Вера Радостная – Неверный. (Не) мечтай о любви (страница 2)

– Ничего сверхъестественного, одни лекции, – объясняю запертой двери.

Через минуту начинает греметь вода в душевой кабине. Егору, похоже, не сильно то интересно, что я рассказываю.

Ступор обрывает бульканье телефона. Эсэмэска пришла.

– Татьян, посмотри телефон, – сквозь грохот воды слышу голос мужа. – Это Дирак пишет или нет?

Дирак – не фамилия иностранного бизнес-партнера, а кличка генерального Егора. Шутливая производная от слов «директор» и «дурак». Дирак – агрессивный цербер, который приезжает в главный офис максимум на неделю в месяц, но за эти семь дней успевает несколько раз довести секретаршу до столь горьких слез, что её наращённые ресницы с модным эффектом «Крылья бабочки» начинают осыпаться на стол, как хвоя со старой новогодней елки.

Рядом с генеральным сжимаешься, превращаешься в натянутую струну, всегда ждешь удара или подножки. Я прекрасно помню. Мы с Егором, собственно, и познакомились на работе. Самая банальная история, в духе женского романа: он – успешный, состоявшийся красавец-мужчина, я – глупенькая и неумелая стажёрка, девочка в беде, у которой отец сидит в тюрьме за финансовые махинации. Да и вообще я выходец из неблагополучной семьи: мама изменила папе и бросила нас еще в детстве.

Большую часть жизни я жила с бабушкой по папиной линии. Она часто бывала жестока. Руками и ногами, конечно, не колотила, зато щедро ударяла словами: изводила придирками и колкостями, попрекала каждым куском хлеба и сахара. Говорила, что хочет вырастить из меня настоящего человека, раз с сыном не получилось. Со мной тоже, увы, никак не получалось.

Я сбежала от нее в семнадцать к парню на десять лет старше. Как быстро выяснилось: он не любил меня, как и бабушка. Использовал, как прислугу, хотя прикрывался высокопарными словами: о семье, уважении к домашнему очагу, роли женщины в отношениях, подлинной женственности, исцеляющей мужчину, и прочее, и прочее… В любви меня ждали только постоянные проблемы. Я раз за разом выбирала неподходящих мужчин, и «грабли» раз за разом били по лицу все жёстче.

ГЛАВА 3.

Красивая сказка клятвенных обещаний и пылких признаний быстро заканчивалась, и начиналась мучительная, саднящая, как незаживающая кровавая рана, реальность, от которой хотелось быстрее убежать в следующие отношения. И потом – в новые… А дальше – повтор по знакомому сценарию… И…ой, мамочки, опять нестись, сверкая пятками и спасая свое хрупкое и беззащитное Я.

– Конечно, сейчас посмотрю! – отвечаю, вырываюсь из болезненных воспоминаний.

Шаткой походкой спешу проверить телефон мужа, хотя сама по громкости звука превосходно осознаю: эсэмэска пришла вовсе не Егору, а мне. У нас на телефонах стоит одинаковый сигнал.

Сглотнув комок в горле, беру в руки гаджет мужа. Вообще-то я знаю его пароль от телефона. «Мы же доверяем друг другу», – повторял Егор.

Ага, было дело! Доверяли, конечно! Надо будет свой пароль, кстати, поменять!

Ввожу цифры, не раздумывая. Сердце грохочет так, что боюсь оглохнуть. Захожу в Телеграм мужа и быстро просматриваю список чатов. Если у него и, правда, есть любовница, то должна быть и переписка с ней. Или частые звонки в истории вызовов! Должны быть какие-то проколы в официальной версии «что у нас счастливая семья», явные или косвенные доказательства измены.

Пролистываю чат Телеграм вниз до двадцатого диалога, со свистом фыркаю и закрываю мессенджер. Я знаю все лица на аватарках. Это коллеги, тут юрист, это нотариус, вот лучшие друзья Вик и Ник, а здесь общий чат их тусовки. Щеки наливаются жаром от волнения и стыда. Улик нет! Перехожу к списку вызовов. Пальцы горят, как будто лежат на раскаленной плите. Невыносимая пытка!

Может, стоило тщательнее покопаться в его переписке с секретаршей? Хотя Егор всегда был о ней невысокого мнения…

– Ну, что там? – сильные руки мужа неожиданно сжимают талию, ласково поглаживая по животу.

Мгновенно, до дрожи прошибает рой колких, дразнящих мурашек. Чувствую, как кожа под пальцами мужа наливается тягучим, как мёд, жаром. Меня обдает ароматным сладковатым облачком его пены для бритья. М-м-м, как будто щедро откусила сахарной ваты – обожаю этот запах.

– Так что, Татьян?! – голос Егора за секунду становится хлёстким, как кнут, и беспощадным.

Муж возвращается к привычному амплуа сурового бездушного начальника, приказы которого нужно исполнять без лишних вопросов и промедления.

– Да никак не найду эту твою эсэмэску, не пойму, что такое, – сбиваюсь, пыхчу, старательно и бездумно тыкая по экрану, быстро переходя в нужное приложение. – Пересмотрела несколько раз, не поняла, что тебе пришло.

Телефон выскальзывает из моих потных ладоней в руки мужа.

– Ой, а может, это мне эсэмэска пришла? – ловко изображаю крайнюю степень изумления и растерянности, взволнованно откидываю от лица непослушные светлые пряди. – Пойду гляну.

Беру перерыв, чтобы выдохнуть и собраться с мыслями. Никаких улик неверности Егора я не обнаружила, но на душе все равно тревожно. Страшно. Больно. Противно. Какая-то дура лезет в нашу семью и пытается поссорить! Врёт, чтобы я начала скандалить и контролировать каждый шаг мужа?! Сумасшедшая!

И все-таки я не могу просто выкинуть её звонок из головы. Оставленная незнакомкой рана саднит и не хочет затягиваться. Наша свадьба, действительно, была в странном, никому из нас, по сути, не нужном магическом антураже, а Егор, правда, иногда не ночует дома. Потому что, как говорит, остается спать на диванчике в своем кабинете…

В глазах по-прежнему стоят слезы, сердце клокочет, как у напуганного зверька.

Чувствую, что вменяемой до своего мобильного я не дойду. Вот-вот разревусь во весь голос.

– Я так люблю тебя! – громко всхлипываю и бросаюсь обратно, прямиком мужу на шею.

Зарываюсь носом в его все еще влажную, пахнущую сахарной ватой кожу, трусь щекой о его щеку и часто дышу, залпом вбирая аромат любимого человека. Не вынесу, если кто-то попытается лишить меня этого воздуха! Сердце не выдержит, если муж предаст.

– Что с тобой, Татьян? Глаза на мокром месте без причины, бледная, может, забеременела, родная? – Егор обнимает настолько крепко, что меня начинает подташнивать.

Я молчу, слова не выходят. Пристально смотрю в засиявшие, воодушевленные глаза мужа. Новость о возможном ребенке как будто помогает ему расслабиться, воскреснуть после тяжелого рабочего дня. Черты лица становятся мягче, добрее. Лицо озаряет ласковая улыбка, темные глаза светлеют.

– Ты беременна? – произносит он с восторженным придыханием.

ГЛАВА 4.

Внутри тоскливо ёкает, сердце сжимается в беспомощный сиротливый комочек. Я мечтала бы обрадовать мужа этой счастливой новостью, но увы…

Поводов и предпосылок для возможной беременности никаких нет. Низ живота уныло тянет уже несколько дней – это мой стандартный предвестник месячных, а нервы шалят по известной причине – из-да глупого звонка. Мы ведь и не пытались особо забеременеть. Муж соглашался, что мне в идеале нужно немного схуднуть, чтобы не превратиться в отвратительную толстопузую бегемотиху!

Дословно так муж меня, конечно, не обзывал, но я и сама вполне понимала: некоторые женщины в беременность набирают больше двадцати килограммов, и я реальный кандидат увеличить их число.

– Серьезно, Татьян, животик заметно округлился, – улыбается Егор, воркует, поглаживая меня по существенно выпирающему пузцу. – Ты не делала тест?

И как объяснить мужу, что это призывно выпирает только что съеденный творожный пирог, а никакой не его будущий наследник?!

– Да навряд ли беременна, – ускользаю от ответа, вырываюсь и в панике бегу к телефону.

Картинно машу им перед носом мужа.

– Ну да, это мне эсэмэска пришла! Как сразу не догадалась, – волнуюсь, объясняю скороговоркой.

Опять какой-то спам! Дожили: теперь шлют фотографии с рекламой! Хмурюсь, скользя глазами по картинке. Какая-то реклама врачебных справок с кучей печатей! Ну да, кому еще такое предлагать, как не студенткам! Нам как раз нужны липовые справки, чтобы объяснить прогул!

Когда мы поженились, Егор настоял, чтобы я получила образование в более престижном месте и оплатил мне обучение в магистратуре по специальности «Маркетинг и стратегия бизнеса» в Финансовом университете при правительстве РФ.

Одно слово на картинке резко застревает в глазах. «Диагноз: Беременность» – перечитываю по слогам и теперь всматриваюсь в каждую букву внимательно. «По результатам УЗИ установлена беременность, срок девять недель». Это что такое?

Место получения справки затерто, равно как и фамилия её обладательницы и лечащего врача. В строке отправки – не телефон, просто слово «Аноним». Сообщение доставлено с помощью какого-то специального онлайн-сервиса.

Меня бросает в пот, картинка на экране телефона начинает покрываться зловещими пятнами – это темнеет в глазах.

– А пирога что, не осталось? Даже полкуска? – сердитый голос мужа возвращает в реальность.

Уфф! И все-таки насчёт пирога придется ему объяснить!

Егор уже сам хлопочет на кухне. Слышу, как закипает вода. Муж так и не дождался от меня чая.

– Пирог весь съела, – хмыкаю, чувствуя, что язык перестает слушаться, цепенеет, отвечаю заторможено: – Завтра новый испеку, попробуешь. Хочешь пожарю парочку французских тостов с сыром? Их быстро готовить.

– Не понимаю, как можно одной съесть за день целый пирог, Татьян? – бухтит муж, «колдуя» над чайником.