Вера Мосова – Неисповедимы пути. Сборник (страница 5)

– И не говори, подумать страшно.

Пришедший чуть позже Василий Петрович был встречен радостными возгласами и излияниями благодарности. Он полюбовался спасенной малышкой, подержал её на руках и с удовольствием согласился остаться на ужин. Сидя на кухне с чашкой ароматного чая, он поведал о том, как раскололся горе-похититель, тут же сдав своего дружка и подельника Витька, который был за рулем. Рассказал, как познакомил Сараева с результатом экспертизы, доказывающим, что Оля – дочь Олега.

– Но мы ведь не делали экспертизу, – удивилась Наталья.

– А он со страху любой бумажке готов поверить, – улыбнулся детектив, – мы-то с вами и без бумажек видим, на кого она похожа. Он подписал договор, в котором обязуется забыть о вашей семье и никогда не подходить к вам ближе, чем на триста метров. Как только он нарушит обещание, вся информация об его попытке похитить Ольгу вместе с вашим заявлением тут же окажется в полиции.

– А если он все-таки снова попытается? – со страхом спросила Наталья.

– Нет, – уверенно ответил Василий Петрович, – кишка тонка! Уж я разбираюсь в людях. Ему сегодняшнее приключение еще долго будет сниться. К тому же не посмеет он обидеть мою крестницу. Ведь вы ж её еще не окрестили?

– Нееет, – удивленно произнесла Наталья.

– Так зовите меня скорее в крестные отцы! – хитро улыбнулся он.

– Ой, ну, конечно же, Василий Петрович! – всплеснула она руками. – Мы как-то еще и не думали об этом.

– Вот и договорились. Приглашайте, как надумаете. Буду рад.

Когда за гостем закрылась дверь, Андрей многозначительно произнес:

– Между прочим, мамочка, дядя Вася – вдовец.

– И что из этого следует? – с лукавой улыбкой спросила Наталья.

– Я думаю, что что-то непременно последует, не зря ж он в крестные набивается.

– Ну-ну, предсказатель, иди-ка лучше ванну готовь, пора Оленьку купать! – сказала она нарочито строго, а в душе широко улыбнулась.

В конце концов, это же здорово, когда в твой дом приходят добрые люди.

Глава 4

День открытых дверей

Наталья не могла пожаловаться, везло ей на добрых людей. А может, было в ней самой что-то такое, что притягивало их и задерживало рядом. Вот и Василий Петрович стал частым гостем в её доме. Как-то просто и ненавязчиво вошел он в жизнь семьи добрым другом, мудрым и рассудительным помощником. Наталья не переставала удивляться, как легко и виртуозно он обращался с малышкой. И та затихала у него на руках, внимательно разглядывая его добрые, слегка насмешливые карие глаза, серебристые виски, аккуратные усы.

Конечно, не все легко и просто приняли её новую ипостась. Соседки у подъезда откровенно разглядывали немолодую мамашу, выходящую с коляской на прогулку, не преминув посудачить меж собой о «такой причуде на старости лет». Наталья это понимала и старалась не обращать внимания. Ну, какое ей дело до мнения чужих тёток? А вот позиция её матери была для неё важна. Дочь заранее знала, что та её осудит, и поэтому долго не сообщала о своем решении, поставив родителей уже перед фактом. К тому же, старики жили на даче, завершая свой садово-огородный сезон, и в городе совсем не бывали. Да и телефонная связь там такая, что нормально поговорить было совсем невозможно. Но сезон закончился, родители вернулись домой, и в воскресенье Наталья ждала их в гости, слегка волнуясь. Они уже были в курсе всех событий, Андрей пару раз ездил на дачу помочь в уборке урожая и рассказал им всё в подробностях.

Когда раздался звонок в дверь, Наталья как раз вынимала из духовки пирог с капустой. Бросившись открывать, она уже мысленно представила себе, какой будет первая фраза матери, и оказалась права.

– Наташка, ты с ума сошла! Как могло тебе такое в голову прийти?! – возмущенно заговорила та, едва войдя в квартиру.

– А что, по-твоему, я должна была бросить сироту на произвол судьбы? Она родная сестра моего сына – не забывай об этом! – пыталась защититься Наталья. – Посмотри лучше, какая она хорошенькая.

И она провела родителей в комнату к малышке.

– Но чья она дочь?! – негодовала мать, даже не взглянув на девочку. – Отъявленного алкоголика и какой-то уличной девки! Это какая же у неё наследственность! Ты хочешь угробить себя, мотаясь с ребенком по больницам? Ещё неизвестно, что из неё вырастет! Дурные гены дадут себя знать, не сомневайся!

– Ну, не такой уж он и алкоголик был, к тому же, в последнее время он взял себя в руки.

– А чего ж ты тогда развелась с ним, если он такой хороший?!

Наталья махнула рукой и вышла из комнаты – спорить с матерью обычно бесполезно, последнее слово всегда будет за ней.

С кухни она слышала, как отец что-то мягко выговаривает матери, и по его тону было ясно, что он на стороне дочери. Наталья заварила чай, но возвращаться в комнату не хотелось, и она стала осторожно вынимать из кастрюльки прокипяченные пузырьки и соски. Подошел отец и положил ей руку на плечо:

– Не расстраивайся ты так, птаха-Натаха. Мать просто за тебя переживает. Жалеет. Понимает, что от нас особой помощи не будет, мы ж немолодые уже. Нелегко тебе придется. Но ты все сделала правильно, дочь. Уважаю.

– Спасибо, папа. Я знала, что ты меня поймешь. Да я и не прошу вашей помощи, сама справлюсь.

– Мы поможем, конечно, по мере сил. Просто матери сложно к этому привыкнуть. Ты потерпи, она угомонится, ты ж её знаешь.

– Знаю, – горько улыбнулась Наталья, – но все равно обидно, что она не хочет меня понять. Она ж педиатр! Сама всю жизнь с детьми работала.

– Так потому она и возмущается, что насмотрелась за свою долгую практику на больных детей, которым порой и помочь-то была бессильна.

– Я понимаю, папа, но тут дело не только в этом. Характерец у нашей бабули тот ещё! Она все принимает в штыки. Я не помню случая, чтоб она меня сразу в чем-то поддержала. Всё ей не так! Это просто невыносимо!

– Да, дочь, ты не в неё пошла.

– В тебя, папочка! – улыбнулась Наталья, и на душе как-то сразу потеплело.

Её родители были совершенно разными людьми, и, возможно, именно эта несхожесть характеров позволила им прожить вместе долгую и счастливую жизнь. Познакомились они еще в студенческие годы на лыжной межвузовской эстафете и с той поры не расставались. Алексей Иванович ушёл на пенсию с должности главного инженера на небольшом металлургическом заводе, где проработал всю свою жизнь. Он был добродушным, вдумчивым и очень сдержанным человеком, любил все делать своими руками, причем, не спеша, основательно, с любовью. Ангелина Тарасовна, которую муж в шутку называл «уважаемая Ангина Заразовна», напротив, могла быть резкой и несдержанной, любила подвергать критике все, что бы ни происходило вокруг. Но что касалось её профессии – тут она была на высоте, всегда шла в ногу со временем, стараясь быть в курсе всех новшеств современной медицины. Да и опыт у неё был немалый. Коллеги по сей день обращались к ней, пенсионерке, за консультациями в особо тяжелых случаях, и она всегда откликалась.

Когда отец с дочерью вернулись в комнату, мать уже осматривала девочку с видом профессионала, но лицо её по-прежнему было суровым. Оленька лежала на пеленальном столике, с удивлением глядя на незнакомое лицо, а бабуля со знанием дела двигала ей ножки, ручки, щупала родничок, проверяла реакцию на движение игрушки перед глазами. Видимо, она осталась довольна осмотром, так как ничего плохого не сказала, но и хорошего, впрочем, тоже. Да Наталья и не ждала от неё никаких слов. Она сама врач, и видит, что с ребенком все в порядке, к тому же патронажная медсестра регулярно их навещает.

Мать повернула голову:

– Ты бы не бросала работу, Наташа. Бери хоть изредка дежурства, не стоит терять квалификацию в наше время. Да и деньги не лишние. Если что, я могу посидеть с девочкой, только заранее звони.

Это прозвучало очень неожиданно, и Наталья даже слегка растерялась:

– Да-да… Спасибо, мамочка, я уже и сама думала об этом. Вот Олюшка немного подрастет, и попрошу, чтоб меня в график включили. Думаю, мы и с Андреем справимся, он мне очень хорошо помогает.

– Вот именно! Помогает! – заворчала опять мать, – сделала из парня няньку! Ему в пору с девками гулять, а он с коляской дефилирует!

«Похоже, эти упреки никогда не кончатся», – подумала дочь, но предпочла промолчать. В это время вернулся из спортзала Андрей, и Наталья накрыла стол к чаю.

Семейное чаепитие уже подходило к концу, Алексей Иванович держал на руках внучку, которая внимательно разглядывала яркие чашки на столе, а Ангелина Тарасовна нахваливала удачный пирог. «Ну, хоть что-то доброе сказала моя мамочка! Встреча сторон заканчивается на позитивной ноте», – с иронией подумала Наталья, но оказалось, что поспешила с выводами. Пришел Василий Петрович, который на правах будущего крестного отца частенько заглядывал в гости. Его тут же усадили за стол, предварительно представив старикам, но они вдруг засобирались домой, и хозяйка вышла проводить гостей. В прихожей мать недобро стрельнула глазом и прошипела:

– А помоложе кавалера ты не могла себе найти?

– Ну, во-первых, он не кавалер, а просто добрый друг, а во-вторых, всего-то лет на семь-восемь меня постарше, – ответила Наталья. Но Ангелина Тарасовна словно и не слышала её:

– Не пойму, чего тебе нравится тратить свою жизнь на престарелых ухажеров и чужих детей! Хочешь через несколько лет стать при нем сиделкой?