Вера Мосова – Пубертат прыщавый. О подростках и для подростков (страница 4)
С недавних пор я частенько задумывалась, каким он будет, последний день моей жизни? Интересно получилось: первый снег в этом году выпал в мой последний день. Я смотрю на побелевшие крыши соседних домов и представляю, как мое тело распластается на присыпанной снегом земле. Руки раскинуты, одна нога согнута в колене, из головы сочится кровь. Я в кино видела такую картинку. Вокруг сразу соберется толпа. Приедет скорая помощь и полиция. Кто-то из соседей опознает меня, и полицейские тут же позвонят маме. Тогда Валерию Сергеевичу придется бросить своего босса и мчаться с мамой в город. Так ему и надо! Мама будет рыдать всю дорогу, до самого дома. А когда увидит на снегу мое тело, потеряет сознание. И до конца жизни будет винить себя. И папа тоже. Может быть, даже возненавидит свою Ингу и маленького сына, потому что из-за них он потеряет дочь. Одноклассники придут на похороны вместе с Галиной Ивановной. Будут испуганно переглядываться или прятать глаза. И, может быть, кто-то скажет, что я была неплохим человеком, и даже пожалеет, что не познакомился со мной поближе. А может, наоборот, все решат, что я полная дура, раз пошла на такое. И только один человек одобрит меня. Это Тод. Я не знаю его настоящего имени. Tod – его ник. В переводе с немецкого это слово означает – «смерть». А мой ник – Vita, то есть «жизнь» по-итальянски.
Однажды – это было примерно месяц назад – он зашел на мою страничку и написал: «Привет, мой антипод! Может, подружимся?» А почему бы и не подружиться? Виртуальные друзья порой лучше реальных. С тех пор мы ежедневно общаемся в чате. Болтаем о разном, но чаще обсуждаем тему жизни и смерти, раз уж у нас такие ники. Тод убедил меня, что смерть – это вовсе не страшно, ее бояться не надо. Это просто переход из одного состояния в другое. Это шаг в неизведанное. Это вызов. И только поистине сильная личность способна на такой шаг. Я хочу быть сильной. Я шагну сегодня. Я так решила. И все наконец-то закончится. Не будет осточертевшего визгливого голоса Галины Ивановны. Не будет прыщавой рожи Федяева, который то и дело норовит в перемену притиснуть меня к стенке в укромном уголке, где никто не видит, и лапать, пока я, изловчившись, не вывернусь из его противных липких рук. Не будет ухмылочек и высокомерных взглядов Чижовой и Спицыной. И никто больше украдкой не прицепит к моей спине бумажку с дурацкой надписью: «Я чмо!»
Эти мысли меня немного утешают, и я уже вижу растерянные лица ненавистных одноклассников. Если бы Тод был рядом, если бы он учился в моей школе, может быть, мне было бы легче, он не дал бы меня в обиду. Он рыцарь, всегда готовый прийти на помощь. Так он иногда себя называет. Я даже не знаю, как он выглядит, сколько ему лет. Тод ловко уходит от моих вопросов. На его аватарке изображена полная луна на темном небе. Он говорит, что полнолуние – пора непредсказуемости, его любимое время.
Ну вот, стоило вспомнить Тода, как тут же пришло сообщение от него:
«Привет! С днем рожденья!»
«Лучше с днем смерти!»
«Ты решилась? Поздравляю! И когда это случится?»
«Прямо сейчас. Я уже на крыше…»
«Вау, ты молоток! Уважаю! Шагай вперед! К абсолютной свободе! Я жду тебя по ту сторону жизни!»
Ну что ж, пора! Ноги затекли, я уже давно сижу в одной позе. Встаю, слегка разминаю мышцы и неспешно двигаюсь к краю крыши. Надо только подняться на невысокий парапет, а потом решительно шагнуть. Просто шагнуть и все. Ненадолго задерживаю взгляд. Сверху все выглядит очень маленьким, словно игрушечным. Это всего лишь игра – убеждал меня когда-то Тод. Азартная и увлекательная. И я включилась в эту игру. Сегодня я сыграю со своей жизнью. И со смертью. Я легко ступаю на парапет. Одна нога уже решительно зависает в воздухе, двор плывет перед глазами, и вдруг звучит знакомый рингтон. Ответить? Или не стоит? Дергаюсь назад. Отступаю. Ладно, пусть это будет мой последний разговор в мире живых, оставлю людям возможность обсудить его после моей смерти. Вынимаю телефон. Ташка! Моя закадычная подруга. С ней мы дружим с самого детского сада. Сейчас, конечно, давно не виделись, ведь она осталась в другой жизни, прошлом, где не было никакого Валерия Сергеевича, где мама любила только меня, и где я была счастлива.
– С днём рожденья, Лиска! – радостно кричит она в трубку. – Я приехала к тебе! Уже стою во дворе. Какой у тебя подъезд?
Я осторожно выглядываю за парапет. Внизу виден маленький человечек с букетом цветов. Что же делать? Шагнуть прямо сейчас? Но Ташка-то чем же виновата? Почему она должна первой увидеть мой труп? Не успев ответить подруге, делаю еще шаг назад и слышу сигнал нового сообщения. Это Тод.
«Что же держит тебя в этом мире?»
Ежась от холода, оглядываюсь по сторонам. Откуда он знает, что я еще не шагнула?
– Лиска! Ты куда пропала? Ты дома сейчас? – голос Ташки возвращает меня в реальность.
На соседней крыше невесть откуда возникшая фигура спешно начинает сгребать лопатой снег. Странно. Только что никого не было. Да и снега не так уж много выпало, чтобы чистить крышу.
Снова выглядываю за парапет. Маленький человечек с букетом по-прежнему топчется у подъезда.
Спуститься к Ташке?
Или все-таки шагнуть?
Глава 2. Ташка
Быстро сбежав по лестнице, я распахиваю дверь подъезда и вижу сияющие глаза подруги.
– С днем рожденья! – бросается она ко мне, протягивает букет и крепко обнимает.
И вот я уже подхвачена вихрем Ташкиных эмоций, который срывает меня с места и несет в неведомые дали. Стремительно и бесповоротно. С моей подругой по-другому и не бывает. Все взахлеб, все через край. Как же мне ее не хватало! Шквал бесконечных вопросов и восклицаний обрушивается на меня.
Почему ты сама спустилась? У вас домофон сломался?
О! Классный прикид! Новая куртка?
И волосы у тебя отросли! Суперский хвост!
А что с лицом? Ты специально нацепила эту маску легкого разочарования?
Правильно! Загадочность тебе к лицу!
Налет таинственности всегда пробуждает интерес!
Сметенная этой лавиной, я не успеваю вставить ни слова.
– Лиска! Я так соскучилась! – снова обнимает меня Ташка, едва мы входим в квартиру. – С днем рожденья, моя самая лучшая подружка! Пусть с этого момента жизнь твоя станет в сто раз светлее и веселее!
Я готова разрыдаться от счастья. Появление Ташки – это самое лучшее, чего можно было желать. Никто на свете не умеет так радоваться каждому пустяку, как моя подруга Наташа Скворцова. Сколько я помню себя, столько и ее рядом. Прежде мы жили в одном дворе, ходили в один детский сад, а потом и учились в одном классе. Однажды ей пришла идея сократить наши имена.
– Лариска – это слишком длинно, – заявила она. – Я буду звать тебя Лиска!
– Тогда ты будешь Ташка! – выпалила я в ответ. – Наташка – тоже длинное имя.
– Урррра! – возликовала она. – Теперь мы обе укороченные!
С ней всегда так: она радуется каждому пустяку. Мама говорит, что это лучший дар небес – уметь принимать все в этой жизни с ощущением счастья и безграничной радости.
Мы проходим в гостиную, и подруга осматривается. Она впервые пришла сюда.
– А где твои гости? Где тетя Таня? Ты одна, что ли? – сыплет вопросами Ташка, следуя за мной.
Я в ответ лишь пожимаю плечами.
– Вау! Как у вас круто! Сколько места! А где твоя комната?
Я веду подругу к себе. Она окидывает взглядом мое жилище и с улыбкой восклицает:
– Эх, если бы у меня были такие хоромы! Надоело ютиться с Сережкой в одной каморке.
– Зато тебе не приходится скучать в одиночестве, – пытаюсь я переключиться на Ташкину волну и выдавить хоть что-то позитивное. – Особенно с твоим юморным братцем.
– Да уж, скучать не приходится! – тут же соглашается подруга. – Прикинь, вчера мы тайком от родителей ужастики на компе смотрели. Ночью! Когда все уже спали! А потом пугали друг друга. Было весело!
Ташкин брат Серега старше ее на три года. Он такой же заводной, как и сестра, с ним не бывает скучно. Когда мы были маленькими, он часто нас развлекал, устраивая смешные кукольные спектакли. Натягивал в дверном проеме плед, который служил ему ширмой, брал мягкие игрушки своей сестры, придумывал им всем веселые прозвища и разыгрывал перед нами забавные истории. Розовому зайцу, например, он дал имя Трусохвост, ежику – Иглоперец, а поросенку – Хрюкожир. Были еще два персонажа, подразумевавшие нас с Ташкой, и они носили наши имена. Рыжая пушистая лиса была названа Лиской-анархисткой, а старая, местами потертая черепашка – Ташкой-замарашкой. Причем, имена эти точно отражали нашу сущность. Я и в самом деле всегда была натурой вольнолюбивой, не признавала никакого давления со стороны сверстников и взрослых. Настоящая анархистка. А Ташка вечно умудрялась чем-нибудь испачкаться, особенно во время еды. Ее футболки и платья постоянно были украшены разноцветными пятнами. Но это ее только забавляло, она не обижалась на брата за свое прозвище. Герои в Серегиных мини-спектаклях то ссорились, смешно обзывая друг друга, то мирились и клялись жить дружно. Или отправлялись в путешествия и встречались там с другими персонажами, или летели на Луну, где с ними происходили самые невероятные вещи: лисий хвост вдруг начинал жить своей отдельной жизнью и враждовать с хозяйкой, поросенок становился чемпионом мира по прыжкам в высоту, а черепашка – примой-балериной. Причем, все это Серега придумывал на ходу, иногда используя сюжеты известных сказок. Фантазии его были неиссякаемы, и мы смеялись до колик в животах, а когда спектакль заканчивался, умоляли продолжать. В общем, Ташке очень повезло с Сережкой. Если бы у меня был такой брат, разве полезла бы я сегодня на крышу?