебя что-то тревожит? Тебе нужно домой?

В вопросах звучала тревога, потому что, войдя в комнату, Валентина Дмитриевна увидела Дашу, которая сидела, подперев голову рукой, о чем-то глубоко задумавшись.

– Я тебя разбудила? Прости!

– Ты не ответила.

– Конечно, у меня есть дела, но они подождут. Осталось еще немного, и мы вместе уедем ко мне.

– Но как же моя квартира? А потом Маша? Ей нужна моя помощь.

– Не беспокойся, я думаю взять вас обоих.

– У меня уже была такая мысль: продать свою квартиру и купить другую в вашем городе. Я сейчас чувствую себя вполне здоровой и могу заняться этим вопросом.

– К сожалению, у нас нет времени, мы уедем сразу же, как только тебя выпишут из больницы, а продажу твоей квартиры мы поручим риэлторам. Они позвонят тебе, когда найдется покупатель. И вот тогда мы с тобой приедем и сделаем все, что нужно.

– Я бы хотела купить домик, где-нибудь за городом. И еще мне нужно заняться переводом пенсии.

– Пенсию приносят домой?

– Нет, до сих пор я получала ее в сбербанке.

– Тогда это сделать просто. Сделаем автоматическую плату за квартиру до тех пор, пока ее кто-нибудь купит, – предложила она и спросила: – Как ты считаешь, семья Маши не будет возражать, если мы возьмем ее с собой?

– Уверена, что нет. У матери новый муж, который пытается отобрать деньги у Маши. Половину денег, который ей дал брат отца, она им отдала сразу и теперь продолжает давать понемногу. Я думаю, у нее их скоро не останется. И что бы с ней стало, если бы я не вернулась из клиники?! Мать это совершенно не волнует. Девушка очень хорошая, вся в отца, я знала его с детства, он был отличным парнем. А ей нельзя здесь оставаться. Ни мать, ни отчим не дадут ей покоя.