Вера Минакова – Те, кого нет (страница 4)
Дель Тейн поднял руки, капитулируя.
–Молчу-молчу!
Я удовлетворённо кивнула и подтянула отложенный учебник поближе. Открыла на заложенной странице, углубилась в чтение. Негромкое покашливание отвлекло меня от разбора сложного заклинания вызова через магическое стекло.
–Что ещё?.. – раздражённо подняла я глаза.
–И много таких… Янеков? – поинтересовался Даниэль.
–Любопытство сгубило кошку, – ядовито отметила я и ретировалась на крыльцо вместе с книгой.
***
Праздник Весны традиционно отмечался в первых числах мая. Когда заканчивались посевные работы, в деревнях и сёлах люди собирались на главной площади, выбирали Майских правителей – короля и королеву – из числа незамужних юношей и девушек. Зачастую это была пара, планирующая пожениться в этом году, но кое-где ещё оставались традиции слепой жеребьёвки. В Орловке, с которой рядом я и жила, выбирали согласно второму способу, и мне не улыбалось стать чьей-то парой пусть даже и на одну ночь.
Поэтому около деревни я появилась почти перед самым закатом. На крутом берегу у речки уже горели майские костры, около которых водила хороводы молодёжь. Старшее поколение в большинстве своём разбрелось по домам, отмечать приход тепла за столами. Я позаботилась о том, чтобы не сильно привлекать внимание – тёмное, самое скромное из имеющихся платье, тёмная лента в косе. Всё равно веселье уже бурлило в крови юношей и девушек пополам с выпивкой. Не успела я подойти ближе, как меня утянули в большой хоровод.
Громкая музыка, смех, весёлые крики. Кто посмелее, уже парами исчезал в полутьме кустов. Хоровод распался, девушки разбежались кто куда, чьи-то шальные руки надели мне на голову пышный венок из листьев и первоцветов, кто-то всунул в руку кружку с вином. Яблочное, приторное – оно пилось легко, словно компот, но пьянило быстрее самого забористого самогона.
Зная о такой особенности, я лишь смочила губы, отошла в тень и принялась оглядываться. Интересно, на кого в этом году указал жребий?
Майскую королеву узнать было легко – вместо пышного венка на ней сияла в предзакатных лучах яркая корона из переплетённых веток, украшенная медью и цветами. Переходящее украшение – осенью цветы заменят на багряные листья, когда будут выбирать королеву Осени. А весной всё по новой.
На этот раз королевой довелось стать Агнешке, дочери кузнеца. Первая красавица на деревне – девушка знала себе цену и успела разбить уже не одно сердце. Корона удивительно ей шла, подчёркивала царскую осанку и горделивый взгляд. Я покачала головой – вот уж не повезло тому, кого выбрали Майским королем, попробуй, затми такую, – и наконец нашла в толпе Янека. Поспешила навстречу, улыбнулась открыто.
–Нежели ты наперёд знал, кого выберут сегодня? – спросила, не удержавшись, кивнула на более скромную корону, выделяющуюся на его макушке.
–Если б знал, то как и ты, намеренно пропустил бы наречение, – буркнул он недовольно. – Агнешка же меня со свету съест – то ей не так, там не этак.
Я лишь развела руками.
–Но тебе же с ней не жизнь прожить. Ночь пройдёт – разбежитесь.
–Издеваешься! – чуть не взвыл приятель. – Целая ночь!
–Перестань! – я потянула его к столам с выпивкой и нехитрой снедью, ловя на себе чужие взгляды. Ну да, посмела посягнуть на Майского короля, когда последнему надлежало быть только со своей спутницей. Но и сама Агнешка Янека отчего-то сторонилась, шушукалась в стайке подружек. – Смотри, она и сама к тебе не горит желанием подходить.
Я сунула под нос приятелю кружку с вином, уже смелее отпила из своей. Атмосфера майской ночи потихоньку захватывала и меня, хотелось сорвать оковы, веселиться, не оборачиваясь на остальных. Сегодня можно. Да и что всё-таки с ведьмы взять.
Янек вроде расслабился, улыбнулся несмело, оглянулся.
–Ещё бы горела, – с непонятным выражением сказал он. – У нашей Агнешки губа не дура. Видела?
И правда, с первой красавицей рядом уже стоял какой-то парень. Они расположились так неудачно, что в отсветах костра и угасающего заката мне были видны лишь силуэты.
–А кто это? – я прищурилась, словно могла разглядеть.
–Понятия не имею, – напряжённо ответил Янек.
Агнешка что-то говорила спутнику, в отсветах костра заламывала руки, что-то доказывала. Мужчина, напротив, держался холодно и сдержано. Вот что-то сказал короткое, и отошёл. Агнешка осталась стоять одна, разом поникла, опустила голову.
Янек со стуком поставил кружку на прилавок, и, не оглянувшись на меня, направился к своей королеве.
–Эй! – хотела было догнать, но сама себя осадила. В конце концов, зачем вмешиваться?
Приятель подошёл к Агнешке, что-то негромко сказал. Девушка выпрямилась, ответила – и Майские правители вместе, как и подобает, влились в хоровод празднующих.
Я поправила съезжающий на бок слишком большой для меня венок, затем с раздражением и вовсе сняла. Он давил, словно был сделан не из цветов и листьев, а из стали, да ещё и тонкие веточки так и норовили попасть то в нос, то в ухо. Поискала, куда бы положить.
–Не нравится? – раздался сбоку тихий голос.
–Мешает, – ровно ответила я, оборачиваясь. Определённо, этот молодой человек не был мне знаком. Хоть одеждой он не отличался от деревенских парней, но было то ли в зелёных глазах, словно заглядывающих в душу, то ли в небрежно растрёпанных светлых волосах, то ли в осанке что-то, что делало его выше остальных. Чужим. Нездешним. Не простым деревенским парнем.
–Вы не отсюда. Путешествуете? – с любопытством спросила я, прерывая зрительный контакт. Взгляд незнакомца отчего-то беспокоил.
–Можно и так сказать. Вы проницательны…
–Каролина, – подсказала я имя. – А вы?
–Эриан, – чуть склонил он голову. – вы же тоже не отсюда, верно?
–Почему же? – деланно удивилась я. Хотя даже не совру, назвавшись местной – уже больше года всё-таки живу вблизи Орловки.
–Не походите вы на местных девушек, – скривил губы в улыбке собеседник. – Позволите?
Я не успела ответить, а он уже взял венок из моих рук, вытащил пару веточек, что-то переплёл и опустил опять мне на голову.
–Лучше, не правда ли? – склонил голову набок, любуясь своим творением.
Я потянулась руками к волосам. Венок и правда стал меньше, более того – почти не чувствовался на голове, словно хрупкая тиара. Пальцы нащупали всё те же ветки, листья, цветы.
–Спасибо, – чуть качнула головой – осторожно, чтобы не уронить, но венок держался как приколотый.
Эриан довольно улыбнулся, уже более открыто, чем раньше.
–Вам идёт. На счастье, – непонятно пожелал он. – Позволите?
Протянул руку, и, поколебавшись, я её приняла, оказавшись тут же вовлечена в хоровод. Искры костра вспыхивали в ночи – и когда успело стемнеть? – одну руку сжимала сухая, но твёрдая ладонь Эриана, во второй то и дело менялись партнеры, кто выходил из круга, кто разрывал цепочку и встраивался заново, ноги сами переходили с бега на плавный шаг, подчиняясь ритму танца, надрывалась свирель. А потом всё смолкло, лишь переводили дух вокруг меня танцующие. И спутника моего среди них не было.
Я отдышалась, поискала глазами Янека или Агнешку – вон они, у края обрыва. Неужели и их пленила магия весенней ночи, переплела судьбы, как обычно бывает у Майских правителей – на ночь ли, на всю жизнь, а пара существует.
Прислушалась к себе – ревную, нет? Скорее, недовольна тем, что Янеку досталась такая себялюбивая девица. Нет, не чета она ему…
Тряхнула волосами – не моё дело. Поправила невесомый венок – надо же, не упал от дикой пляски. Ещё раз огляделась вокруг. Кажется, праздник близился к завершению. До рассвета оставалось ещё несколько часов, но юноши и девушки проведут это время не в танцах – разбредутся парами. Мне здесь делать точно нечего.
Незамеченной, я ускользнула с берега реки в сторону дома.
Ноги сами несли по знакомой тропинке, свет звёзд и полной луны освещал путь, тишина пьянила и манила уйти с дороги, прогуляться по лесу. Найти зацветающую черёмуху? Поискать следы разрыв-травы? Я прикусила губу, отгоняя шальные мысли, и вновь зашагала по тропинке. Казалось, кто-то идёт следом, прячется в тени, я даже пару раз останавливалась, будто могла услышать чужие шаги – но нет, лишь немногочисленные ночные птицы выводили трели да шумел ветер в ветвях.
В моём доме горел свет – лишь в одной комнате на втором этаже. Дэн показался на лестнице, когда я закрыла входную дверь и собиралась идти к себе.
–Доброе утро, – кивнула я ему, пытаясь пройти мимо. Герцог протянул руку, снял с моей головы забытый венок.
–Я думал, ты не собиралась становиться Майской королевой, – мужчина покрутил в руках венок, перевитый золотой лентой.
–Это не корона, – пожала плечами я. Провела пальцами по маленьким белым лепесткам, почти теряющимся в яркой зелени. – Интересно, кто его сплёл. Осока, багульник…
Даниэль смотрел на венок, словно держал в руке ядовитую змею. Потом моргнул, словно опомнившись, и передал мне:
–Доброй ночи, миледи, – криво улыбнулся и, тяжело опираясь на перила, начал спускаться.
Я с недоумением проследила за его движениями, потом пожала плечами – усталость навалилась внезапно. Добралась до постели, небрежно скинув платье на кресло, а венок – на подоконник, и моментально уснула.
***
Просыпаться ближе к полудню уже стало входить у меня в привычку. Комната была наполнена солнечным светом и едва ощутимым запахом багульника, не увядшего за ночь. А встреченный на кухне Даниэль служил образцом укора.