Вера Устюгова – Измены 40+. Среди предателей (страница 6)
Только не трогай меня, только не сейчас, пожалуйста…
– Никакой спокойной ночи, – шутливо произносит Стас, наваливаясь на меня всем телом, – А супружеский долг?
Удивительно, как быстро мое тело начало отторгать мужа. Еще несколько часов назад я готова была таять в его объятиях, а теперь…
Стоит только Стасу выдрать из моих рук одеяло, развернуть к себе и начать целовать, как неприятные мурашки вновь возвращаются и атакуют кожу. Головная боль усиливается, и никакая таблетка не помогает утихомирить ее. А еще слюна во рту становится вязкой и горькой – с трудом сглатываю ее.
– Не надо, – шепчу слишком тихо, и, конечно, мужчина меня не слышит.
Он продолжает. Задирает шелковую сорочку почти до шеи, слюнявит грудь своими поцелуями, опускается ниже и тянется руками к белью.
– Не надо! – шепот превращается в крик, и я резко отталкиваю мужа в сторону.
На глазах опять слезы, к горлу подкатывает тошнота. Как будто разум еще сопротивляется и пытается уговорить, что никакой измены не было, но внутренности начинает сворачивать узлом, стоит только подумать о сексе с мужем.
– Не надо и не буду, – неожиданно зло отвечает Стас, – Голова разболелась?
В его вопросе не сочувствие или забота, а усмешка. И я в который раз за этот вечер не узнаю мужчину рядом с собой. Откуда эти высокомерие и грубость?
Стас уходит в ванную, нарочито громко шумит и роняет мои баночки, ругается и как будто мстит мне за испорченный «супружеский долг», не давая уснуть.
Он всегда был таким, и я просто не хотела замечать?
Глава 6
Готовлю завтрак с единственной целью – успокоиться. Хотя готовка никогда не была моим любимым занятием, сейчас она лучше всего помогает не сойти с ума. Окончательно.
Я так и не смогла уснуть этой ночью. Ворочалась, прислушивалась к дыханию Стаса и несколько раз проверяла детей.
А еще думала, думала, думала и доводила себя своими же мыслями. Когда узнаешь о предательстве любимого человека, всегда ищешь оправдание.
Глупо. Знаю. А как по-другому?
Щепотка соли, две ложки сахара и стакан муки.
Замешиваю тесто на блины и только в середине процесса понимаю, как сильно я нервничаю. И никакая готовка уже не справляется с паническим состоянием.
Мой муж мне изменяет – хватит обманывать себя.
С молодой, красивой и уверенной в себе девушкой – я как будто попала в дешевую мелодраму с до ужаса предсказуемым сюжетом.
И ведь Полина прекрасно продемонстрировала вчера свой статус. Смотрела с высока, улыбалась с мнимым сочувствием. Хотя… Сочувствие, думаю, было вполне настоящим.
Как не пожалеть бабу, которая дальше своего носа не видела. Которая променяла карьеру на быт, пожертвовала собой ради счастья семьи и в качестве благодарности получила такую подлость.
Я в глазах Полины – несчастная, стареющая жена, которая никому не нужна и вот-вот останется одна.
Мда. Картина что надо.
Набираю половником жидкую массу, разливаю на раскаленную сковородку и сквозь шипение теста слышу мягкие шаги за спиной.
Это Стас.
Мужчина, которого я люблю вот уже двадцать пять лет. С первого курса строительного университета, с первого взгляда и слова.
Мужчина, который никогда не давал ни малейшего повода ревновать. А теперь я сгораю изнутри и подозреваю его в изменах.
В изменах…
До чего мы докатились? В какой момент свернули не туда?
– Ммм… блинчики на завтрак? – томно спрашивает муж, прижимаясь ко мне всем телом.
И в его голосе больше нет той затаенной злобы, чтобы была ночью.
Реагирую на автомате – откидываю голову ему на плечо, на секунду забывая и про блины, и про те злополучные фото, где Стас обнимается с другой.
Но только на секунду, и она тут же проходит, возвращая меня в реальность.
Вырываюсь из захвата мужа, стряхиваю с себя невидимый морок и заправляю выбившуюся прядь волос за ухо.
– Садись за стол, – говорю слишком нервно и сбивчиво, но мужчина, к счастью, не замечает мое состояние и послушно идет к столу.
Ставлю перед ним тарелку с готовыми блинами, апельсиновый джем, его любимый, и сметану.
Хорошо, что старшей дочери сегодня ко второму уроку, и она не услышит наш разговор. Ника слишком любит спать по утрам и точно не встанет раньше времени ради какого-то завтрака.
И Саша, наш младший. Ему нельзя нагружать психику лишними переживаниями, иначе занятия с психологом и работа над его замкнутостью никогда не дадут нужного результата.
Так, Лера, стоп. Почему именно ты должна думать о благополучии семьи?
Пока твой муж беззаботно проводит время с любовницей…
– С тобой все хорошо? – осторожно спрашивает Стас, когда я слишком громко ставлю миску из-под теста и половник в раковину.
Руки дрожат, тело с трудом слушается, и все движения получаются неловкими. Пока иду к столу, ударяюсь об угол кухонного острова, следом не замечаю машинку на полу и чуть не совершаю грациозное падение.
Кое-как добираюсь до обеденной зоны и сажусь напротив мужа. Он уже поел, и это хорошо.
Странно говорить об изменах с набитым ртом.
Пока мужчина потягивает свой утренний кофе, я наливаю стакан воды и ожидаемо проливаю половину на белую скатерть.
– Да что с тобой, Лера? – не выдерживает Стас, забирая у меня из рук кувшин и стакан, пока я ничего не разбила.
Хватит уже собираться с духом. Если и прыгать с обрыва, то с разбега.
– Ты изменяешь мне с Полиной? – то ли вопрос, то ли констатация факта, но мой голос звучит слишком обреченно.
Хотя как еще он должен звучать, если любимый мужчина предал меня?
– Лееер… – с опасением тянет Стас, – Мне кажется, нам пора в отпуск, а сразу после ты выйдешь на работу. Это домохозяйство тебя до добра не доведет.
Он сейчас серьезно?
– Ты издеваешься? – вырывается у меня.
– Нет, это ты издеваешься, – отвечает мужчина, и я опять ловлю в его голосе едва заметное раздражение, – Откуда ты вообще взяла эту чушь про измены?
Стас аж подскакивает со стула. Начинает убирать посуду со стола, изображая бурную деятельность.
– Спасибо, дорогая жена, поел! – на эмоциях добавляет он.
– Ты не ответил на вопрос… – не успокаиваюсь и не успокоюсь, пока не буду знать правду.
Встаю вслед за мужем и подхожу к кухонному шкафчику, где обычно храню счета за коммуналку. Выдвигаю его и достаю конверт с пачкой фото, на которых мой Стас так красиво обнимается со своей новой сотрудницей.
– Я не собираюсь отвечать на этот бред, – доносится до меня уже злой голос мужчины, – Большей чуши от тебя не слышал…