Вера Лондоковская – Новая Надежда 2 (страница 6)
– Разберешься? – с надеждой спросила Зинаида Ивановна.
– Разберусь, – твердо ответила я, – а принтер к нему есть?
– А как же, есть. Только он не подключен. И еще какие-то детали вон в той коробке лежат.
В общем-то, ничего не было подключено. Но ничего, так даже интереснее.
Для начала я протерла пыль со стола и с самого агрегата. Потом заглянула в коробку. Там нашлись коврики, мыши и картриджи.
– Да, собственно, все есть, – с оптимизмом сказала я, выкладывая все нужное на стол, – отлично.
Из прихожей донеслись чьи-то тяжелые шаги, и в дверь деликатно постучали. Вошел широкоплечий мужик. Далеко не старый, лет сорока на вид. Худоба и резкие морщины на лице выдавали в нем человека, хлебнувшего этой жизни полной ложкой.
– Здравствуйте, Зина… Ивановна, – слегка поклонился он, – очень рад вас видеть.
– И тебе не хворать, Анатолий, – дружелюбно отозвалась адвокатесса.
– Ой, узнали? – лицо мужчины озарилось улыбкой, сверкнули железные зубы. – Вот, кстати, гостинцы вам из деревни, – он протянул ей объемистую сумку, – мед да орехи кедровые.
– Ой, ну зачем? – улыбнулась в ответ Зинаида Ивановна, но сумку приняла. – Спасибо тебе. Ты просто так зашел или по делу? Присаживайся.
Сама она села за свой стол, позади которого застыли роскошные львы на обоях.
– Да как бы я зашел? – усмехнулся посетитель. – Пятьсот километров отсюда проживаю. У меня там хозяйство, пасека, работники, дела. Надолго не бросишь. Живу хорошо, закон соблюдаю. А тут, понимаешь, малявочка приходит. Племяш мой в беду попал у вас в городе. Ну к кому мне еще, как не к вам? Мне же вас Бог послал когда-то! От меня беду отвели, и от него отведете!
– Так, – Зинаида Ивановна перешла на деловой тон, – и что случилось с твоим племянником? Как его зовут?
– Петька он. Давно уж в городе живет, даже квартиру успел получить от завода. Только пришлось ему из той квартиры съехать, так-то. Жена попалась беспутная, да. Пока он на работе, она других привечала. А Петька однажды возьми и приди с работы пораньше. В общем, развернулся он молча и ушел.
– Так можно было квартиру разменять, чего ж он так? – на лице Зинаиды Ивановны не проскальзывало и тени удивления. Видимо, за столько лет работы всякого навидалась.
– Человек такой, – развел руками Анатолий, – ушел, и все, как отрезал. Снял было квартиру, и все бы хорошо, но на заводе начались с зарплатой перебои. То задерживают на полгода, то вовсе не платят. Так мы ему говорим, давай обратно в деревню – не хочет! Ладно, стал он углы снимать у людей разных. Долго так скитался. А потом снял комнатушку у бабки одной. Договорился, что не деньгами будет платить, а помогать ей всяко-разно по дому. Ну там, полку повесить или гвоздь забить. Он-то у нас рукастый.
– А когда он у бабки комнату снял?
– Да с полгода примерно. И тут на днях малявочка приходит сестре – Петькиной матери. Дескать, сидит ваш сын в СИЗО. Ну, она ко мне прибежала, стали мы везде звонить. Еле как узнали! В общем, сидит он по подозрению в убийстве. И сидит уже два месяца!
– Как два месяца? А кого убил-то?
– Они шьют, что он эту бабку убил. А он не мог, понимаете? Уж я-то племяша своего знаю как-нибудь. Я думаю так, что бабка сама померла от старости, ей небось многовато было. У сестренки моей телефон друга Петькиного есть. Так дружбан этот говорит, типа, бабка однажды на здоровье жаловалась, даже в больнице как-то лежала.
У меня холодок пробежал по всему телу от этого рассказа. Я сразу вспомнила про тетю Таню. Она же живет с Марией Ивановной, ухаживает за ней. А та очень стара и больна. А что, если вот так же помрет, а тетю Таню начнут обвинять в убийстве? Боже мой, Боже мой…
– Не мог он убить, – задумчиво произнесла Зинаида Ивановна, – если жену-гулену не убил, а просто ушел… Другой бы в состоянии аффекта грохнул обоих…
– Вот и я про то же! – воскликнул Анатолий и быстро взглянул ей в глаза. – Все будет оплачено, только помогите, возьмитесь за это дело. Сколько заплатить?
Зинаида Ивановна задумчиво побренчала пальцами по столешнице.
– Я думаю, сначала надо добиться, чтобы его из СИЗО выпустили. А потом сделать так, чтобы до суда не дошло. Племяннику же судимость ни к чему, правильно?
– Да уж, конечно, кому она нужна? На работу опять же устраиваться… С завода-то уже уволить успели за прогулы.
Вот так! А если человек ни в чем не виновен? А его быстрей-скорей увольнять.
– Ну для начала я бы взяла с тебя тысяч двести, – сказала Зинаида Ивановна. – Сам понимаешь, мне не только на зарплату деньги нужны. В СИЗО кому надо сунуть, в милиции кого надо отблагодарить.
– Да-да, я понимаю, – мужчина торопливо залез во внутренний карман и вынул пачку денег.
– Ну а остальные потом, как результат будет.
– Хорошо-хорошо. Я сразу принесу! Я пока не уезжаю, в городе остановился у знакомых.
– Тогда договорились, Анатолий. Я прямо сейчас начинаю заниматься этим делом. А ты мне телефон своих знакомых оставь. И мой запиши. Будем держать в курсе друг друга.
К тому времени, как посетитель ушел, я уже подключила компьютер и более-менее в нем разобралась.
– Ну что тут у тебя, Надя? – Зинаида Ивановна подошла и посмотрела на мерцающий экран.
– Все отлично, готова набирать исковое заявление, – отрапортовала я.
– Пока рано, мне сначала надо съездить, все разузнать. А ты езжай в «Аникс», я им сейчас позвоню насчет тебя.
И Зинаида Ивановна потянулась к желтому кнопочному телефонному аппарату. Поговорив, подмигнула мне:
– Ничего, скоро на машине ездить будем. Ну а сегодня пока своим ходом. Там дела сделаешь, и возвращайся сюда.
– Хорошо, – ответила я, – ой, Зинаида Ивановна, а мы делом Кости будем заниматься?
– Конечно, на днях вместе с тобой поедем по его делу.
– Хорошо, только вы моим родителям не говорите про него лишний раз, ладно? А то они при упоминании Кости почему-то раздражаются.
– Что ты? Конечно, не скажу, – ответила Зинаида Ивановна, – я же знаю, кому что можно говорить, а кому нельзя.
Глава 4
С дикими воплями я подпрыгнула на кровати. И первые мысли спросонья – от еще не улетучившегося сна. Что? Где? Что делать? Куда бежать? Прятаться?
Но рядом на тумбочке спокойно тикал будильник. Сквозь тюль на окне сверкали огни центральной площади. Встала с уютной кровати и опустила ноги на мягкий уютный ковер. Слава Богу, я дома и все в порядке. Только почему-то Ланка скулит в глубине квартиры.
И этот скулеж вернул меня в кошмарный сон, от которого пришлось с криком подпрыгнуть.
Мне снилось, будто мы с Ланкой в нашем старом аварийном доме. И почему-то на втором этаже, в какой-то заброшенной разгромленной квартире. Вокруг тоска и уныние, собака почему-то беспокойно скулит. Вдруг я вижу из окна, как у подъезда останавливаются крутые машины. Оттуда выходят братки в кожаных куртках. Поднимают головы, как по команде, и смотрят на окно, за которым я стою. Их глаза горят ненавистью ко всему живому и угрозой. Один из них вскидывает руку и кричит: «Она здесь!»…
Меня опять передернуло от остатков кошмарного сна. Интересно, чего я больше боюсь – встретиться снова с этими бритоголовыми или вернуться жить в аварийный дом? Нет, только не туда!
Хлопнула дверь спальни родителей:
– Ланочка, ты чего? Что не спишь? Что случилось? – послышались их голоса.
Да там и впрямь что-то случилось! Я накинула домашний халат и выбежала в прихожую.
Ланка подбегала к родителям, а от них стремглав неслась к дверям, выразительно поскуливая.
– Ты чего подскочила? – накинулась на меня сонная мама.
– Так переживаю.
– Иди спать! Видишь, Ланка на улицу просится.
– Сейчас я оденусь, свожу ее, – недовольно произнес папа.
– А почему ночью? – пожала я плечами. – С животиком что-то?
– Ой, Игорь, я тоже пойду, – не слушая меня, мама тоже ринулась одеваться.
Я ушла к себе. Будильник показывал четыре утра, но сон не шел. Такое бывает, проснешься среди ночи и потом никак не уснешь.
И я стала перебирать в памяти события вчерашнего дня. Как я приехала в этот «Аникс», как меня там странно встретили.
– Вам надо срочно пройти медкомиссию, – сказала девушка, просмотрев мои документы, – через неделю права получите.
– А мне говорили, две недели у вас учиться.
– Но Зинаида Ивановна сказала, что вам некогда ходить на занятия, – к нам подошел мужчина постарше, – и еще мы так поняли, что вы уже умеете водить машину.
– Умею, – подтвердила я, – только как же я экзамены в ГАИ сдам? И опять же, надо освежить знания теории. Я думала, хоть вечерами к вам походить.