Вера Платонова – Ирина Орковна (страница 7)

– Хорошая штука – кровяник называется, быстро лечит, в крайнем случае можно даже есть понемногу. А если много слопать, то прямиком к вечным воинам отправишься. Так не надо.

Ирка молча жевала мясо, и мечтала о том, чтобы лечь прямо здесь и заснуть на жесткой земле. А Хорт продолжал говорить, погружая ее в подробности этого мира, варварского быта и вообще всего, что ему приходило в голову. Ирка подумала, что более разговорчивого человека в жизни не встречала.

– О, Вырка, – Хорт упорно продолжал называть ее так, как ему было привычнее, – сходи проверь вон то углубление в скальнике. Есть там змеи или нет? А то можно на гнездо нарваться.

– Я так устала, что если умру во сне от укуса змеи, – ответила Ирка, – то хуже уже не будет.

– Ну до чего же бестолковая, – заворчал Хорт, но место осмотрел сам, и помахал Ирке, – иди сюда, устраиваться будем. Будем надеяться, что темные нас тут не заметят.

Ирка уложила “полудохлого” поудобнее, сама легла на землю, подложив руку под голову, и мгновенно провалилась в глубокий сон под аккомпанемент из бубнежа Хорта и урчания собственного желудка.

Ближе к утру она проснулась от ощущения направленного на нее пристального взгляда. И это был точно не Хорт: тот самозабвенно посвистывал носом, прислонившись к ней спиной.

Она села на земле, дрожа от ночной прохлады и растирая ладонями покрытые мурашками голые плечи и ноги.

Выркин убийца очнулся и сейчас буравил ее тяжелым взглядом.

***

– Туда она побежала, скорее лови! – слышались крики загонщиков за спиной.

Вырра неслась по узкому коридору. Прямиком на нее мчалась блеклая тощая девица в просторной распашонке. Оружия у девицы не было, но Вырки она не боялась и пёрла ровнехонько на нее. Вырка ускорилась и придала лицу самое свирепое выражение из своего арсенала. Девица не отошла с дороги и не напугалась. Наоборот, она в то же мгновение соорудила на своем мышином личике аналогичную гримаску. Вырка наклонила голову и пошла на таран.

Послышался звон, треск, шум. Вырка упала на спину, оглушенная мощнейшим ударом, пришедшимся в лоб и на верхнюю часть корпуса. Вокруг нее веером рассыпались осколки битого стекла.

Что такое зеркало Вырра знала. У нее даже было свое, маленькое, в золотой оправе – один из походных трофеев на восточные земли. Но она и подумать не могла, что это хилое тело с маленькой головой и серыми волосами теперь принадлежат ей. И Вырка с разбегу врежется в собственное отражение.

Сверху тяжело навалились и скрутили руки.

Марья и Витька зашли в двери больницы. Их уже ожидали молодой Иркин лечащий врач и худая высокая медсестра.

– За Тишкиной? – с надеждой в глазах спросил врач.

– Да, – опасливо ответила Марья.

Доктор и медсестра переглянулись с видимым облегчением.

– Забирайте скорее!

– А что значит “забирайте”, – начала было Марья, – мы не тупые, мы читали, что ей как минимум две недели реабилитации положено, если что, куда вы ее выписываете?

– Реабилитация по месту жительства, – сказал врач, вручая ей выписку. – Тут все написано, тем более читать вы умеете, как мы уже поняли. Спутанное сознание, частичная амнезия, нарушения речи после инсульта явление нередкое. Наблюдение невролога, консультация психиатра о-бя-за-тель-но. Медикаменты на первое время вот. Там тоже все написано, – он как-то спешно выставил на стол из карманов белого халата баночки с медикаментами.

Марья интуитивно чувствовала во всей этой спешке подвох.

– А ничего, что так не делается? – решил блеснуть знанием своих прав Витька, сгребая лекарства, – мы напишем жалобу в минздрав!

– Хоть в Гаагский суд, – ответила медсестра. – Вон туда проходите. Сидит ваша терминаторша.

Они завели родственников в маленький приемный кабинетик. На кушетке, болтая ногами, сидела тощая, еще более чем обычно осунувшаяся Ирка. С обеих сторон ее плотно держали под руки два крупных санитара.

– Ну вот, Ирина! – начал врач, – ваши родственники приехали забрать вас домой. А дома, как говорится, и стены помогают.

Ирка посмотрела на пришедших исподлобья и прищурилась.

У Марьи от этого взгляда мороз пробежал по коже.

Санитары подвели бывшую пациентку к выходу, медсестра вручила ей сумку и телефон.

За порогом у Марьи внутренним набатом заголосила чуйка и она оглянулась и крикнула:

– Мы передумали ее забирать! Витька, пошли, – она схватила сына за руку и потащила вперед. – Мы вообще не знаем эту девушку. Кто это? Витька, ты знаешь? Я нет.

– Женщина, что вы бессовестно врете? – выкрикнула в ответ тощая медсестра. – Мы по телефону с вами разговаривали, я ваш голос узнала!

– Поздно! – добавил молодой доктор, высовываясь из окна приемного покоя, – передача состоялась. Если что-то с ней случится, на вашей совести! До свидания! – и быстро нырнул назад и закрыл створку.

Марья непечатно выругалась. Ирка крутила в руках телефон и глупо улыбалась.

– Ну что, сестренка! Дай хоть обниму! – Витька по своему бестактному обычаю сграбастал Иру лапищами и тут же заорал, схватившись за ухо.

– Укусила, она меня укусила, тварь! Аа!

– Ты что, совсем больная? – выкрикнула Марья, в ужасе глядя на племянницу.

– Дом где? – Ира утерла рукой кровь с передних зубов.

– Там, – показала Марья.

– Там? – переспросила неадекватная Ирка. – Дом где?

– Там, Ира, дом, там! – снова ткнула пальцем Марья. – В той стороне. Твоя моя понимать? Переулок Кривоколенный, дом двенадцать, квартира четыре. Андестенд?

– Переулок Крывоколенный дом двенадцать квартира чтыре андестенд, – произнесла Ирка вслед за ней и затем снова повторила, разглядывая прямоугольный серый кирпичик телефона:

– Переулок Крывоколенный дом двенадцать квартира чтыре. Андестенд.

Глава 8. Все знакомятся со всеми

Вырру оглушили звуки проезжей части, мчащиеся мимо автомобили показались ей диковинными опасными животными, ревущими, рычащими, завывающими. Но ужас сменился восхищением, когда внутри каждого из них она разглядела сидящего человека. Здесь приручили монстров! Или создали их?

Она еще там, в больнице поняла, что попала в удивительное место. Здесь повсюду царила магия. Это в ее старом мире чудеса были редкими остатками былой роскоши, а здесь магия плескалась через край везде, только руку протяни. Нажми на пупочку, и что-то загорится, зашкворчит или забулькает. Потрогай коробочку, и она засияет диковинным светом. Её страшили и одновременно привлекали эти чудеса. Нужно было только понять, что ими движет. И зачем, собственно, ее, Вырку, сюда принесло. В тщедушное тело какой-то Ырки.

А вот “родственнички” ей понравились гораздо меньше. Слюнявый рыхлый недомужчина со слабыми руками, в теле которого самыми развитыми были ягодичные мышцы, звался, как она поняла, Итькой. Из-за прокушенного уха он ее откровенно боялся и держался подальше. Грузная Маря, она же “тётушка”, была более достойным соперником, в ней чувствовалась настоящая агрессия, смешанная с хитрой осторожностью.

Пока что родственнички нужны были ей, чтобы освоиться здесь. И Вырра понимала, что нужно постараться свыкнуться с ролью Ырки как можно скорее. Это было сложно. Но… возможно? Вырра смотрела в оба за тем, что делают Маря и Итька, и старалась поймать каждую деталь.

Они подошли к краю, возле которого, совсем близко мчала река из монстров со всадниками внутри животов, и стали смотреть на коробку с разноцветными кружочками.

От близости этого ревущего потока даже у закаленной Вырки коленки чуть затряслись. – Зелёный, пошли скорее! – дернула ее за руку Маря.

Они дошли до скамейки у дороги и сели на нее. Вырка, не переставая крутила головой по сторонам.

– О, наш автобус идет! – провозгласил Итька.

Вырра остолбенела, когда один из гигантов остановился прямо у ее ног и распахнул двери, ведущие в свое нутро.

– Ирка, что ты тормозишь, залезай давай! – злилась Маря. Из автобуса на Вырру пялились другие люди, уже сожранные монстром, но вполне живые.

Она решилась и зашла внутрь, автобус закрыл двери и помчался, Вырка чудом удержала равновесие, чуть навалившись на рядом стоявшую женщину. Та оттолкнула её от себя, окинув недовольным взглядом. Вырка с азартом пихнула ее в бок.

– Девушка, что вы себе позволяете? – возмутилась та.

– Ирка, успокойся уже! – зашипела на нее тётушка. – Два! – сказала она подошедшему человеку и приложила плоскую штучку к коробочке. – А эта сама за себя заплатит!

Вырка стала копаться в сумке в поисках золотых или серебряных монет.

– Карточкой рассчитайся уже, – ворчала Марья.

Вырка, не имевшая понятия о том, что это значит, просто вытряхнула барахло из Иркиной сумки на пол, и выудила оттуда плоскую штучку, как у Марьи. Та вместе с Витькой бросилась все поднимать.

– Девушка, уберите немедленно все с пола и рассчитайтесь за проезд, – сказал Вырре мужчина с коробочкой.

Вырка приложила штучку к коробочке.

– Это у вас карта гипермаркета! – укоризненно сказал мужчина.

Вырка посмотрела на него исподлобья.