Вера Окишева – Нежданная встреча (СИ) (страница 4)

— Она икала от страха.

— От страха сердце может остановиться.

— Бл**! — рыкнул Ральф, а я даже голову не успела поднять, чтобы остановить его. Ведь понимала, что за этим последует и вот, сокрушающий удар пробил дыру в двери в ванную, а затем в эту дыру пролезла рука и дотянулась до ручки. А я как сидела возле душевой кабинки на полу, так и сидела, оплакивая свои кровные. Что я теперь скажу арендодателю? Сколько стоит замена дверей?

— Цыпочка, ты чего? — мягко спросил Ральф, опускаясь передо мной на колени.

— Вот мокроту развела, — брезгливо выдал Фред и ушёл, оставив нас одних.

— Уйдите, ну пожалуйста, — жалобно попросила я у Ральфа. — Я очень тебя прошу. Я не хочу тебя. Честно-честно. Я отдам тебе деньги, только уйди.

— А много она тебе должна? — вновь появился Фред в дверном проёме.

Ральф погладил меня по волосам, тяжело вздохнул.

— Да уйду я, уйду.

***

В тишине квартиры, под убаюкивающие звуки города, я лежала на кровати, прижимая руками одеяло, и рассматривала полоску света на потолке, пробивающуюся сквозь плотные шторы. Он ушёл! Как ни странно, но ушёл. Покормил, конечно, сначала, заставляя давиться жирным, жареным дарёным картофелем, потом оделся в чуть влажную майку и джинсы, а затем ушёл, прихватив с собой дружка, который стонал, что не успел доесть.

Теперь меня съедало чувство стыда. Словно сделала что-то ужасно плохое, только что? Ведь я просто попросила его уйти. Я ведь не звала его. Почему же на душе так противно и гадко. Как собаку бездомную приютила, а потом выгнала на улицу под холодный проливной дождь. За окном сверкнула молния, и хлынул ливень. Я перевалилась на бок, лицом к двери. Я же ничего не сделала плохого… Ничего… Он же меня хотел изнасиловать… За окном опять громыхнуло. Я закрыла голову одеялом. Как же мне плохо!

***

Мысль о том, что после очередной бессонной ночи мне нужно отработать последний день перед уикендом, придавала силы, но не радости. Придётся ехать к родителям и просить денег на восстановление дверей и на новый сотовый. Мой старый аппарат так и не включился, чуть из-за него не опоздала на работу. Напарница уже отчитала, что я должна как можно скорее купить себе новый телефон. Но я боялась тратить деньги, так как ожидала, что за ними нагрянет Ральф.

Мысли о нём не покидали меня весь день и терзали душу. Под конец рабочего дня опять начался дождь. Нас с Маргарет пригласили в бар пропустить пару стаканчиков пива. Напарница сама согласилась и меня уломала. Хотя я не могла себе позволить такие растраты. Всего нас, коллег, было восемь: трое мужчин и пять женщин. Мне приглянулся Аарон Донаван, наш юрист. Он галантно помог всем женщинам сесть, сделал заказ и пообещал угостить выпивкой, только умолял его не разорить. Я любила такие вечеринки, и мы часто студентами выбирались в питейные заведения, те, что с караоке.

Маргарет тоже оказалась весёлой девушкой, и мы с ней спели парочку хитов, лихо выплясывая под аккомпанемент наших коллег.

Но, как всегда, вечеринки быстро заканчивались на самом интересном месте. Три часа пролетели как один миг. Семейные коллеги засобирались домой и мы и Маргарет тоже. Правда, как оказалось, денег, чтобы расплатиться, у нас не хватило, и все почему-то свалили на меня счёт, прикрываясь тем, что эта вечеринка в честь меня.

Маргарет пообещала помочь и съездить снять денег с банкомата, так как в заведении не было терминала. Я сидела, тоскливо ожидая её приезда, разглядывая мокрую улицу, капли дождя, сползающие по стеклу витрины.

— Ну что, цыпа, опять вляпалась? — раздался рядом голос Ральфа.

Я обернулась и недоумённо взглянула на него. Мужчина был жив-здоров, я с облегчением вздохнула, а то за ночь чего только в голове не прокрутила. Правда, он был мокрый, словно под дождём гулял, хотя, вернее всего, так и было. Откуда он ещё взялся, если не с улицы. На нём была спортивная куртка, скрывающая широкие плечи и красивую вязь татушек. Жалко, печально вздохнула. Затем подняла глаза на хмурое и недружелюбное лицо и вспомнила, что он мне сказал.

— Почему? — тихо спросила.

— Кинули тебя все, — хмуро отозвался спаситель, разворачивая к себе чек, который лежал передо мной вместе с деньгами, оставленными коллегами.

— Сколько не хватает? — резковато спросил он, затем хмуро сгрёб наличку, пересчитал и подозвал официанта.

Я же пребывала в ступоре. Никак не могла понять, почему он решил, что меня все кинули.

— Закрывай счёт, — приказал Ральф и встал, протягивая мне руку.

— Я не могу. Сейчас Маргарет вернётся.

— Ага, щаз. Она уже давно дома и сюда точно не вернётся.

Слабо верилось, что Маргарет на подобное способна. Хоть я её и знала всего три дня, но почему-то стало обидно за неё. Я замотала головой, не желая никуда уходить.

— Ральф, она точно вернётся, она обещала. Только деньги снимет и приедет.

Мой спаситель присел возле меня на корточки, вглядываясь мне в лицо цепким и каким-то холодным взглядом.

— Что ж ты добрая такая? — тихо шепнул он, поглаживая меня по коленке.

Я улыбнулась, пожала плечами, склонила голову чуть набок, заглядывая в серые глаза, обрамлённые густыми чёрными ресницами.

— Ой. Они у тебя такие длинные, как у телёнка, — восхитилась и хотела потрогать, но мужчина дёрнулся, и я угодила ему в глаз.

— Дьявол, да чтоб тебя, женщина! — вскричал Ральф, вставая на ноги. Я испуганно вздрогнула, а когда поняла причину его рыка, бросилась гладить по груди, уговаривая простить меня.

— Я нечаянно. Дай посмотреть, где болит.

Ральф сел на стул. Я подула ему в глаз, приговаривая, что краснота спадёт, если примочку из чая сделать.

— У тебя дома чай есть? — хмуро спросил он меня, я кивнула.

Конечно, у меня есть чай, у кого его нет.

— Тогда поехали.

***

До дома Ральф меня довёз на подержанной машине, в которой было накурено. Сам мужчина вроде не курил. Я открыла окно и вдыхала запах мокрого асфальта. Дождь продолжал лить, но уже не так сильно и отсутствие зонта нисколько не волновало. У самого дома Ральф не стал останавливаться, не доехав до него квартал. Я безропотно подала ему влажные салфетки, которые он попросил, а затем меланхолично понаблюдала, как он обтирает ими руль и ручки, что со своей стороны, что с моей.

— Сиди, — приказал и галантно открыл мне дверь, правда, руку не подал, увлечённый другой ручкой двери с внешней стороны.

Только на улице поняла, что машина краденная, и вовсе не от дождя мы спешим укрыться в доме.

— Ральф, там же камеры. Меня же поймают.

— Дождь, видео плохое, так что не переживай, цыпочка. Никто не узнает, да и далеко от твоего дома-то. Так что поспешим, а то промокнешь.

Меня трясло от страха, я в жизни не делала ничего противозаконного! А Ральф спокойно набрал код от домофона, открыл передо мной дверь в подъезд и спокойный, как слон, повёл меня к моей же двери, которую открывала уже я.

— А ты откуда код знаешь? — осенила меня догадка, что как-то он уже проник в подъезд.

— Видел, какие кнопки ты нажимала, — ответил он, неловко толкнул меня внутрь квартиры и закрыл за собой дверь.

И вон я оказалась тет-а-тет с ним в моей квартире, и тут до меня стал доходить весь ужас произошедшего! Только вчера еле-еле его выпроводила, сегодня сама же и запустила! Хоть и была подвыпившая, но соображала, что угодила в ловушку. Затравленно взглянула на то, как Ральф скинул кроссовки и куртку, прошёл к дивану, чтобы упасть на него своей тушей, от чего тот жалобно скрипнул. Взгляд стальных глаз прошёлся по скудному интерьеру гостиной, затем замер на мне.

— Чё встала, лечить будешь? — усмехнулся мужчина, от голоса которого я вздрогнула, откровенно паникуя. Телефона нет, придётся кричать, чтобы разбудить соседей. Но отзовётся ли кто на мой крик о помощи?

Ральф глухо застонал, вырывая меня из ступора, и прикрыл глаз рукой.

— Думаю, завтра вообще не смогу им смотреть, — жалобно пожаловался бугай, а я даже растерялась в первый момент. Несчастный пострадавший же прилёг на поручень, жалостливо поглядывая на меня оставшимся глазом, и я рванула в кухню, по пути скидывая сырой плащ. Точно, чего мы приехали-то, надо лечить его глаз. Заварив чай, приготовила ватные диски.

— Цыпа, будь добра, сделай мне чай, а то я из-за дождя замёрз.

— Сейчас, — с готовностью отозвалась, ставя на стол две кружки для себя и него.

Когда делала ему примочку, была крайне насторожена, но пациент руки не распускал, и вообще, кажется, засыпал на ходу.

— Я тебе завтра деньги верну, — пообещала я мужчине, стирая ватным диском стекающую по виску коричневую дорожку чая.

— Опять ты про деньги, — недовольно заворчал Ральф, открывая целый глаз. — Слушай, а щипать и должно?

Я кивнула, но на всякий случай убрала примочку и осмотрела дело рук своих. Опухоли не было, только капилляры покраснели.

— Прости, я хотела реснички потрогать, — очередной раз извинилась перед ним. Наверное, это уже входит в привычку.

— Трогай, только аккуратно, — с улыбочкой, от которой кривиться хочется, дал добро Ральф. Я же махнула на него рукой и ушла на кухню за чашками с чаем. Пьяный порыв рассматривать бандита пропал. Меня теперь заботило, что я скажу полиции, когда они нагрянут. По логике я ни в чём не виновата, это Ральф украл машину, а меня просто галантно подвёз и даже не до дому. Но если спросят, я ничего, кроме имени, не знаю.