Вера Лейман – Ловец снов (страница 14)
Сан возвращалась домой на метро. Сейчас ей особенно хотелось оказаться среди людей. В толпе она чувствовала себя защищенной, но все равно предательские мысли отравляли ее существование, которое до недавнего времени было таким понятным и простым. Этот чертов незнакомец разделил ее чудесную, обустроенную жизнь пополам, и она злилась на него. Но не только из-за этого. Откуда-то, из самых потаенных глубин души, выползали, словно змеи, разрушительные эмоции, которые она испытала, когда врезалась в его грудь. Эти ощущения впрыскивали в кровь отраву, и Сан боялась углубляться в них.
Она все еще неважно себя чувствовала, поэтому приняла душ и еле доползла до кровати. Обреченно застонала, уже предчувствуя, что ее ждет очередная встреча с агрессивным незнакомцем, и закрыла глаза.
Ощущение сырости и холода накрыли одновременно с ощущением Зова. Она вынырнула из пухлого облака и посмотрела вниз на слабые огоньки домов, освещающие Ханян. Зов тянулся из большого комплекса зданий, от которого исходил приглушенный красный свет. Спикировав вниз, Сан приземлилась возле дома кисен и застыла у знакомых ворот: этот гёбан походил на тот, где она жила сотни лет назад, но все же немного отличался.
Пространство подернулось дымкой, будто заблюренная фотография, и Сан переместилась в маленькую душную комнату, пропахшую благовониями и маслами, которые сидящая к ней спиной девушка втирала в кожу. Свет напольного фонаря освещал гладкое округлое плечико, чуть блестевшее от косметических снадобий, высокую прическу, причудливо закрепленную изящными заколками, и расстеленную на полу постель. Будучи в прошлом кисен, Сан поняла, что незнакомка ждала гостя и тщательно готовилась к его приходу.
Послышался негромкий стук в дверь, и девушка обернулась.
На секунду у Сан замерло сердце, а потом ухнуло в пятки, когда на лице, которое она каждый день видела в зеркале, расцвела счастливая улыбка.
– Секунду! – отозвалась кисен, в которой Сан с ужасом узнала себя.
Совсем юная Сан из прошлого поспешно натянула на плечи чогори, вскочила на ноги и бросилась к двери. Это было странное и жуткое ощущение: видеть себя со стороны и не помнить ничего из того, что сейчас происходило. Это было то прошлое, которое она забыла, и понимала, что стоит на пороге разгадки тайны своей жизни.
С замиранием сердца Сан наблюдала, как открывается дверь, и в покои входит высокий мужчина, чье лицо скрывала шляпа с широкими полями.
– Господин Мин! – кисен сложила руки на животе и почтительно поклонилась гостю.
– Прости, что заставил тебя ждать, – отозвался незнакомец, развязывая под подбородком шелковые ленты, держащие шляпу.
– Что вас задержало? Вы выглядите таким уставшим… – девушка приняла из рук мужчины головной убор и аккуратно положила на комод.
Мужчина поднял голову, и Сан вскрикнула: это был тот самый психопат, в чьи сны она попадала раз за разом! Только сейчас он выглядел как благородный господин эпохи Чосон. Черты его лица казались более мягкими, в глазах не бурлила ненависть. И хоть над верхней губой и на подбородке проступала редкая растительность, а волосы были убраны наверх, не узнать его было невозможно. Он являлся прошлым воплощением человека, который раз за разом затягивал Сан в свои сны. Она не могла пошевелиться, во все глаза разглядывая странную пару, встретившуюся под покровом ночи в гёбане. Вот оно что… когда-то давно они были любовниками! Но почему же сейчас он ее так ненавидит? И почему помнит свою прошлую жизнь, а Сан – нет?
«Господин Мин» достал из складок шелкового одеяния красивую продолговатую коробочку и неловко протянул кисен.
– Что это, мой господин? – девушка зарделась, грациозно беря деревянную коробку, расписанную узорами.
– Это подарок. Кажется, я ни разу ничего тебе не дарил, – мужчина отвел глаза в сторону, и настоящая Сан, в отличие от себя прошлой, поняла, что он пришел прощаться. Его бегающий взгляд, нервно сцепленные руки, напряженная поза – все говорило о том, что сейчас он произнесет слова, которые положат конец их отношениям. Но юная кисен ничего не подозревала, блестящими глазами рассматривая подарок.
– Какая красота! Господин, благодарю вас! Я буду носить ее каждый день! – она достала из футляра длинную шпильку пинё, конец которой украшали янтарь и нефрит. Девушка поднесла ее к лицу, и в тусклом свете фонаря глаза кисен сверкали ярче всех камней на свете. Она любила этого мужчину, и чувства ее были очень сильны.
– Сан, мне нужно сказать тебе кое-что важное, – виновато подняв глаза, тихо проронил мужчина.
– Слушаю вас, мой господин, – машинально ответила девушка, не в силах оторваться от своего сокровища.
– Я скоро женюсь. Мы больше не можем видеться. Это наша последняя встреча.
Сан словно ударили этой шпилькой в самое сердце. Она схватилась за грудь, чувствуя чудовищную, раздирающую боль, отражение которой появилось на лице кисен. Гримаса страдания исказила красивые черты. Шпилька упала на пол.
– Вы же не… не серьезно, мой господин? – прошелестела девушка, жадно ища в глазах любимого опровержение сказанным словам.
– Прости, Сан. Я виноват. Я всего лишь хотел помочь тебе и не думал, что все зайдет так далеко, – он опустил голову.
– Но… как же так… почему вы говорите об этом только сейчас?! – кисен вскочила на ноги, ее грудь часто вздымалась под шелковой блузкой.
– Все окончательно решилось только что. После разговора родителей я сразу прибежал к тебе! Прости, Сан! – мужчина стремительно поднялся на ноги и попытался обнять потрясенную девушку.
– Господин, но почему мы не можем видеться как прежде? Многие мужчины продолжают посещать дом кисен и после женитьбы! – она была в отчаянии, пытаясь ухватиться за призрачную возможность продолжать видеться с возлюбленным.
– Все не так просто, – господин Мин опустил руки и отвернулся. – Я не могу так с ней поступить.
– С ней? А со мной?! – вскричала кисен, бросаясь к любимому. – Мы были вместе четыре года! Неужели это ничего для вас не значит? Я… полюбила вас!
– Сан, ты много для меня значишь, поверь, но… понимаешь, мужчины так устроены. Нам нужно время от времени удовлетворять свои потребности. Так случилось, что нам обоим это было удобно, и какое-то время я действительно был с тобой счастлив. Но я не могу обманывать свою невесту. Я давно уже люблю ее, а не тебя. Последний год приходил сюда только из чувства долга. Прости.
Каждое слово прошивало, как выстрел в упор. Сан настоящая и Сан прежняя были уничтожены. Руки кисен скользнули вдоль туловища, и в глазах разлилась черная ярость.
– Думаете, подарили мне эту безделушку, и я все забуду? Смирюсь и оставлю вас в покое? Ну уж нет! Не бывать этому! Если я не могу быть счастливой, то и вы не сможете!
– Да что ты можешь сделать? Раз я благоволил тебе и хорошо платил, решила, что имеешь на меня какие-то права? – господин Мин угрожающе навис над девушкой. Его тон сочился ядом и презрением. Ни следа теплых чувств не осталось в его словах. – Ты теперь государственная рабыня, а не дворянская дочь! Одно мое слово, и тебя казнят за оскорбление сына министра!
Звонкая пощечина разорвала напряженную густоту комнаты, и голова мужчины мотнулась в сторону.
– Пошел вон.
Глаза дворянина горели злобой, и Сан видела, как хочется ему ударить девушку в ответ. Но он сдержался. Схватил свою шляпу и стремительно вышел из комнаты, оставив Сан наедине со своим мучительным прошлым.
– Ты еще пожалеешь. Никогда тебе не быть счастливым! Не позволю! – с ненавистью процедила сквозь зубы кисен, рухнула на пол и зарыдала.
Болезненные ощущения протянулись к Сан из-за двери, и она поняла, что хозяин сна здесь. Она чувствовала его присутствие, и оно причиняло боль. Не чуя под собой ног, Сан метнулась вон из затхлой спальни. Пробежав два длинных коридора, оказалась на улице и увидела его. Он стоял посреди пустынного двора, за его спиной работал едва живой фонтан, выплевывая мелкие струйки воды. Их с незнакомцем разделял маленький деревянный мостик, перекинутый через пересыхающий водоем. В несколько быстрых шагов она преодолела расстояние и со всего маху влепила ему пощечину. Гладкая кожа обожгла ладонь. Это прикосновение взорвалось внутри неистовой яростью, перемешанной с желанием обладать этим мужчиной всегда. Безраздельно. Она чувствовала, что он принадлежит ей. И, как бы дико это ни звучало, не могла позволить ему уйти.
– Ты себе не изменяешь, – мужчина потер щеку и криво усмехнулся.
Сан тяжело дышала. Она понимала, что не должна была так поступать, что все это – далекое прошлое, но нутро горело от боли так, словно это происходило прямо сейчас.
– Ты тоже, – выдавила она. – Как ты мог… Я ведь любила тебя!
– Какая жалость, – картинно всплеснул руками мужчина, – а я тебя нет.
– Подонок, – процедила Сан и, обогнув его, быстро зашагала к выходу, но он опять перехватил ее на полпути и развернул к себе. Она вновь едва не впечаталась в его грудь, в последний момент успев остановиться, чтобы избежать касания. – Отпусти!
Она вырвала руку, яростно взирая на мужчину. Такого ненавистного и такого любимого. Хоть все увиденные события она так и не вспомнила, но боль обманутой кисен захлестнула ее саму. Так сильно, словно это ее только что предали.
– Знаешь, что ты сделала после этого? – прошипел он, кивнув за спину Сан.