Вера Устюгова – Развод в 50. Я научусь тебя (не) любить (страница 38)
– Павловская Ольга Викторовна? – с ходу спрашивает улыбчивый паренек популярной службы доставки.
– Здравствуйте, – встречаю его немного растерянно, пытаясь рассмотреть, что за посылка мне пришла, – Да, это я.
– Тогда распишитесь в накладной, – курьер тут же протягивает мне листок с моими данными, – И принимайте доставку.
– Какую? – оперативно расписываюсь, возвращаю накладную и принимаю у парня первую коробку.
Первую, потому что следом заносят вторую, пятую, десятую… Я сбиваюсь со счета, успевая только заставлять коробками коридор и гостиную.
Некоторые запечатаны скотчем, но по тем, откуда видны растения, я понимаю, что за посылка мне пришла.
Это все мои вещи.
Цветы, одежда, какая-то техника, мои любимые чашки, мамин сервиз, который она дарила мне на свадьбу – здесь абсолютно все.
Курьер с помощником уходят, а я с какой-то даже злостью смотрю на огромные коричневые коробки.
Кирилл постарался. Упаковал все и оперативно отправил.
В порыве эмоций достаю смартфон из заднего кармана джинсов и быстро печатаю:
Мужчина реагирует не сразу, но позже от него приходит ответ:
А что я хотела?
Шумно выдыхаю, оценив масштабы разборов, и принимаюсь сначала за цветы. Аккуратно достаю каждый горшок и расставляю по всем свободным поверхностям.
Мда… Это квартира явно не рассчитана на такое количество комнатных растений, которые постепенно превращают каждую комнату в джунгли.
Но я без передышки продолжаю, потому что, если остановлюсь, начну анализировать свою жизнь. По тысячному кругу.
Тут же какие-то цветы поливаю, у других обрезаю листочки и помечаю, что нужно пересадить, а что накормить удобрением.
Так незаметно проходит день, а вечером моя младшая, наконец, удостаивает меня своим вниманием.
– Мам, ты как? – раздается в трубке тихий голос Ульяны.
Мы не разговаривали с ней… с моего дня рождения. Впервые так долго и впервые я даже сама не хотела звонить Ульяне первой.
Не узнаю себя и свою дочь. Как-то резко мы стали чужими, причем это чувство…
Нет, не обоюдное, но как будто сейчас все попытки насильно сблизиться и поговорить могут привести к более плачевным последствиям.
– Нормально, Уль, – отвечаю вполне дружелюбно, одной рукой придерживая телефон, а второй раскрывая очередную коробку.
В ней оказываются мои книги и наши семейные фотоальбомы. Кажется, мой почти бывший муж решил кардинально избавиться от меня.
– Мам, я тут хотела спросить у тебя, – тушуется дочка на том конце провода, заставляя меня оставить разборы и сконцентрироваться на разговоре.
Голос у нее…
– Спрашивай, – говорю уже мягче. А вдруг вот он шанс поговорить и все наладить.
– Я знаю, что отдалилась, – начинает тараторить Ульяна, – Знаю, что вела себя холодно с тобой, но мне очень тяжело далось все это…, – в трубке слышится всхлип, и мое материнское сердце не выдерживает.
Вот как можно злиться на собственных детей? Ближе никого нет, поэтому беру инициативу нашего примирения в свои руки.
– Доченька, прости, если я как-то обидела тебя, – и у меня в горле образовывается ком.
– Нет-нет. Просто я… Я влюбилась, мам, – ошарашивает она, – Очень сильно. И не знаю, что с этим делать.
– Дак это же хорошо, – пытаюсь поддержать ее, но внутри… Странное чувство.
– Да, – соглашается дочка, – Мы очень любим друг друга, и Дима… Он хочет познакомиться с тобой.
– Конечно, я не против. Давайте увидимся на следующей неделе.
– Нет, мам. Он хочет завтра.
«Он хочет завтра» – еще одна странность. Что значит «он хочет»?
– А ты? – вдруг вырывается у меня.
– Я?..
– Ты хочешь, чтобы мы завтра познакомились?
– Ну да…, – как-то неуверенно отвечает Ульяна, разжигая мой интерес к этому Диме, – Я давно хотела, но не решалась.
– Почему? – удивляюсь ее словам.
Я не та мать, которая будет держать свечку или указывать своим детям, с кем встречаться и за кого выходить замуж.
Это их жизнь, их чувства и их ошибки.
– Ты не примешь мой выбор, – еле слышно шепчет Уля.
– Приму, – тут же обещаю ей, – Я приму любой твой выбор.
Глава 35
Странно это все.
Я еще не увидела этого Диму вживую, а он меня уже напрягает.
И Ульяна…
Не так себя ведут влюбленные и счастливые девушки.
Чувствую, что впервые в жизни пора вмешаться в личную жизнь дочери. Знаю, что некрасиво и неправильно, но, если этот Дима вызовет во мне хоть каплю подозрений, я скажу об этом Ульяне напрямую.
Пусть обижается, пусть злится, но мне надо уже что-то сделать с ненормальным состоянием младшей.
А пока надеваю простое и достаточно строгое черное платье без рукавов, черные лодочки в пару к нему. Застегиваю сережки-жемчужинки и подкрашиваю губы прозрачным блеском.
Наряжаться не хочется, но и представать старой бабкой перед «зятем» я не хочу.
Вообще развод с Кириллом странно на меня влияет. Сначала это была паника. Страх, что я теряю почву под ногами.
А сейчас…
Прошла еще одна неделя, а мне уже хочется распустить волосы, накрасить губы алой помадой и пойти с Зоей куда-нибудь в клуб. Может, даже вернуться на занятия танго. Благо, что Алексей перестал туда ходить.
Постепенно во мне пропадает Оля, которая с трудом переживает предательство. А на ее место приходить пусть одинокая, но точно не депрессивная Ольга.
Та, которая успела сегодня утром посмотреть билеты и запланировать небольшое путешествие на апрель. Как раз, когда нас с Кириллом окончательно разведут.
Ну а пока я затягиваю волосы в строгий пучок, критически осматриваю себя в зеркало и выхожу из дома.
Такси терпеливо ждет меня внизу.
Сажусь в машину и позволяю коренастому мужчине под шестьдесят, который тут же начинает активно рассказывать про свою жизнь, везти меня в ресторан.
Мой любимый, куда мы часто приходили всей семьей по поводу и без.