Вера Шторм – Цена моей нелюбви. Я тебя верну (страница 3)

Доезжаем до места назначения быстро. Буквально за тридцать минут.

Рената встречает нас у порога с распростертыми объятиями. Сразу тянется к Каану, желая взять его на руки.

Он недоверчиво смотрит на меня, а я усмехаюсь. Сын привык постоянно быть со мной. Когда мы вместе, он буквально не отлипает от меня, желая провести как можно больше времени вместе. С присутствием в нашей жизни няни ему, скорее всего, пришлось свыкнуться.

— Иди к тете Рене, — даю добро, и он тянет свои маленькие ручки к подруге.

Та радостно принимает его, целуя в макушку.

— Да. Давно я маленьких детей не держала. Смотри, Рустам, какой хорошенький! Как Мурат когда-то, да?

Ее муж приветствует нас и после слов жены загадочно переглядывается с Ренатой. Они словно общаются на понятном только им двоим языке. Я неосознанно расплываюсь в улыбке, глядя на них.

Они — показатель того, что в этом мире еще существует любовь и доверие. Всецелое погружение в это чувство…

Надеюсь, когда-нибудь и у меня так будет…

Когда мы садимся за стол, я наблюдаю за тем, как Мурат показывает свои игрушки Каану, и тот с интересом их разглядывает. Дети быстро находят общий язык.

Рената, как всегда, показывает изыски кулинарии. Абрамовы довольно улыбаются, глядя на стол, как коты на сметану.

Затем подруга расставляет все приборы, игнорируя мое желание помочь ей и говоря, что мы давно не виделись. Поэтому не нужно перенапрягаться. И так все силы уходят на сына и на работу.

Я нехотя соглашаюсь, и мы с удовольствием пробуем приготовленные Ренатой блюда.

Когда мы заканчиваем трапезу, я иду с подругой на кухню и вкратце рассказываю о том, что сегодня случилось. О том, что мы встретились с Альпарсланом в торговом центре. О моих чувствах и диком страхе за Каана из-за того, что бывший муж захочет забрать его у меня, претендуя на отцовские права. При мужчинах я не стала поднимать эту щепетильную тему. Тем более Руслан взвинчен и готов метать молнии. Зато с подругой поделиться очень хочется, как и выговориться.

— Так вот… Он хочет сделать ДНК-тест, Рена! — Я качаю головой. — Альпарслан сразу понял, что Каан — его сын, но, видимо, нужно точно убедиться… Меня это просто выводит из себя. Если бы не Рус, я бы, наверное, так и стояла там, как каменное изваяние. Ну вот… Почему?! Почему он снова появился в моей жизни?! — возмущенно выпаливаю я. — Что я сделала не так, что он постоянно попадается мне на глаза? Я ведь дала ему все, что он просил! Все! Ну живи ты своей жизнью. Чего лезешь в мою? Я категорически этого не понимаю! Сумасшествие, не иначе. Вот что ты думаешь об этом? Неужели Альпарслан считает, что я должна забыть все и прибежать к нему? Ну это же глупость…

Подруга вдруг поджимает губы и как-то неестественно дергается, опуская глаза в пол.

Я с подозрением прищуриваюсь.

— Рена? Ты что-то хочешь мне сказать? Или как? — Пульс учащается. — Ты же мне про него ничего не рассказывала… Даже когда я однажды спросила про Альпарслана. На это была причина? Или специально?

Она отводит взгляд. А потом и вовсе отворачивается. Я неосознанно сжимаю руки до побелевших костяшек. Сглатываю неприятный комок в горле.

— Я не поняла… Ты от меня что-то скрываешь? Что именно? Можешь сказать, что происходит? Я ничего не понимаю…

Подруга шумно вздыхает, поднимая голову и впиваясь в меня растерянным и многозначительным взглядом, будто решая: сказать или нет?

— Что ты скрываешь, Рената? — повторяю вновь, но уже с нажимом. — Что ты знаешь об Альпарслане такого, чего не знаю я?

Глава 3

Впервые вижу подругу такой… странной. Она явно что-то недоговаривает. И самое главное, Рената будто не понимает, как я сейчас нервничаю. Дико трясусь оттого, что хочу узнать ответы на свои вопросы. Хочу знать, в конце концов, что творится вокруг меня, но она молчит, сжав полные губы в тонкую линию. Смотрит исподлобья.

На самом деле меня не должна интересовать информация, касающаяся Альпа. Но, черт его раздери, я же имею право знать, что от меня скрывают?!

— Рена, — настойчиво произношу. — Так что?… Скажешь мне?

— Извините, что не вовремя, — раздается хриплый голос Рустама.

От неожиданности я вздрагиваю, перевожу на него глаза и встречаюсь с его виноватым взглядом.

— Прости, не хотел пугать. Ренат, дай что-нибудь выпить. Ты же знаешь, что я предпочитаю.

— Руслан за рулём, — напоминаю я.

— Он не будет пить. Я для себя. — Улыбнувшись, Абрамов-старший разворачивается и уходит.

— Рустам хорошо высыпается, когда пьет. На работе куча дел, и партнеры не всегда настроены благожелательно, поэтому порой приходится как-то расслабляться, — тут же пояснят Рената, заглядывая в мои глаза. И, взяв бутылку и стакан, добавляет: — Сейчас вернусь и расскажу все.

Я стою у окна и разглядываю панораму ночного города. Теперь я понимаю, почему подруга любит эту квартиру и не хочет отсюда съезжать. Да потому что приятно стоять вот тут и и наблюдать за такой красивой картиной… За огоньками столицы.

В голове абсолютный хаос. Я не знаю, что думать и как пережить сегодняшний день.

Альп… Он все такой же. От него веет тяжёлой энергетикой. Неразговорчивый, хмурый и чересчур серьезный. Зато внешний вид, несмотря на тонкие нити седых волос у висков…. как всегда на высоте.

Бывший муж действительно выглядел замечательно. Может, та белобрысая хорошо ухаживает за ним? Хотя судя по теням под его глазами, которые указывают на сильную усталость, так и не скажешь.

От этой мысли я невольно хмыкаю. Раз она такая хорошая, почему Альп до сих пор преследует меня?

Лёгкое прикосновение теплой ладони к моемуу плечу заставляет прийти в себя и обернуться. Руслан впивается в мое лицо темными омутами глаз и тянется к моей щеке, гладит кожу большим пальцем. Не моргает, будто вовсе не дышит.

Впрочем, как и я.

— Давно хотел остаться с тобой наедине и поговорить.

Его низкий хрипловатый голос действует на меня странным образом.

По коже рассыпается волна мурашек, а в ушах начинает звенеть. Господи, только не это… Не хотелось бы терять хорошего друга.

— Руслан… — Хочу сказать, что сейчас не место и не время для разговоров, касающихся нас. Но замолкаю, услышав плач Каана.

Прохожу мимо Абрамова, который поджимает губы, и иду в гостиную. Сын на руках у Ренаты. Она пытается его успокоить, но малыш не умолкает.

— Иди ко мне, родной. — Забрав Каана, я прижимаю его к груди. Он сразу же цепляется за пряди моих волос, падающих на плечи, и сжимает их в крошечной ладошке. — Спать хочешь?

— Может, машинку хочет? — Мурат протягивает игрушку красного цвета.

— Он глаза трет. Спать пора, — шепчу я. — Нужно ехать домой.

Рената тут же напрягается и вздыхает, а у меня сжимается сердце. Мы так и не договорили. И, честно говоря, теперь я даже боюсь этой информации.

Подруга направляется на кухню. Я собираюсь пойти за ней, однако меня останавливает вопрос Руслана:

— Уезжаем? — спрашивает он.

— Да, подожди пару минут, пожалуйста.

Рената не решается мне что-либо говорить. Глаза мечутся. Дыхание неровное. Скорее всего потому, что это тема как-то заденет меня. Или же просто она считает, что я обижусь.

— Ренат… — начинаю я.

— Слушай, — она отворачивается от меня и впивается взглядом в окно, — я тогда тебе ничего не сказала. Потому что ты категорически не хотела слышать об Альпарслане. Но… Да, с одной стороны я понимала, что это ничего не изменит. Что эта новость ничего для тебя не значила бы… Но сейчас, раз он появился на твоём пути буквально через неделю после твоего возвращения… — Подруга пожимает плечами, разворачиваясь ко мне лицом. — В общем, я запуталась… И не знаю, как правильно донести до тебя все. Плюс я слышала разговор Рустама с твоим бывшим мужем. Мне показалось, что Рус от меня что-то скрывает. И что-то серьезное.

Рената встряхивает головой. Какой-то загадочный разговор, ей-богу. Вопросов создаётся ещё больше…

— Так. Что же ты мне не рассказала? — произношу с улыбкой, потому что в этот момент Каан кладет голову на мое плечо и сосет свой пальчик.

— Альпарслан не женился.

После этих слов я застываю, словно прибитая к полу. Отсчитываю удары сердца и рвано выдыхаю. Да быть того не может!

— Я не знаю, откуда всплыли те новости. Однако никакого торжества не было. — Подруга глубоко вздыхает, заламывая пальцы, но продолжает: — А затем я как-то увидела новости, где он говорил журналистам, что ни о какой свадьбе и речи быть не может. А уж о любви — тем более. Я не знаю, отчего он поменял мнение, ведь тебе он говорил иное. Может быть, Лариса его достала или еще что-то произошло… Не знаю, Дарин… А вот насчет совместных фотографий с ней он промолчал. Сказал, что уничтожит каждого, кто попытается опубликовать ложную информацию. Что всех, кто лезет в его личное пространство, копается в его жизни и виноват в разводе с тобой, он накажет по полной.

— Господи! — Из горла вырывается истеричный смех. Прижав сына ещё крепче, я чувствую, как сердце начинает барабанить в груди. — Он единственный, кто виноват… Из-за кого наши пути разошлись! Именно он потребовал развода! Какие, к черту, виновники? О чем он там? Крыша, что ли, поехала?!

Рената оборачивается ко мне. Смотрит на меня растерянным взглядом. Она, кажется, сама ничего не понимает. Или же понимает, но не договаривает. И это конкретно выводит меня из себя.