Вера Окишева – Петли времени — узор судьбы (страница 40)

Пока я еще могла спокойно дышать, и глаза не разъедало от дыма, но надолго ли хватит воздуха? Магия моя была бесполезна, а огонь полз ко мне, словно привязанный.

Мне больше некуда бежать, моя жизнь висела на волоске, алые языки пламени подбирались к моим босым ногам, и я молилась, чтобы пришел Корион. Только он способен спасти меня, вытащить из очередной передряги. Языки пламени поднялись высоко, облизывая полки с древними свитками, пробирались к крыше, когда вдруг сквозь огонь шагнул черный силуэт. Мой Темный Властелин, словно услышав меня, появился, переместившись порталом. Я чувствовала его магию, рванула к любимому, не боясь шагать по обуглившимся половицам.

Мой мир сейчас был заключен в объятиях Кори, которые надежно укрыли меня от разбушевавшейся огненной стихии. Всего шаг и мы оказались в спокойствии его логова, где Кори сел на кровать, усадив меня привычно к себе на колени. Я не выдержала и разревелась.

— Я так испугалась, — прошептала я, не веря, что спасена и все осталось позади. Я ведь была уверена, что в этот раз все для меня закончится плохо.

— Рада, Рада, — вместо ответа услышала я над своей головой, и было в голосе любимого что-то такое, словно он меня в чем-то осуждал.

Воззрившись на дракона, поняла, что он надо мной смеялся. Я фыркнула, приходя в себя и отпуская свой страх. Я с Кори, а значит, все будет хорошо и не могло быть иначе, пока я рядом с ним, на его коленях, в его руках.

— Что? — удивленно спросила, а затем заметила выразительный взгляд на свитки, которые я так и не выпустила из рук. Точно, свитки. Раскрыв один, поделилась своим восторгом с любимым: — Кори, смотри, что я успела спасти. Эта летопись датирована аж двухтысячным годом от создания мира. Здорово, да? Это стихи мастера Угаи, которые мы в лаборатории изучали более полугода. А меня еще заставили переводить их на современный язык. Мастер Угаи был в свое время весьма известным, служил при императорском дворе, хотя сам был из простолюдинов, однако снискал уважение среди потомков драконов.

Я говорила, а Корион словно не слушал, и я умолкла, когда его пальцы, рождая гамму приятных ощущений, зарылись в волосы на затылке, сжали их, а мой рот накрыли ищущие страсти, нежности и любви жадные губы. Я потерялась в этом урагане эмоций, который обрушил на меня Корион. Цеплялась за его шею, гладила плечи, млея, медленно умирая от желания, от переполняющей мое сердце любви. Как же сильно я скучала по любимому. Скучала и радовалась каждой секунде, что мы вместе, надеясь, что в этот раз не расстанемся никогда.

А когда воздух в моих легких закончился, дракон отстранился, любуясь моим пылающим от смущения лицом. Я же гладила его щеки руками, наслаждаясь нашей близостью. Его аура, словно теплый палантин, легла на плечи, согревая, изгоняя все черное из души, даря свет своей любви, свои истинные чувства, которые я видела в пылающих живым огнем глазах. Мой дракон.

— Какой это прыжок?

Я улыбнулась его вопросу. Здесь он еще не знал моего будущего. Интересно, а в каком году горела императорская библиотека? Кажется, лишь раз, в 9252 году, во время кровопролитной смены династии Жим на Радах.

— Девятый, — ответила и тут же прикусила язык из-за начавшегося форменного допроса.

— Как ты в меня влюбилась?

Потупив взгляд, я не знала что ответить. Вспоминала наши встречи, то, как вначале он меня злил, затем покорил мое сердце, раскрыв свой характер, пробрался под кожу, стал смыслом моей жизни. Взглянула в черные, мерцающие пламенем глаза, ласково погладила его по гладкой, без намека на щетину щеке и шепотом ответила:

— Постепенно.

— А что на тебе? — еще тише спросил Кори, ласково гладя ткань золотого платья, странно поглядывая на мои голые коленки.

— Платье, — ответила, не понимая, зачем он это спросил.

— Сколько тебе лет?

Я запуталась в его вопросах. Чего он добивался? Что хотел узнать из них? Сначала о любви говорил, потом о возрасте. Словно я не знала, что еще год и все, меня начнут называть старой девой. Все вокруг женятся, замуж выходят, а я одна одинешенька.

— Двадцать два, — обиженно буркнула, не желая смотреть на Кори, перебирала бусины браслета.

— Меня все еще нет рядом с тобой?

Покачала головой, а Корион неожиданно тяжело вздохнул, словно сопереживал моему горю. Он крепче прижал меня к груди, положил мою голову на свое плечо и стал укачивать, словно маленькую обиженную девочку. Я зажмурилась, чтобы сдержать слезы, которым только дай волю, платье испачкают. А Кори тихо шептал успокаивающе:

— Мы будем вместе, я даю тебе слово.

И как-то у него получилось все настолько вывернуть, что он готов хоть сейчас на мне жениться, а я… Я опешила. Разве к ритуалу не надо подготовиться? Не надо созвать гостей, а мама? Как я ей потом объясню, что мой муж в прошлом застрял? Нет. Мне такая свадьба не нужна.

Поэтому я поставила условие, что свадьба только в моем времени, на что Корион отозвался весьма сурово. Раз хочу, значит, должна ждать. Ну что за несносный Темный Властелин на мою голову. Здорово просто. Я еще и виновата в том, что его нет в моем времени. Мой удел — ждать у моря погоды. А может Кори вообще не придет? Вдруг он умер.

А дальше я зачем-то ткнула Кориону в подвиг Тима, который, в отличие от дракона, невесту ждать не заставил, и поженились они в середине зимы, а не как положено летом. Лучше бы молчала. Язык мой — враг мой. Но как же замечательно ревновал меня мой дракончик. Глаза так и пылали огнем. И к кому ревновал. К Тимиолу. Я не могу, нашел к кому ревновать. Я же Тима воспринимала только как друга, а не как мужчину. Ну какой он мужчина? Мальчишка еще.

Пришлось даже придумать уловки с танцами, чтобы Кори успокоился. Но и тут вышла загвоздка. Эпоха не та. Это не Тмех и не бал-маскарад. В эпоху Радах мужчины не танцевали парные танцы. Их в помине тогда не было. Я опешила, когда любимый приказал танцевать, потом заговорил что-то о наложницах, не пойми к чему опять приревновал. И я поняла, что этого доисторического ящера пора учить чему-то новому, расширять горизонты его кругозора, намекать на то, что женщина не обязана ублажать каждую прихоть мужчины. Даешь сексуальную революцию дракону.

Я не могла не научить любимого танцевать медленные танцы, поэтому решительно взяла все в свои руки и бессовестно облапала крепкий стан дракона, млея в его объятиях и бесстыдно целуясь во время танца. Кажется, хмель из головы моей еще не выветрился, да и ладно. Главное, я совмещала приятное с полезным, мне было хорошо и Кориону тоже.

И я призналась ему в любви, правда не услышала ответа, лишь страстный, опаляющий поцелуй сказал мне гораздо больше, чем любые слова. А затем объятия пропали, и я очутилась у себя в квартире. Вот и закончилось волшебство.

Легкую грусть разбавила досада, когда я вспомнила, что забыла свитки на кровати у Кориона. Я хотела их забрать себе, чтобы проверить те ли это, что нашли…

— Ой, — села на диван, зарываясь руками в волосы. — А как бы их нашли год назад, если бы я их сейчас принесла с собой?

Я настолько глубоко задумалась, что выпала из времени, до того стало интересно. Вдруг это те же самые свитки, что я спасла, значит, нужно изучить место, где они были найдены. Корион, конечно же, сказал мне его ждать, но просто сидеть и ждать скучно. Может, попытаться разузнать о тех раскопках, самой покопаться, вдруг еще что-то найдется?

Корион

Приход к власти Грачити был весьма жестким. Мало кому известны подробности переворота, да и не должны быть. Только избранным слугам ведомо, что за незримые тени стояли за спиной никому не известного Дэрота Грачити, мага с Северного побережья. Нашли мы его с Югани сами и вели Дэрота чуть ли не с младенчества. Сильный маг с крохами драконьей крови, обещающей правителю долголетие, выносливость и удачливость. Удача в моем лице будущему императору была как нельзя кстати. Дэрот с детства попадал в неприятности из-за своего любопытства, целеустремленности и желания постичь все самому.

Югани был его невидимым наставником, он обучал будущего императора экономике и основам политики. Мы создали партию, в которую вступил юный Дэрот, проталкивали его в палаты советников, поддерживали, чтобы в один прекрасный день пустить его в свободное плавание.

У нас было полно работы. Быстро развивающийся технологический мир требовал от нас, драконов, больше силы и осторожности. Наши люди сидели на всех высоких постах, в наших руках была сосредоточена власть над империей. Даже корона и та венчала голову нашего протеже, который об этом и не ведал.

Мы возродили расу драконов. Медленно, постепенно. Город Оронг стал ее колыбелью. Поэтому он и сокрыт от любопытных глаз. Югани постарался с маскировкой, защита пропускала только тех, в чьей крови было живое пламя.

Двадцать пять лет не такой уж и большой срок, но тем не менее я скучал по моей малышке. Скучал так сильно, как может скучать дракон. Все больше времени проводил в своей сокровищнице, зарываясь в золото по самую макушку. Радалия, как же долго ждать твоего рождения.

Ночь тысячи фонарей 9695 года должна стать последним нашим свиданием. И я боялся испортить его. Знал, где моя малышка появится, знал, что она угодит очередной раз в неприятности, и знал, что не должен вмешиваться. Хотя до сих пор ревниво вспоминал восторженные эпитеты Дэроту. И чего уж она в нем нашла? Теперь в моем черном списке было двое: Тимиол Агашет и Дэрот Грачити.