Вера Рэй – Развод в 50. Когда давят рога (страница 20)

— Даже если я не выявлю критических нарушений, проверка может затянуться до 48 часов. Если проверка покажет проблемы, Вам придется закрыть ресторан до их устранения и до следующей проверки.

— В таком случае я должна попросить сотрудников обзвонить клиентов для отмены брони на сегодняшний вечер.

— Это будет разумно…

— Ой, Лидочка. Ты глянь, у Жуковой медосмотр просрочен! — Миша хотел мне насолить, поэтому его не особо волновала суть беседы. Он радостно нас перебил и с видом победителя передал санитарную книжку проверяющему.

— Да, действительно! — подтвердил тот. А Миша ехидно улыбнулся, чувствуя, что его план начинает осуществляться.

Но не так быстро, дорогой.

— Михаил Петрович, Жукова уже второй год находится в декретном отпуске. Вы, наверное, об этом забыли? И, естественно, прежде чем вернуться к работе, она пройдет необходимое медицинское обследование.

— Почему такой бардак в документах? — фыркнул Гордин. Действительно, почему… Я уже третий день пытаюсь все привести в божеский вид.

Но я не считаю нужным выяснять отношения с бывшим мужем при человеке, от которого сейчас зависит будущее ресторана.

— Не переживайте, все систематизировано, я нашел то, что мне было необходимо. Все в порядке. Я хотел бы теперь проверить все остальное.

— Конечно, я Вас провожу! — активизировался Гордин. Как клещ при виде теплокровного, ей Богу…

— Не стоит утруждаться, Михаил Анатольевич. По документам именно Лидия Петровна является учредителем данного бизнеса, — повернулся в мою сторону. — Тем более, я так понимаю, Вы лучше знаете, как у Вас тут все устроено? Для начала я хотел бы увидеть холодильники и кухню.

Миша прямо побледнел. Не привык, что его так низко опускают. Привыкай, дорогой. Теперь твое место именно там — на самом дне.

Глава 37. Соколов, у меня от тебя мигрень!

Я была просто раздавлена. Проверки — это всегда очень стрессово. А внеплановые — в сто раз хуже.

Но мы выстояли. Стойко и без падения репутацией в грязь.

Проверяющий взял несколько образцов на анализ, и теперь ресторан будет закрыт до получения результатов. Завтра суббота, так что до понедельника их ждать точно нет смысла.

А это убытки, испорченные продукты и потрепанные нервы. Зато у меня будет бумажное подтверждение соответствия всем нормам. И Гордин точно больше не сможет ничего сделать, как бы сильно у него не горело в одном месте.

«Ну хоть отосплюсь» — беспечно подумала я, подъезжая к воротам своего участка.

Взгляд зацепился за окна соседского дома. Свет не горел… Машины Соколова тоже видно не было.

Легкое чувство вины скользнуло где-то в подсознании. Надеюсь, он нашел свою машину.

Согласна, утром я погорячилась, но и он — тоже хорош. И все же я подумала, что надо будет извиниться. Старые обиды оставить в прошлом. Мы ведь уже не в том возрасте, чтобы, поджав губы и сквозь вопль кричать «я с тобой больше не играю».

Чем старше я становилась, тем отчетливее понимала, что с соседями лучше дружить. И не только из корыстного интереса обратиться вдруг за помощью, если это будет необходимо. А хотя бы потому, чтобы не нажить себе врагов, которые, хочешь-не хочешь, а постоянно будут слишком близко.

«Ладно, утром испеку для него извинительный пирог» — решила, что первая пойду на мировую.

Пока шла от машины до дома, замерзла до дрожи!

Погода сегодня резко ухудшилась, так что я решила разжечь камин. А еще приняла горячую ванну, чтобы быстрее согреться. Напряжение будто покидало мое тело через расширенные от теплой воды поры. Я чувствовала приятную негу.

Но мое удовольствие продлилось совсем недолго…

Мой мозг был полностью расслаблен, когда в него ворвался противный гул непонятного происхождения. Он был постоянный, монотонный и очень мерзкий. Он проникал в тело неприятными вибрациями, распространялся острыми мурашками, надоедливо засел в мозгу.

Я не знала, откуда он доносился.

Это очень странное ощущение, когда ты понимаешь проблему, четко ее слышишь собственными ушами. Но не знаешь, как это исправить.

Звук был настолько отвратительным, что уже через несколько минут у меня началась головная боль.

Высушила волосы феном, тепло оделась, успела приготовить ужин. А звук все не прекращался! Я пыталась сконцентрироваться на чем-то другом. Включила музыку, не помогло. Затем — фильм. Опять мимо.

Наш мозг так интересно устроен… Чем больше ты хочешь что-то игнорировать, тем больше у тебя не получается это сделать.

Я была готова расплакаться от беспомощности… И когда я собиралась взять из холодильника шоколадку, чтобы получить порцию быстрого дофамина, из окна кухни я заметила, что у соседа горит свет… В гараже!

Значит, он дома? Теперь понятно, откуда растут ноги. И почему я не удивлена?!

Накинув на плечи свою любимую куртку, а на голову — шапку из искусственного меха, я решила сходить проверить, что там происходит.

Стоило мне приблизиться к участку соседа, как сразу стало понятно — звуки доносятся именно отсюда.

Глава 38. Беги, Лида…

— Да чтоб тебя, старая рухлядь! — Всеволод ругался с неисправной техникой. Когда я вошла в гараж, он был повернут спиной и копошился возле старого мотоцикла.

Гул стоял такой, что перепонки закладывало. Зато теперь я поняла, от чего исходит этот шум — от генератора электричества, которому, кажется, уже не меньше полувека.

В помещении сильно воняло бензином и маслом. Я закашлялась от вонючего дыма, исходившего от генератора.

Но Соколов был очень увлечен своим важным делом, поэтому он меня не услышал. Неудобно вот так подкрадываться, но что поделать? Подглядывать за ним, — еще хуже.

Поэтому я подошла сзади и аккуратно хлопнула Всеволода по спине ладонью, чтобы привлечь к себе внимание.

Ох, знала бы я, какую ужасную ошибку совершаю в этот момент!

Сокол от неожиданности резко развернулся и уткнулся своими грязнючими от переработанного масла ручищами прямо в мой новенький любименький пуховик. Несколько некрасивых отпечатков его пальцев застыли на моей одежде несмываемыми пятнами.

— Я тебя не увидел! — пытался он перекричать эту громкую тарахтелку. Подошел к генератору, чтобы его выключить. Слуховая пытка прекратилась, и я облегченно выдохнула.

Стояла, как вкопанная, разглядывая необычный рисунок в области живота.

Ничего… Ничего страшного не произошло. Это всего лишь пуховик. Я никогда не была слишком зациклена на шмотках. Всегда можно купить новый. Можно попробовать сдать пуховик в химчистку, но не уверена, что удастся его очистить.

Успокойся… Ты сюда пришла не для того, чтобы продолжать с ним ссориться.

Ты собиралась пойти на мировую!

Я мысленно пыталась себя убедить в том, что не буду раздувать из мухи слона. Соколову было достаточно всего лишь извиниться, и я бы закрыла глаза на эту маленькую ошибку, в которой моей вины не меньше.

Но…

Он точно специально! Потому что этот человек никогда ничего не делает просто так…

— Ну вот почему ты вечно лезешь, куда не просят, Лида? Нравится людей в неловкое положение ставить? — вместо извинений он начал меня отчитывать.

— Я просто хотела узнать, что здесь происходит…

— Нормальные люди стучат в дверь, прежде чем войти на чужую территорию.

— Так я стучала…

— Ты вечно стучишь как-то по-особенному. Второй раз я тебя не слышал. Ладно… И что я теперь тебе новый пуховик должен? — не унимался он.

— Да не надо ничего. Я сама виновата.

— Это да… Слушай, а может, попробовать оттереть.

Он на полном серьезе взял старую тряпку, которой до этого вытирал свои грязные руки и принялся оттирать пятна. То есть, растирать их… В итоге он только сильнее замарал дорогую ткань, а пятна впитались еще глубже.

— Соколов, ты нормальный вообще?! — резко его оттолкнула, повысив голос.

— Да уж понормальнее некоторых. По крайней мере, никто до сих пор не жаловался.

— Не удивительно! Потому что ты специально меня довести пытаешься!

— Нет, потому что до сих пор у меня были адекватные соседи!