Вера Шахова – Спасти тридевятое и другие приключения Василисы (страница 8)

– Ишь, чего удумал! – шлёпнула об стол тесто Василиса. – Это что теперь, из-за нескольких дураков другие люди без защиты от нечисти оставаться должны? Так и быть, перед бабушкой слово замолвлю, тем более, что и ты меня не раз выручал, но из богатырей уходить не смей!

Богатырь покраснел и удивлённо хлопал глазами.

– Всегда будет кто-то, кто попытается свою выгоду извлечь, – продолжая отбивать тесто, ворчала девушка. – Подумаешь, не ты первый, не ты последний. Из богатырей уходить! Пирогов я тебе и сама напеку, а ты давай, одна нога здесь, другая там!

– Чего? – не понял Никита.

– Да чего непонятного, сейчас заставы обходи дозором, а к вечеру возвращайся. Яга как раз из лесу придёт, грибов принесёт, я картошки отварю, молочка свежего надою, ужинать будем. А дальше посмотрим, что утро скажет. Понял?

– Понял, – кивнул богатырь, поднимаясь с лавки, – ты мне своими словами веру в себя вернула, честное слово! Даже и не знаю, как тебя благодарить.

– Не надо меня благодарить, – отмахнулась Василиса, поморщившись, – иди делом займись, нечисть погоняй. А мне ещё дождь вызвать надо, огород полить. Картошка сама себя не вырастит, её поливать да полоть надо, а то бабушка зачёт не примет. Она, когда голодная, и на лопату посадить может.

История десятая

(новое зелье)

– Точно тебе говорю, завелось там чудище! А ещё мне кикимора сказывала: ползут оттуда туманы неведомые, из которых голоса слышатся, да лягушки разноцветные выпрыгивают, и все утверждают, что они принцессы заколдованные.

– Разберёмся, – перекинул с ладони на ладонь меч богатырский Никита, – посмотрим, кто тут лесных жителей в морок вводит.

– Ты только осторожнее, Никитушка, – тёрся о сапоги богатыря Горыныч, – ты у меня друг единственный, на вес золота! А вдруг там колдун какой заморский? Может, к Яге вначале зайдёшь? Она в котёл свой заглянет, поворожит. Глядишь, что и присоветует по своему колдовскому делу?

– Не пристало богатырю русскому от опасности за юбкой прятаться, – ответил, нахмурившись, Никита. – А к Яге обязательно зайду, но после, на пироги, заодно и Василису проведаем.

– Эх, друг ты мой любезный, защитник стороны русской, – вздохнул Горыныч и остановился, – я тебя здесь подожду, на опушке. А то вдруг помощь понадобится? А тут до деревни рукой подать, так я сбегаю, приведу.

– Ну-ну, приведи! – усмехнулся Никита и пошёл по лесной тропинке один, не оглядываясь. Горыныч же лишь слезу промокнул платочком и высморкался, глядя вслед удаляющемуся богатырю.

Тёмен лес, страшен. Редко кто в эту сторону ходит. Ни грибов здесь нет, ни ягод, одно болото да филины. Но есть посредине топи полянка заветная. Поговаривали, что когда-то там беглая ведьма скрывалась. И такую силу земле подарила, что любой смертный мог силу в себе колдовскую разбудить, если обряд провести. Вот туда-то и направился Никита проверить свои подозрения.

Тёмная фигура в длинном плаще склонилась рядом с котелком, что кипел над костерком, выпуская вверх разноцветные пузыри, которые лопались и расползались сиреневым туманом. Рядом, на пенёчке, сидели две лохматые лягушки в золотистых коронах и пряли из тумана шали. Фигура поводила над котелком руками, бросила в него корешок и отступила.

– За такие вот штуки тебя Яга сюда и сослала, – Никита вышел из-за дерева и приблизился к закутанной в плащ фигуре. – Что, не выходит?

– Нет, – шмыгнула носом Василиса, – я и так, и эдак, одни лягушки выпрыгивают.

Над котлом поднялся пузырь, надулся и лопнул. Из разбежавшихся в разные стороны капель повыскакивали несколько лягушек, вскочили на пенёк рядом с подружками и принялись прясть.

– Забавно, – Никита достал из туеска два сухарика, один Василисе протянул, второй сам надкусил. – А что должно было получиться?

– Зелье жизни, – девушка заглянула в толстую книгу, что тут же на рогатине закреплена была. – Ничего не понимаю. Всё же делала, как написано.

Никита подошёл к котлу, наклонился, принюхался, провёл пальцем по стенке:

– Так, а почему зефирками пахнет?

– Сладкого захотелось, – надула губы Василиса, – а что, я уже неделю на этом болоте торчу! Яга сказала без зелья не возвращаться. А я есть хочу! Вот и приходится в одном котелке и рагу из крольчатины готовить, и зелья варить.

– Понятно, – развёл руками богатырь, – тщательнее мыть оборудование надо.

Схватил котелок и окунул со всем содержимым в болото. Вода зашипела, забурлила, всё пространство заволокло паром. В разлившейся тишине было слышно, как, последний раз щёлкнув спицами, лопаются фиолетовые лягушки, оставляя после себя воздушные шали.

– Держи, – протянул отмытый котелок Василисе богатырь. – Ты вообще зачем к Яге-то в ученицы набилась? Что, замуж не хочется?

– Хочется, – вытерла нос рукавом девушка, – только ещё больше хочется доказать всем, что я не просто красивая дурочка. Я ж не просто так, а чтобы помогать всем!

– Ясно, – кивнул Никита, – ну, давай заново.

Василиса налила в котелок воды, подкинула в огонь хворост и ткнула пальчиком в книгу:

– Так: веточка удачи, пригоршня покоя, капля тумана, находчивость лягушки, от раны сердечной зелёная сныть, корешок мандрагоры – всю горечь забыть, для новой надежды – вереск и рута, сок алого мака для спокойного сна и незабудка с утренней звездой, чтоб всегда находился путь домой, – приговаривала Василиса, помешивая закипающее зелье.

Над котелком поднялся пар, и стала вырисовываться фигура девушки.

– Ква, – сказала фигура, кокетливо подмигнув богатырю лягушачьим глазом, одновременно вильнув круглым бедром, покрытым чешуёй.

– Брысь, – махнула метлой Василиса, разметав видение. – Может, это из-за того, что вода болотная? – предположила девушка.

– Или в рецепте что-то не так, – листал книгу Никита. – У меня предложение, давай свой рецепт забабахаем?  А то что тут всё привороты-отвороты, принцы-царевичи? Словно наши девки это и без зелий не умеют.

– Умеют, – вздохнула Василиса, – вот только другой книги нет.

– Я ж говорю, своё! – вылил очередное варево в болото богатырь.

Василиса хитро прищурилась, радостно взвизгнула и кинулась мыть котелок. Потом вновь налила в него воду и поставила на огонь.

– Чуток чабреца, чернослива, чаги, черешни, черники, чары чуткости, чувственности, чарочку чутья, честь чарующих, черпачок чуда, чаёвники-чудотворцы чуют чаёк. Часы чаевания – чередой чародейных частей, чашка чая – и я чудеснейший чародей!

– Чародейка! – присвистнул Никита, улавливая волшебный аромат, идущий из котелка. – И что это, новое приворотное зелье?

– Не, просто чай, – ответила Василиса, не замечая, что уже с полчаса левитирует над котелком. – Понимаешь, чай – это зелье на все случаи жизни: от плохого сна, от грустных новостей, для храбрости, для нежности. Вкупе с шалями, уверена, Яга в восторге будет!

– А шали-то для чего? – не понял Никита

– Они сказки шепчут, – улыбнулась девушка, – закутаешься в такую шаль, возьмёшь кружечку чая в руки, и никакие метели не страшны.

– То, что не страшны, это хорошо, – опустил Никита в котелок кружку, что всегда с собой в рюкзаке носил, – может, ну её, эту книгу с заклинаниями? Какая-то она бракованная. Не просто так её спящий отдал, ничего взамен не попросив. Может, стоит свои заклинания придумать? Видишь, как вкусно получается!

История одиннадцатая

(как Горыныч с Никитой подружились)

– Горыныч, выручай! – прервал утреннюю зарядку друга Никита. – Без тебя не справимся!

– Нет! – буркнул змей, переходя с приседаний на упражнения со скакалкой.

– Да ты пойми, – не сдавался богатырь, – у Яги зеркальце пропало. Ну, то самое, в которое стоит лишь вдвоём посмотреться, то мать родная не отличит. Василиса в столицу собралась на поиски. Нельзя её одну отпускать, сам понимаешь!

– Угу, – согласился Горыныч, продолжив зарядку отжиманиями, – сами виноваты! Нечего брать, что плохо лежит. Васька им быстро растолкует, почему!

– А если она их в тушканчиков превратит? – Никита упал на землю рядом с другом и, отжимаясь за компанию, продолжил. – Представляешь, целая столица грызунов? А некоторые ещё и в мантии, при короне!

– Она может, – согласился змей, – но я не пойду. Мне блох хватило. Я только-только хвост отполировал!

– А давай так, – предложил богатырь, – если ты больше меня от земли отожмёшься, я тебе блинчики на завтрак всю неделю пеку. А если я больше тебя, то ты план мой выслушаешь и поможешь.

– Идёт! – согласился Горыныч и что есть силы запыхтел, отжимаясь.

Какие бы слухи про Горыныча не ходили, а никто кроме Никиты не докумекал, что хоть змей с виду большой и страшный, да и когти на лапах острые, и шип на хвосте как двойная палица, а в душе он большой добряк. Каждое утро начинает с зарядки. А что вы думали? Попробуйте-ка, полетайте выше облаков с нетренированными крыльями или по горам побегайте. Для этого сила и выносливость нужна.

Потом обязательные водные процедуры на озере и завтрак. Это менестрели придумали, что змей на завтрак девиц всяких красивых и не очень ест и принцами закусывает! Если честно, Горыныч их сам об этом попросил, чтоб туристы не донимали, а любил он молоко и печенье.

Так вот, когда Горыныч с Никитой только познакомился, у них страшный бой вышел. Царевна одна на девичник к подружке в другое царство укатила, а папеньку не предупредила. Тот и решил: раз дочка к ужину не вышла, значит, похитили её. А кто мог такое зло совершить? Конечно, Горыныч! Вот и попросил богатыря вызволить дочурку из лап злого чудовища. А змей и не в курсе был, что произошло. Спал себе спокойно, а тут – богатырь ломится, чуть дверь не снёс.