Вера Окишева – Идеальная пара (страница 3)

Юноша вернулся и замер рядом с доктором, пряча от меня взгляд. Я поняла, что он обманывал меня и счастливицей я не стану, даже если выживу. Доктор сообщил, что для чистоты эксперимента даже предпочтительнее выбрать такие разные личности. Тогда это непременно будет убедительным доказательством для заказчиков. Когда он ушёл, я стала просить молодого человека спасти меня. Умоляла его, ругалась, угрожала и снова упрашивала. Мы очень долго разговаривали с безымянным юношей, который так и не представился. Жалости ко мне он не испытывал. Он фанател от идей доктора Уокера и убеждал меня, что мне крупно повезло. Я стану счастливой, так как у меня будет пара, истинная пара. Между нами вспыхнет страсть, и я забуду об одиночестве.

В ответ я пыталась достучаться до ассистента, объясняя, что они ошиблись, и у меня уже есть любимый, что я скоро выйду за него замуж. Но все мои уловки он раскусил, не поверив ни одному моему слову. Да, у меня не было никого. Я была идеальной кандидатурой для экспериментов доктора Уокера.

Мой час пробил спустя некоторое время после ужина. Юноша прибыл за мной в компании ассистентов и напомнил мне о благоразумии, посоветовал на жизнь всегда смотреть позитивно. Два высоких незнакомца в белых халатах с хмурыми лицами смерили меня оценивающими взглядами. Я забралась на кровать с ногами, в панике прижимаясь к стене.

– Нет! Нет! – замотала я головой, крича им. – Не трогайте меня! Не смейте!

Дверь открылась. Я метнулась в сторону, но сильные пальцы схватили меня за плечо. Сопротивляться было бесполезно, как и звать на помощь, но я это делала. Прикладывала все силы, чтобы вырваться, сбежать, крича до хрипоты. Меня вели или, скорее, несли по коридору с жёлтыми стенами. Босая, я практически не задевала пола, вися между двумя бугаями, которые шли, чеканя шаг, по направлению ко входу с надписью «Лаборатория». Брюнет ввел код на двери и она распахнулась. Я в ужасе закричала ещё громче, когда увидела два кресла, расположенные друг напротив друга, и медицинскую аппаратуру, которой было слишком много для небольшой лаборатории. Все эти экраны с мигающими огнями напоминали сцены из фильмов про будущее.

Меня небрежно кинули в кресло и болезненно пристегнули ремнями. Доктор Уокер морщился от моих криков, качая головой. Укоризненный взгляд, которым одарило меня это бесчувственное чудовище, унизил даже больше, чем бесчеловечное отношение ко мне. Мне ввели иголки под кожу. Присоски сдавили виски, а укол в основание шеи заставил замереть, отнимая чувствительность у тела.

– Первая порция сыворотки введена, – отрапортовал безымянный брюнет, не отходя от кресла.

Ассистент доктора, внимательно следя за аппаратурой, одновременно шептал мне, что после эксперимента я буду благодарить доктора, а пока я просто не понимаю, какая честь мне оказана. Я послала его, предлагая поменяться со мной местами. Но ничего, кроме осуждения в ответ, не услышала. Монстры, все они монстры. Для них человек ничто! Просто мясо, в которое можно втыкать иголки и заверять, что они всё делают во благо человечества.

Я осеклась, когда в лабораторию завели под конвоем так же, как и меня, блондина в оранжевой робе и цепях на руках, ногах и даже шее Его глаза прожигали всех ненавистью. Он был страшен! Всё, как я и боялась. Высокий, сильный. Да если он захочет, то походя свернёт мне шею и не заметит!

– Подопытный готов, – отрапортовал один из охранников, конвоировавших блондина в зал.

Ненавистный лысый старикашка удовлетворённо причмокивал губами, с любопытством осматривая мужчину через свои большие очки.

Я же чуть ли не скулила, с ужасом встречаясь взглядом с пугающим блондином. Он постоянно дёргался, пытаясь скинуть цепи, и скалился, сверкая ледяными глазами.

Доктор махнул на такое же кресло, как и то, в котором была я, расположенное напротив.

– Зафиксируйте его здесь.

Блондина не так просто было закрепить, в отличие от меня. Он бесновался дольше. Но укол сыворотки в основание шеи, и он тоже затих.

Мне с каждой секундой становилось всё тяжелее оставаться в сознании. Ощущения от препарата были ужасны. Резко бросило в жар, но тело был озноб, и холодный пот стекал по позвоночнику. Во рту – сухость, в глазах – песок.

– Ну что ж, подопытные готовы. Приступим? – спросил сам себя старикашка. Охранники отошли за его спину, с каменными лицами наблюдая за нами.

– Первый этап, – прозвучал скрипучий голос. Мысли начали путаться, казалось, что в голове стоял туман… Красное марево застилало глаза, ослепляло и сильная тошнота подступила к горлу. Уши заложило, я чётко слышала только биение своего сердца, остальное сливалось в общий раздражающий гул.

– Второй этап, – как сквозь вату пробился голос старикашки.

– Слишком быстро, доктор, – ассистента я слышала ещё хуже.

– Всё под контролем, – отмахнулся от него Уокер.

Веки налились свинцом и сомкнулись. Хотелось уснуть, но неприятный зуд разрастался снизу живота, завладевая всем телом. Я выгнула спину от острого желания.

– Слишком быстро! Её организм не справляется! – меня испугало отчаянье в голосе ассистента.

Он единственный, кто хорошо ко мне относился, видел во мне человека, а не подопытную. Но бесстрастный голос доктора отмахнулся от юноши:

– Справится. Организм молодой, здоровый.

По моим венам текла настоящая лава, я выла от боли. Мне казалось, что я сгораю в огне, который терзал всё тело. Я попробовала открыть глаза, но от рези и слёз всё расплывалось. Я пыталась звать на помощь, мысленно умоляла меня спасти. Сердце учащённо билось, и каждый последующий удар отдавался в ушах и пронзал болью грудь. Неужели я умираю? Но мне так отчаянно хотелось жить. Я цеплялась за эту мысль, не давая боли захватить меня целиком. Жар усилился, я медленно умирала от физического неудовлетворения. Между ног был самый настоящий пожар.

Громкий вой, полный страданий, раздавшийся прямо передо мной, заставил содрогнуться моё тело. Я стала биться в кресле в попытке вырваться. Глаза открыть так и не смогла, красное марево никуда не пропало.

Я орала, срывая голос в агонии, и слышала, как мне вторят люди, крича от страха и боли. Страшный скрежет выделялось среди общего гомона. С трудом приоткрыла глаза и ужаснулась.

Подопытный вырвался из своих оков и голыми руками расправлялся с охранниками. Выстрелы его не останавливали, он шёл напролом. Яркая роба быстро сменила цвет на красный. Запах крови смешался с другим, дурманящим, возбуждающим запахом. Этот горьковатый аромат проникал в мои лёгкие, пьяня и сводя с ума.

Взгляд, как приклеенный, следил за передвижениями оранжевой робы.

Заключённый был стремителен и неумолим. Он бил людей, словно они были тряпичными куклами. Доктор лежал со странно вывернутой головой. Ассистент был пришпилен ножками высокого стула к стене. Насквозь… Кровь стекала по белоснежным панелям. Юноша был ещё жив и с удивлением рассматривал стул, торчавший из него.

Я рыдала, разрываясь между диким ужасом, паникой и желанием. Я мечтала, что бы эта машина-убийца бросила мучить других и обратила внимание на меня. Хотела и не хотела. Слёзы текли по щекам, мешая рассматривать блондина.

И когда я уже застонала от отчаяния, не в силах справиться с собой, он услышал меня! А дальше начался мой личный ад. Вырвав с корнем железные дуги, которыми я была зафиксирована, он дёрнул меня из кресла. Горячий поцелуй обжёг губы, принося долгожданное успокоение. Задыхаясь от восторга, я отдавалась порыву, играя языком, как и мужчина. Как изголодавшаяся, пыталась пить усладу пленительных губ. Треск ткани слышался словно издалека, а обжигающее горячее проникновение снесло мне крышу окончательно.

Я превратилась в животное, другого сравнения нет. Надо мной властвовали природные инстинкты, чистая животная страсть. Яростные движения навстречу мужчине приносили болезненные ощущения и судороги наслаждения. Довольный рык блондина заставлял сжиматься моё тело, обхватывать его сильнее. Во мне было так мокро, что неприлично хлюпало, просто уму непостижимо, откуда во мне столько влаги! Волны болезненного удовольствия накрывали, качали, разрывали горло от криков, пока тьма не заволокла сознание.

Очнулась, лёжа на большом горячем теле заключённого. В шоке разглядывала умиротворённое мужское лицо. Когда он спал, то не казался таким пугающим. Но всплывающие воспоминания не давали обмануться. Медленно и осторожно слезла с него. Осматривая некогда белоснежный зал, приходила в тихий ужас. Всё было в крови! И стены, и пол, где я предавалась похоти с заключённым, и стёкла длинных окон лаборатории. Да и я была вся в крови, в чужой крови. Я не представляла, что в людях столько крови! Он же только шеи им свернул, откуда её столько? Кровь лилась тонкими струйками отовсюду, образовывая лужи на полу… В стенах зияли дыры от выстрелов.

Прижимая к себе всё, что осталось от одежды, стала отползать от монстра, с которым я… которого я… Тело вновь стало разгораться, приятный зуд просыпался между ног. Справиться со своим телом, или хотя бы договориться, не получалось. Тело требовало вернуться к спящему мужчине, у которого так маняще приподнималась грудная клетка.

Поднявшись на ноги, на носочках выскочила из лаборатории, прихватив халат с вешалки. Мне хотелось поскорее покинуть коридор смерти, который был усеян трупами. Я старалась не ступать в лужи крови, шла, оглядываясь назад, боясь в любой момент увидеть монстра, который сотворил всё это.