Вера Шторм – Цена моей нелюбви. Я тебя верну (страница 35)

Преодолев первый эмоциональный порыв позвонить ему и уточнить у первоисточника правдивость утверждения няни, я иду в ванную. Вряд ли стоит говорить о подобном по телефону. А значит, лучше дождаться прихода Альпарслана.

Отрегулировав воду, я встаю под душ. Вода понемногу остужает меня и возвращает рассудок. Чем больше я нахожусь в ванной, тем больше успокаиваюсь. В последние дни Чакырбейли окружил меня заботой, и она настолько непривычна, что грузом сдавливает плечи. Я вижу его старания, вижу, как он хочет воссоединиться, однако стереть по щелчку пальцев болезненные воспоминания просто не могу. Вероятно, на это нужно время. Пока ещё слишком рано. А значит, вновь открыть ему сердце будет крайне сложно.

Выйдя из ванной, я наспех обтираюсь полотенцем. Привожу себя в порядок. Окидываю придирчивым взглядом свое отражение в зеркале и чуть улыбаюсь. А затем, надев чистую одежду, выхожу из комнаты.

Спустившись по лестнице, я застаю картину, от которой вмиг щемит сердце. Я вижу веселого Каана с Тамилой. Они сидят вместе, как два настоящих друга, и никого вокруг не видят. У сына горят глаза. Он тянет ручки к ней и заливисто хохочет, отбирая у нее игрушку.

Не смея их отвлекать, я направляюсь в кухню, где уже накрыт стол.

Я сажусь и принимаюсь завтракать, однако трапезу прерывает голос домработницы. Она заходит, когда я доедаю омлет и, отодвинув тарелку, тянусь за кружкой чая.

— Дарина, тебя зовут, — произносит она осторожно.

Я поворачиваюсь к ней и непонимающе озираюсь.

— Кто?

— Безопасник. Правая рука хозяина.

— Куда идти?

— На веранду.

Взяв чашку и по дороге делая глоток, я иду туда, наблюдая за тем, как навстречу мне идёт крупный мужчина в специальной форме.

— Вы что-то хотели?

— Да, Дарина Юсуповна. Я отвечаю за безопасность этого дома. А также за вашу жизнь и жизнь вашего сына. Я правая рука вашего мужа, поэтому можете не беспокоиться.

— Я вас слушаю, — киваю.

— Альпарслан Каримович приказал привезти вас кое-куда. Я приехал за вами.

— А конкретное место он не назвал?

— К нему в компанию.

Сузив глаза, я поджимаю губы. На самом деле, это очень даже неплохая идея. Здесь слишком много воспоминаний, включая наши альбомы и мои драгоценности. Здесь я постоянно думаю о прошлом. Об отце, о матери и Давиде и не могу успокоиться. Мне нужно немного развеяться. Отвлечься. А поможет в этом только работа. Надо переключиться на что-то другое, оставив позади все, что тяготит сознание.

В любом случае это лучше, чем сидеть в четырех стенах.

Немного поразмыслив, я прихожу к выводу, что права, а значит, пора сменить обстановку.

— Хорошо, — отвечаю спустя минуту. — Я согласна. Только переоденусь и спущусь к вам.

Я прохожу мимо сына, который всё ещё не отрываясь играет с Тамилой, и быстро поднимаюсь в свою комнату. Там я переодеваюсь в более официальную одежду и наношу небольшой неброский макияж.

Перед отходом прощаюсь с сыном, целуя его личико и глядя на то, как он улыбается в ответ. В такие моменты кажется, что любые проблемы и невзгоды ничего не стоят, если рядом со мной будет Каан.

— Не волнуйтесь, — заверяет меня Тамила. — Все будет прекрасно. Мы очень любим малыша и присмотрим за ним, как за родным.

— Я вам верю. Тоже сильно не перетруждайтесь. Сын умеет забирать внимание и энергию.

— Вдвоем мы справимся, Дарина, — кивает домработница. — Не переживай.

Я передаю Каана Тамиле, которая души в нем не чает, судя по горящим глазам и исходящим от нее умиляющим звукам.

А когда выхожу из дома, на ум приходят слова Альпарслана, напоминая, что всегда нужно действовать осторожно и думать о своей безопасности… Ведь вероятность того, что кто-то из недоброжелателей может обмануть нас или втереться в доверие, очень высока. И что будет потом — неизвестно.

Как действовать по плану Альпарслана, ещё не понимаю. Однако точно знаю, что лучше выхода из ситуации не найти. Во всяком случае, привлекать к себе внимание врагов Руслана я не желаю. Они могут навредить и мне, и моему сыну, а у меня своих хлопот хватает. А значит, пусть все думают, что мы всё ещё вместе с Альпарсланом. Что я к нему вернулась. Если этот расклад обезопасит нас, я не задумываясь приму такое решение.

«У Абрамова сейчас очень много проблем, Дарина. Если люди будут думать, что вы вместе, это может задеть и тебя. Это не простые люди», — так и звучат в голове слова Альпарслана.

Я обнимаю себя за плечи.

Если честно, мне не по себе от всех этих интриг, склок и прочих опасностей. Я хочу спокойной жизни. Хочу спокойно ходить по улице, не оглядываясь по сторонам и не встречаясь с бывшими Альпарслана. Не видя брата, который хочет убрать меня со своего пути. Не слышать в голове голос матери и отца, которые отреклись от меня. Это слишком больно и бьет по самым слабым точкам. А еще больше я не хочу быть слабой. Ни для кого.

Сев в автомобиль, натыкаюсь взглядом на встревоженного безопасника. Он с кем-то говорит, и нам открывают ворота.

По дороге он то и дело поджимает губы и явно нервничает. Моя собственная подозрительность начинает зашкаливать и приобретать новые краски. Плохое предчувствие сдавливает виски. Кажется, будто что-то должно произойти.

И я оказываюсь права…

Проехав большую часть пути, мы останавливаемся и меняем машину. Все это делаем молча, словно так и надо, хотя во мне разрастается вулкан различных эмоций. От злости до непонимания. Но вопросов я не задаю даже тогда, когда мы меняем и третий автомобиль у въезда в город. Ездим кружными путями, а я просто стараюсь закрыть на это глаза и не впасть в панику.

«Все это ради безопасности», — повторяю себе ежесекундно.

Выхожу из машины, еле дыша. Перевожу дыхание и только потом захожу в здание офиса Альпарслана. Безопасник следует за мной и даже провожает до нужного этажа.

— Проходите сюда, — распоряжается он, указывая на кабинет. — И не волнуйтесь, пожалуйста, все в порядке, Дарина Юсуповна. Теперь вы в безопасности.

Затем кивает на прощание и удаляется.

Я отрицательно качаю головой и не сразу захожу внутрь. Прислонившись к стене возле двери, достаю из сумки бутылку воды, которую дал мне безопасник, и отпиваю несколько глотков, не веря в то, что было на пути к офису. Кажется, наступил откат. Сейчас я понимаю, что все слова Альпа сказаны не просто так. Нам действительно грозит опасность. Иначе мы не меняли бы столько машин и не ездили бы кружными путями. За нами была слежка. Очевидно.

Господи… Убрав со лба выбившуюся прядь, я отталкиваюсь от стены, но успеваю дойти до кабинета, как слышу знакомый голос…

Это Лариса. Я не могу ошибиться.

— Да как ты меня не понимаешь! Я же…

— Перестань! — Альпарслан повышает тон. — Ты что, думаешь, я горю желанием тебя видеть? М? Ты что о себе возомнила, Лариса?! Да я впустил тебя только для того, чтобы узнать о твоих планах. Чтобы ты перестала плести интриги за моей спиной и смирилась наконец с тем, что ничего между нами нет и быть не может. Все кончено, и давно. Пять лет назад! Ты это прекрасно знаешь, но все равно устраиваешь передо мной концерт.

— Альп… — жалобно произносит она.

— Знаешь, после жизни с Дариной я прекрасно понял одну вещь, — продолжает он. — Оказывается, все, что было с тобой — не любовь. А страсть. Похоть. Все что угодно, только не любовь. Я тебя не любил. Никогда. Мне нужно было обжечься, чтобы это окончательно понять и принять. И ты это знаешь. Любая женщина это чувствует. Ты — не исключение. И ты знаешь, что я пару раз встречался с тобой только из уважения к нашему прошлому и по твоей просьбе. Но я оставил все позади. В моем сердце лишь Дарина. Прими это. И перестань действовать за моей спиной. Прекрати свои игры. Это выглядит жалко. Ты позоришь себя бесконечными связями с мужчинами и неприятием ситуации. И зачем только связалась с Русланом?! Ведь знала, что он не будет за тебя держаться и легко выбросит за ненадобностью? Не верю, что не знала. Ты нужна была только для того, чтобы отомстить мне, и это прекрасно сработало. Отдалило меня от моей жены. Но ты ему не нужна. А вот Давид… — Он усмехается. — Это другое дело. Ты крутишь им, как пожелаешь. Что же, продолжай в том же духе. Только знай, что скоро и у него ничего не будет. И тогда он вряд ли тебе понадобится. Имей в виду, что и тебе осталось совсем немного. Я уже нашел способ отправить членов твоей семьи за решетку. Отца, дядю… всех, кто устраивает слежку за мной. Я тебя предупреждал, Лариса. Ты не послушала. Снова начала плести свои сети. Снова захотела навредить самому дорогому мне человеку. В этот раз я тебе этого не прощу. Больше никаких предупреждений. Ровно через два дня ты будешь там же, где вся твоя родня. А теперь проваливай, чтобы я больше тебя не видел. У тебя есть два дня, но если ты думаешь, что сможешь сбежать, то глубоко ошибаешься, Ларочка. Ты зря затеяла со мной войну. Зря снова полезла к моей жене. Ты доигралась. И да… Все твои признания у меня есть. Или ты думаешь, что стоишь посреди моего кабинета только потому, что я тебя безумно люблю? Дря-а-ань…

В этот момент я не выдерживаю и захожу в кабинет, натыкаясь глазами на Альпарслана, который при виде меня сильно меняется в лице. Он хмурится и тихо ругается, устало проводит ладонью по лицу, словно боясь, что я пойму все не так и снова начну бросаться обвинениями. Его растерянность говорит именно об этом. Однако я всё прекрасно слышала и уже сделала выводы.