Вера Водолазова – Верея (страница 9)
Почему именно это возникло в голове? Откуда я это слышала? Точно. От мамы в далеком детстве, когда мне было тяжело уснуть. Эти воспоминания дороги и очень хрупки. В рассказах мамы я чувствовала покой, свободу. Она была всегда очень вдохновлена ими. Боги, о которых мама говорила, всегда казались возвышенными и прекрасными, наполненными таинственностью и добротой. Но чем старше я становилась, тем меньше верила в их существование. Особенно сейчас, когда мы так нуждались в помощи. Даже дедушка до сих пор не посетил нас. В последний раз я видела его совсем маленькой. Уже и в его божественность веры нет. Мы с братьями выросли в месте, где боги являлись к нам лишь на картинки в книгах или именами на слух. Но мама всё равно убеждала всех в том, что мы должны проявлять уважение и искренность в их сторону. Иногда она казалась даже фанатичной, зацикленной.
Чувствую, как беспрепятственно кто-то проходит сквозь щит, и испуганно отползаю назад. Не могу нормально думать, мысли путаются. Мне в очередной раз тяжело принять решение. Это страх и беспомощность играли со мной.
Удивительно, как этот человек беспрепятственно прошел сквозь мою магию. У него внушающая аура. Напоминает молочную кашку, которую подают на завтрак в замке. Она теплая и не слишком густая, мгновенно окутывает и поглощает.
– Успокойся! – говорит спокойно, чтобы не напугать. – Я не желаю тебе зла.
Он магией поднял меня с земли. Ноги касаются ровной поверхности, и я стараюсь снова не упасть.
– Что за наглость! И кто вам позволил так обращаться с девушкой? – произношу, смахивая с ладоней пыль и листву.
Человек засмеялся. Я почувствовала его тепло. Он рядом. Сжимаю кулаки, как учил Самбор. Запахло потом и какими-то травами. Воздух загустел, тяжелей проникал в лёгкие. Это паника. Разрушительная и не щадящая.
– Надо было позволить вам влезть в лошадиное дерьмо? – смеётся человек.
Его смех был таким же тяжелым, как и голос. Не могу сказать, что он грубый, скорее наоборот. Тёплый, глубокий.
– А какой реакции вы ждали от слепой девушки? Что за выражения? Не позволяйте подобные разговоры в обществе дамы! Неужели вас не учили, как правильно себя вести? Невежа.
Я отряхнула локти и взглянула на себя его глазами.
Ох.
Вся в грязи и с листвой в волосах. Пытаюсь привести себя в порядок. Так неловко предстать перед кем-то такой беспомощной, но это было ожидаемо. Мы на болотной горе ничего не знали о людях с моря, но они вели себя агрессивно по отношению к нам. Выгоняли из леса, ставили капканы на тропах и у подножия, оставляли странные метки на деревьях. Часто народ жаловался, что скоту пускали кровь и огороды обливали странными водами, от которых на земле больше ничего не росло. Я не знала, чему верить, и не хотелось думать о том, что нам хотят навредить. Но теперь, когда направлялась прямо в центр их поселения – чувствую страх.
– Для незрячей вы слишком хорошо понимаете положение дел. Зачем манеры простому работяге? Тем более, что леди делать в лесу? Или вы принцесса этих земель?
Что за насмешка? У них так принято – быть грубыми с незнакомыми людьми?
Вижу, что он сохраняет дистанцию и всё ещё не хочет напугать. Я шатаюсь из стороны в сторону в его взгляде.
– Представьтесь! – говорю приказным тоном и по детски топаю ногой.
Моей глупости в тот момент не было предела. В силу своей наивности и простоты казалось, что камень может быть у первого встречного. Мир в моём представлении был проще и меньше. Отец часто говорил со мной о том, что за горизонтом существуют другие города и страны, но я никогда не слушала. Почему-то это казалось лишь болтовнёй и небылицами. Из нас троих я одна жила лишь в своих далёких и воздушных мечтах. Когда тебе недоступно зрение, а окружающий мир – это лишь список звуков и ощущений, приходится фантазировать. Однако, выходит, я воспитала в себе лишь глупость, которая сейчас выходит наружу.
– Даже так? – человек засмеялся и поклонился. – Хорошо. Меня зовут Деян Рогнед.
Я нахмурилась. Мне очень хотелось увидеть, как выглядит этот человек.
– Эта фамилия, она…
– Да, я из пиратского рода. Не бойся. Я давно не видел родственников и не имею ничего общего с ними, – он наклонил голову. – Я не плохой человек.
От частого рассматривания мира чужими глазами у меня начинала кружиться голова, тошнота подступала к горлу. По этому я покинула глаза этого человека и снова погрузилась в мир, где все цвета смешаны и даже не отображают силуэт.
– Я пожалею о знакомстве с вами? – настороженно произношу, ловя поводья лошади.
– Надеюсь, нет, – смеётся.
Что это за чувство? Меня словно обманывают, но почему-то я ведусь на ложь. Потому что это лишь выдумки? Потому что мне неизвестен этот человек? Я просто не хочу верить слухам, хочу сама понять, что это за люди, и могут ли они нам помочь.
«Отец, я хочу домой»
«Не спрашивайте, молю вас»
Блестящие камешки
Воздух очень тёплый и сухой, отчего хочется пить, постоянно смахивать пот со лба. Это было другое тепло, не такое, как в хорошие времена на болотной горе. Оно обжигало, и через несколько часов кожу начало пощипывать. Здесь совсем нет влаги, под ногами только песок и камни. Но этот шум… Вдалеке я слышала резвые волны и плеск воды. Так странно. Всё это ново и так загадочно, хотелось задавать кучу вопросов, свернуть в ту или иную сторону, поддаться любопытству. Но прошло ещё мало времени, чтобы я успела забыть о родителях. В какой-то момент даже решила, что просто сбежала, и особой цели в действиях нет. Лишь после осознаю, что цель настолько разрушительна и слепа к этому миру, что никакой стыд не оправдает наши с братьями поступки.
– Попей, – произнёс Деян. – До города ещё полчаса пути.
Мужчина вложил мне в руку сосуд с водой. Он тёплый и мягкий. Горячая вода плохо утоляла жажду и неприятно пахла, чем-то тухлым. Я сделала всего пару глотков. Усталость уже давно покалывала ноги, мне хотелось прилечь на что-то мягкое, но вокруг лишь твердая и пыльная земля. Впервые за долгое время позволяю себе так часто смотреть на мир чужими глазами.
– Спасибо. Ничего другого нет? Я хочу кушать.
Мужчина лишь посмеялся.
Не знаю, куда мы идём, но и выбора особо нет. Я не смогла описать место, которое ищу. Сказала лишь о том, что это город на берегу моря, объятый скалами и песком. Мужчина объяснил, что это Бронда, а город на берегу – Лореул. Солнечная, тёплая столица, закрытая стенами. Я лишь мельком упомянула о камне, но Деян отреагировал бурно и незамедлительно.
– И ты туда же, – усмехнулся он. – Все в этом краю вечно что-то ищут. Есть в мире что-то и ценнее драгоценностей. Лишь дураки думают, что, разбогатев, обретут счастье.
Я нахмурилась.
Такие странные мысли. Мне не приходилось думать о богатствах и выживании. На болотной горе всё в достатке. Неужели есть места, где люди голодают и умирают от жажды? И, чтобы выжить, нужны драгоценности?
– Драгоценность? Так называла нас мама, меня и братьев, – я улыбнулась мимолётным воспоминаниям. – Почему какой-то камень ты назвал именно так?
Могла ли его винить в незнании? Этот камень свёл мою мать с ума, а злодеи, которые его украли, забрали также с собой будущее у болотной горы. Моя семья, мои милые братья покинули дом, чтобы отыскать то, что для вас являлось лишь материальной ценностью, когда нам он нужен, чтобы снова увидеть улыбку матери и отца. Что могли знать эти люди, которые мнили себя благородными, но лишь уничтожали целую расу?
Мама часто рассказывала о том, что мы не принадлежим этому миру, и однажды нам позволят вернуться домой. А сейчас даже не понятно, кому возвращаться. Когда-то давно она была божеством, и после нашего рождения ее наказали. Она успела наделить нас троих божественной силой, но её волю о возвращении в истинный дом никто из нас не перенял. Хотя, что я могу знать о братьях и их знаниях? Мама не успела рассказать нам о том, кто же мы такие, и каково предназначение. Лишь поэтому я так равнодушна к людям в этом мире. Скоро нас не станет, мы вернемся домой.
– Этот камень, – продолжил Деян, – который ты ищешь. Зачем он тебе? Он лекарство от слепоты или виновник твоих проблем? Что в нём такого?
– Это больная память, от которой, избавившись, наша семья познала горе и раскололась, – прошептала я и дала понять, что разговор окончен.
Мы ещё немного отдохнули и двинулись в путь.
Я не знала, там ли Волибор, но даже если нет, то продолжу путь. И буду следовать за связью, пока она не оборвется. Ничего, кроме этого не держу в голове. Это моя цель. Мне было необходимо приложить руку к спасению нашей семьи. Хотя бы так могла чувствовать себя лучше.
Когда мы были на подходе к городу, то я почувствовала то же самое присутствие кого-то рядом, как и в замке. Казалось, на меня кто-то смотрит. Протянув руку, касаюсь тяжёлого воздуха, но рука лишь прошла сквозь и упала.
– Ах, – я прижала её к груди.
Кто же ты такой и почему следишь за мной? Злодей или же спаситель? Может быть, ты тот, к кому ведёт меня судьба, или наоборот, стремительно уносит прочь? Одно знаю точно – ты стараешься быть рядом. Благодаря тебе я не так сильно ощущаю одиночество.