Вера Шторм – Цена твоей нелюбви. Я к тебе не вернусь (страница 6)
От пренебрежения до непонимания.
Ее слова комом в горле сидят и словно проигрыватель постоянно звучит в моей голове:
«Перестань всех обманывать! Альп никогда не стал бы так поступать!»
Внутри такая горечь скапливается. Она буквально заполняет все пустующее пространство, не оставляя другого чувства и ощущения. Потому что в момент, когда я рассказала все матери... Я надеялась на ответную реакцию. Хотя бы приобнять и подбодрить. Сказать, что все будет хорошо, а не резать без ножа своими жестокими словами.
Я так нуждалась в поддержке, но оказалась со своими проблемами, никому не сдалась и от этого все только ещё больше накалялось...
А глядя на отца, который с упоением рассказывал Альпу о какой-то своей новости, не переставая при этом хлопать его по плечу и нахваливать своего «любимого» зятя... Мне хотелось провалиться сквозь землю.
Зять дороже родной дочери.
Разве такое бывает?
Оказалось, да. И эта правда выворачивает все внутренности наизнанку, заставляя задыхаться от переполнявших чашу чувств и жизненной несправедливости...
Когда Альп с Альмирой расходятся, я захожу в свою комнату. Ложусь на кровать и долго не могу заснуть. Ворочаюсь туда сюда. Мысли не отпускают ни на миг, кружа в водовороте прошлых событий...
Моменты своего мнимого счастья и безмерной любви к Альпу.
Не стереть их никак. Память напрочь отказывалась блокировать его имя, а я не знала, как бороться со всем этим, совсем не видя никакой поддержки.
Глубокой ночью, я слышу вкрадчивые шаги возле своей комнаты. Не могу понять, кто это. Поэтому лишь хмурюсь и подтягиваю одеяло к себе.
— Дочка... — слышу знакомый голос по ту сторону и удивлённо вскидываю бровь, когда дверь открывается и в комнату входит…
— Римма Булатовна, — шепчу неверяще. — Что вы здесь делаете?
Я смотрю на свою свекровь, не моргая. Чувствуя невыносимое облегчение и радость от встречи с ней. Она светлый человек и никогда мне ничего плохого не делала и не желала.
А сейчас вероятно она приехала по наводке Альмиры, которая кажется ей все рассказала.
По крайней мере, тревожно налитые глаза свекрови говорят именно об этом.
— Я пришла к тебе, Дарина, — она ступает ко мне несмелым шагом. — Поговорить хотела наедине. Ты не приехала домой к нам, а я очень ждала, поэтому не выдержала и примчалась сама.
Она подходит к кровати и садится на нее. Затем берет мою ладонь и крепко ее сжимает.
— Простите меня, Римма Булатовна, но я не вернусь больше в тот дом. Мы с Альпом разводимся. Он мне изменяет, а я не готова это терпеть, — сглатываю непрошенный ком в горле.
Она кивает и с тяжёлым вздохом, проговаривает:
— Ты знаешь, я всегда была на твоей стороне вне зависимости от ситуации. В любых возникших спорах, я поддерживала тебя и смогла выучить. Ты не тот человек, который будет лгать о подобном. Мне очень жаль, Дарина, что так получилось. Я поговорила с Альпом и стало сразу понятно, что он что-то скрывает от меня. Но ничего внятного он мне не сказал. Только то, что вы не ладите и ничего из этого брака не выходит. Но если ты так говоришь, то я склонна верить тебе больше, вес родному сыну... — свекровь качает головой. — Затем Альмира мне намекнула о том, что у вас произошел разлад и по какой причине. Я не стала оставаться там. Села в такси и приехала к тебе.
Я сажусь на кровати и прикрываю глаза.
— Поверьте, у меня есть доказательства измены Альпа, но я не хочу чтобы вы это видели. Достаточно того, что эта грязь прилипла ко мне и не отлипает. Картинка перед глазами не меняется. У меня вот здесь , — я кладу ладонь на грудь, — невыносимо колет. Болит с такой силой, что дышать невозможно. Я просто не хочу, чтобы вы видели это. Разочаровались в своем сыне. Он ваше все. Родная кровь и я не хочу разрушать ваши отношения... Делать хуже, подговаривать о чем либо, мне не хочется. Если он любит другую...
Я с силой сжимаю кулаки, втыкая ногти в ладонь. Причиняю себе боль намерено, будто заглушаю ту внутреннюю, которая не даёт мне покоя.
— Любит другую? — ахает она.
— Именно так, Римма Булатовна. Альп никогда меня не любил. Я была лишь скудной заменой его настоящей любви, — с горечью в голосе добавляю. — И если это так, то я не стану препятствовать, как бы не любила Альпа. Вы сами знаете, насколько я была погружена в семейную жизнь. Всегда старалась ему угодить... Быть лучшей женой. Я делала для него все и думаю вы видели мое искреннее отношение к нему. Я присматривала за ним. Ухаживала и надеялась, что он это оценит. Однако его поступок... Разорвал мое сердце в клочья. Я никогда не смогу это принять и простить, Римма Булатовна. Это за гранью моего понимания...
— Дочка... — свекровь шепчет онемевшим голосом, а я лишь шмыгаю носом, чувствуя, что от собственных слов, капля за каплей по лицу начинают течь слезы. — Мне так жаль...
— Нет, вы не виноваты в этом. Все произошедшее только на совести Альпа.
Боль захлестывает с новой силой. Воспоминания забирают в свою воронку и не прекращая играют в свой бит.
— Но нельзя же так... Вы столько лет были вместе, Дарина. Может быть...
Я отрицательно мотаю головой.
— Измену не прощают, Римма Булатовна. Я считаю, предавший один раз... Предаст во второй. Я не хочу оставаться больше с Альпом. Все кончено для нас обоих. И ничего не спасет наш брак...
Я захлебываюсь эмоциями и свекровь это чувствует.
Она притягивает меня к себе и крепко обнимает. Я втягиваю воздух в лёгкие и начинаю тихо выть в ее плечо.
— Успокойся, дочка, — она начинает гладить мою спину. — Не плачь. Но все же подумай хорошенько. Не руби с плеча. Возможно все не так, как кажется и все ещё можно вернуть назад...
Я слабо улыбаюсь и отрываюсь от нее.
— Если бы все было так, как вы говорите, — дикое сожаление растекается в груди. — Если бы, но я видела достаточно, чтобы сделать определенные выводы о том, что Альп точно мне изменяет...
О том, что он говорил мне те жестокие слова, даже не упоминаю. Думаю итак понятно, что мне больно и продолжать об этой теме, я уже не намерена. Сказала я все, что хотела.
Развод — это то, чего я хочу на данный момент больше всего.
Я вздрагиваю, когда вдруг слышу с первого этажа громкие крики...
Кто-то истошно доказывает свою точку зрения, а другой не соглашается и продолжает вести диалог на повышенных тонах.
Вопль не утихает ни на минуту, а я лишь сильнее напрягаюсь, чувствуя, как неприятный червячок в груди начинает меня грызть в сомнениях от ужасающего предчувствия, что вмиг охватывает все тело.
Господи, что произошло?
Глава 10
С шумом втягиваю воздух в лёгкие и оборачиваюсь вправо, впиваясь взглядом в тревожные глаза Риммы Булатовны. Она также, как и я находится в странном подвешенном состоянии на грани рассудка. Каждый из нас совершенно точно не знает, что нас ждёт на первом этаже. И какие сюрпризы преподнесет в этот раз нам жизнь.
Это пугает настолько, что кажется вот вот и я взорвусь от переполнявших душу эмоций. Однако любопытство перебарывает даже страх, который не опускает меня все то время, пока мы спускаемся по лестнице вниз.
Первое, что я вижу, когда мы доходим до зала это моего брата, который по всей видимости приехал к родителям недавно.
И судя по всему с недобрыми вестями и по воле отца.
Он стоит напротив разгневанного отца и с силой сжимает волосы у корней, точно нервничая и находясь на грани. Я крепко цепляюсь за руку Риммы Булатовны, словно она моя спасительная шлюпка в данный момент и начинаю дышать. Рвано, но не прекращая дыхательный цикл.
Между ними настолько все искрит, что кажется любое действие зажжёт этот фитиль и сожжёт все до тла.
Они даже нас не замечают, продолжая метаться по залу и говорить на повышенных тонах.
Римма Булатовна, оторопев от ситуации и услышанного здесь, отошла назад, кивнув и выставив ладони вперёд. Сказала, что это личное дело нашей семьи и пообещав завтра вернуться, незаметно удалилась из зала. А следом раздался дверной хлопок.
— Я не знаю, что и делать! — в голосе брата полное отчаяние вперемешку с лютым страхом, который пронизывает и меня.
Дрожь охватывает все тело, пронося табун мурашек, от которых хочется немедля укрыться.
— Из-за тебя мы теперь в полном дерьме. Как мы будем выплывать из всего этого, скажи мне?! Как?! Теперь все клиенты отвернутся от нас. Позор, который не смыть! Репутация коту под хвост. Чем ты думал, а?! — рявкает грозно отец. Да так, что зал ходит ходуном. Сотрясаются стены и меня буквально подбрасывает над полом.
— У этих людей на сайте была уйма отзывов и хороших, которые доказывали, что они профессионалы своего дела... Я поверил им, а они меня кинули. А когда я понял это, было слишком поздно. Им не хватило денег, которые они с меня взяли. Их специалисты внедрились в клиентскую базу и выставили в сеть всю конфиденциальную информацию о них. Теперь они без конца звонят мне, обвиняя во всех грехах мира. Но я уверен, что это было сделано не просто так! Их кто-то подослал, чтобы испортить нашу репутацию и разорить, — брат ударяет кулаком близстоящую стену.
— Это уже неважно, — отец в два шага оказывается возле него. Берет за шкирки и тянет на себя. — Ты все испортил.
— Прости, отец, — дёргается брат. — Я не хотел.
— То, что я годами взращивал, — перечисляет он. — То, что я поднимал собственными трудом и неимоверными усилиями пошло ко дну. Как ты будешь это исправлять?! Я тебя спрашиваю! Как?! Мы же станем банкротами!