Вера Окишева – Операция: «Украсть душу» (страница 40)
Адис, чуть склонив голову к плечу, легонько кивнул, поясняя:
– Я еще не встречал, даже здесь, в улье, живых существ без внешней энергетической оболочки. Мы все состоим из энергии. А мой народ способен воспринимать и генерировать ее в виде эмоциональных вибраций. И видит эмоциональные всплески на оболочке.
Я восхищенно улыбнулась:
– Прямо как детектор лжи… определитель вранья, вас не обманешь.
– Мы попали в улей на несколько лет позже рушиан, – пошевелил дыханием волоски на моей макушке Тино-фей. – Эта весьма полезная особенность рушиан полностью перекроила наши планы по будущему сотрудничеству. Мы не привыкли доверять, а они привыкли к абсолютной искренности.
Обернувшись, я задумчиво посмотрела на Тино-фея:
– Вы хотели их завоевать?
Хотя чему удивляться: звездные воины не дипломаты, им ставят другие задачи.
– Присоединить, – дипломатично с иронией ответил Тино-фей. – В результате первые переговоры Мань-яла и Адиса завершились небольшой заварушкой, в которой выяснилось, что рушиане не так беспомощны, как может показаться. Зато мы обрели надежного и сильного союзника.
– У которого из-под носа, буквально на глазах, выкрали чужую Душу, – укоризненно поджав губы, напомнила я.
– Феран – мир сильных мужчин, как и Руши. Мир, совсем недавно переживший войну с другими пришельцами! Мир, который не привык доверять чужакам. Заметь, Ирина, это справедливый мир, феранцы никогда не убивают просто так, а исключительно защищая себя или других. Но это мир, который приучил своих детей быть первыми и ведущими, быть теми, кто навязывает волю, а не прогибается под других. С этими особенностями необходимо научиться жить и остальным, если хочешь строить с ними совместную жизнь, – голос Адиса, как журчащий ручей, увлекал и завораживал.
Он не упрекал феранцев за образ жизни, просто пояснял несведущей землянке их особенности. Но последняя фраза вновь заставила меня покраснеть, уж больно двусмысленной оказалась. Тем более после откровений рушианина о брачных традициях феранцев, причем за мной, как выяснилось, ухаживали сразу двое мужчин. Я окончательно смутилась и поспешила сменить тему:
– А вы? Вы в паре, Адис? Мне жутко интересно, как жить с тем, кто все про тебя знает, что ты чувствуешь, к кому и как…
Вдруг я всем нутром ощутила тягостное давление, словно вокруг резко сгустились пугающие сумерки, заставив замолчать на полуслове. Следом Тино-фей легонечко сжал мои плечи, хотя до этого старательно соблюдал мою неприкосновенность. Затем я поймала взгляд Адиса: больной, переполненный мукой, сожалением и виной. За доли секунды я пожалела о том, что у меня вырвался этот вопрос, ведь должна, обязана была сообразить, что глаза счастливого человека никак не могут отражать вселенскую скорбь. Ох, дура я, дура!
– Она погибла, – глухо пояснил Адис. – Раньше, чем Душа феранцев. Перед последним анабиозом. Укагиранцы устроили массированное нападение, сначала на них, заодно и на нашу ячейку, чтобы отвлечь…
– Прости, я заставила тебя снова окунуться в эту боль, – хрипло шепнула я, затем, с небольшим усилием освободившись от рук Тино-фея, шагнула вперед и, взяв Адиса за руку, погладила, делясь от всей души сочувствием и теплом.
Он, прикрыв глаза, накрыл мою руку своей и глубоко дышал, словно восстанавливал дыхание или унимал боль, быть может, согреваясь изнутри.
– Ты ни в чем не виновата, – сипло ответил рушианин. – Из этой боли нет возможности вынырнуть, только на короткое время немного приглушить, благодаря чужим сильным и ярким эмоциям, светлым и чистым. Моя Лиола навечно со мной…
– Ты настолько сильно ее любил? – мой голос звучал приглушенно от переполнявшего меня сочувствия.
Эх, ну точно дура! Грешным делом решила, что Адис ко мне питает мужской интерес, а он просто глушит боль.
Тино-фей положил на плечо Адиса ладонь. Похоже, тоже делится ровным светлым эмоциональным фоном. Все-таки удивительный мужчина, сильный, властный и волевой, но справедливый и сочувствующий.
– Рушиане – единственный известный мне народ, где существует феномен физиологически идеальной пары, – взялся объяснять феранец. – Когда такая встречается, они формируют общее энергополе, становятся единым целым. Гармоничным и полноценным. Если эту связь разорвать, убив кого-то из сформированной пары, оставшийся в живых испытывает физическую боль. Постоянную! Потому что все энергетические каналы, до этого закольцованные на партнере, принудительно разорвали. – Тино-фей уточнил у Адиса: – Они не подлежат полноценному восстановлению, верно?
– Да, – глухо признал он. – Руши – наш мир, дивный сад, полный гармонии и чистоты. Мы все эмпаты, кто-то сильнее, кто-то слабее, все. Каждый из нас очень чутко воспринимает окружающий эфир, на энергетическом уровне особенно. Наш мир не знал войн и ненависти, мы охотились только ради пищи, развивая себя в духовном плане. Воевать научились, только когда вышли в космос и столкнулись с менее развитой ментально расой. Тогда мы создали внепланетарные станции, которые были призваны хранить Руши от захватчиков. Там готовились воины, учились использовать эмпатию в качестве оружия. И там же, когда война закончилась, создали сады, чтобы очистить их от накопившейся негативной энергетики. Из-за нашей особенности формирования семей к воинам-защитникам присоединились пары, родные и близкие, чтобы помочь вернуть душевную чистоту, гармонию. К сожалению, именно одну из этих станций и забрал… как ты его зовешь, Ирина, Мегамозг.
– Мне очень жаль, – мне было больно за удивительную расу, мирную и гармоничную, сумевшую защитить свой мир, но потерявшую лучших воинов из-за чужой прихоти. Но, вспомнив кое-что, я с удивлением спросила: – Я видела несколько ваших женщин, они в паре с феранцами, я не ошиблась? Разве это возможно с представителями других рас?
– Сформировать именно полноценную энергетическую связь с другими – нет. Но полюбить и создать привычную в вашем понимании семью – да. И даже получить потомство. – Наконец-то Адис расправил плечи, его лицо осветила измученная, но искренняя улыбка. Правда, она увяла, когда он сказал: – Ведь каждый из оставшихся в улье рушиан-одиночек понимает, что шанса встретить в улье свою пару больше нет. Когда-нибудь, если нам повезет, нас высадят на неизвестной планете и только при появлении потомства от соплеменников. Но семьи и света гармонии хочется всем уже сейчас.
– Понятно, – кивнула я с сочувствием.
Нашу грустную беседу резко прервали:
– Эге-гей, посторони-ись!
От столкновения меня спас Тино-фей: заслонив собой, прижал к стене. Рядом таким же образом спасался Адис от несущихся на нас на досках-леталках Толика и Саши и догонявших их троих малолетних ребятишек.
Саше, если не ошибаюсь, двадцать лет, Толику – пятнадцать, но ощущение, что у обоих детство вовсю играет. Один эльфом Леголасом побыть успел, второй – вампиром, сломавшим клык, в общем, братья по разуму. И сейчас они с гиканьем летели на антигравах, будто не воздух, а волны рассекали, похоже, наперегонки с местными курьерами.
– Стоять! – крикнул Адис им вслед, чем чуть не свалил летунов на пол.
Пятеро ребят настороженно переводили взгляды с Адиса на грозного адмирала, прижавшего меня к себе, и пытались оправдаться:
– Мы тренируемся…
– Серфите, да? – хихикнула я, с некоторой неловкостью выбираясь из Тино-фейского захвата.
Чего это он вдруг меня хватать начал по делу и без?
– Ирка, погнали с нами, это реально круто! – выпалил Толик, забыв о присутствующих.
Вот обожаю Толика. Еще ребенок, но сильный духом человек. Воюет, когда надо, наравне со взрослыми и расслабляется, когда можно, берет от жизни все! Его предложение было наполнено таким азартом и жизнелюбием, что я с трудом подавила порыв согласиться.
Меня удивил Адис, он попросил у ребят антигравы. Извинившись перед ними, поманил меня за собой. Остановился перед ближайшим свободным антигравом, висевшим в полуметре над полом и жестом предложил его занять мне:
– Попробуешь?
– Что ты задумал? – неожиданно насторожился Тино-фей, вновь оказываясь рядом и не позволяя мне забраться на доску.
Адис задержал на мне взгляд на пару мгновений, за которые словно всю просканировал, затем перевел его на Тино-фея. И ровным тоном пояснил:
– Хочу научить Душу улья передвигаться быстро, бесшумно и на большие расстояния.
– Зачем? Такие умения нужны скорее воину-мужчине, а не хрупкой женщине, – возразил Тино-фей.
Убедился, что я не прочь попробовать, и поставил ногу на доску, чтобы висела ниже. Вроде удобнее сделал, но я догадалась, что не хочет отпускать Душу улья в свободный полет. Феранские ребята ушли, а Саша с Толиком смотрели на споривших «старших», скрестившихся взглядами, не опуская и не отводя, будто в бою.
– Ты сам слишком хорошо знаешь, здесь наши правила и традиции не работают! – грустно заметил Адис. – Любые навыки и умения могут спасти жизнь не только ей, но и остальным.
– Если вы спорите про доски, то я с удовольствием на них покатаюсь. Точнее, постараюсь научиться на них передвигаться, – натянуто улыбнулась я.