Вера Крыжановская-Рочестер – Гнев Божий (страница 7)

Глава третья

На следующий день, по окончании работы, все втроем расположились на террасе и Эбрамар сказал:

– Теперь, дети мои, предлагайте мне вопросы, которые хотели задать вчера. – Ах! В этом новом мире, который мы увидали, так много интересного, что не знаешь, с чего начать, – ответил Супрамати. – Но как я благодарен тебе, Эбрамар, за то, что ты показал мне астральные школы. Я никогда не мог объяснить словом «инстинкт» способности животных к работам, положительно артистическим или так практически полезным и целесообразным, что и сам человек не отказался бы от них.

– Несомненно. Какой же другой фактор, кроме разума, мог бы сделать все, что делает животное, – ответил Эбрамар.

– Это слово «инстинкт» человек выдумал по высокомерию, чтобы охранить собственное величие. Если бы люди, забыв свое глупое тщеславие, пожелали открыть глаза и увидеть очевидность, одни лишь работы животных послужили бы им доказательством их собственного происхождения с самых низов лестницы существ.

Среди животных человек нашел бы все то, что он горделиво считает признаком своего божественного происхождения. Если бы он пожелал увидеть, то осознал бы, что является лишь более усовершенствованным плагиатом. Среди этих меньших, презираемых братьев, есть хлебопашцы, химики, архитекторы, ткачи, рыболовы, пловцы, могильщики, математики, певцы, музыканты, воины и т. д.; все искусства и ремесла имеют своих представителей.

Также и относительно общественных организаций и форм правления: вы найдете у них монархии, республики, рабочие ассоциации, царей и цариц, гаремы и гинекеи. В меньшей степени у них заметны те же фазы развития, через которые проходят народы: касты, войны или военные экспедиции для захвата невольников. Словом, наше общество полностью отражается в мире животном.

– Ты забываешь ссоры, соперничество, вражду, – перебил его Супрамати. – Я видел вчера целые битвы среди этих микроскопических школьников, и задача их учителей должна быть не из легких.

– О, разумеется, их миссия одна из труднейших. Чем ниже порода, тем легче влиять на нее и внушать послушание; но по мере развития существа в нем расцветают непокорность, леность и ропот.

Эти крошечные существа – ленивые, капризные и эгоистичные – считают своего учителя угнетателем, понуждающим их к работе, которая им не нравится. Но самым трудным для дисциплинирования и руководства элементов являются духи животных, которые при воплощении побывали в непосредственном соприкосновении с человеком и испытали на себе всю его жестокость. В загробный мир они вступают полные ненависти и жажды мести.

Велики преступления человека перед низшими и беззащитными существами, над которыми, он самовольно присвоил себе право распоряжаться жизнью и смертью; он убивает их, истребляет и мучает с беспримерной жестокостью.

Слепой и безжалостный, в надменности своей человек не осознает, что создает себе лютых врагов. Дух животного начинает смотреть на духа человека, как на своего самого жестокого врага, и по мере своих сил отплачивает ему злом за выстраданные мучения. Недаром говорят: «Животное чувствует, кто его любит»; но вообще оно избегает человека. Только уже очищенные и высокие души стараются снискать расположение низших существ, с любовью руководят ими, воздерживаются от дурного с ними обращения и создают себе друзей в их среде. Те, кто грубо обращаются с животными и мучают их, создают этим непокорное, враждующее, желчное население. По непреложному закону прогресса, эти миллиарды духов облекаются временно плотью; но когда они возвращаются в потусторонний мир, все их дурные страсти вспыхивают, и, повторяю вам, очень трудно руководить этими массами.

– Я понимаю ненависть животного к человеку; но по поводу чего дерутся они между собой в пространстве, как мы то видели вчера? – спросил Дахир.

– Много личных и общих причин заставляют их нападать друг на друга, – с улыбкой ответил Эбрамар.

– У этих низших народов существует расовая ненависть, точно так же, как у их братьев – людей. Кроме того, здесь действует еще один великий принцип. Две враждебные силы – добро и зло, – царящие во вселенной и оспаривающие ее друг у друга, дают себя знать с самого начала человечества. Потусторонний мир разбит на два лагеря: небесное светлое воинство и армия ада, которая рассчитывает взять приступом стены неба, скрывающие высочайшую тайну.

– Каждая из двух враждующих сторон старается навербовать себе союзников и создать орудия борьбы; по этой причине вы видите во всей одушевленной природе деятельных агентов добра и зла.

Уже среди минералов есть такие, которые содержат в себе смертельные яды; с другими как будто бы неразлучно связано несчастье. В растительном мире есть много адских растений, особо приспособленных к сатанинским действиям и мрачным обрядам черной магии. Такие растения всегда зловредны добродетельному человеку, полезному животному, питательному растению.

Между животными разделение на два лагеря сказывается еще заметнее. Существует великое множество вредных пород животных, о которых не без основания спрашиваешь себя, к чему они существуют? Хотя существа эти и низшие, но они одарены уже утонченной злобностью. Уничтожение – цель их жизни; вредить людям и животным противоположного лагеря – их главное занятие.

Из этих адских пород укажу, между прочим, на смертоносные растения, которые, обвиваясь вокруг дерева, душат его, или на нечистых насекомых, как клопы, блохи, вши, черви-точилы, крысы, гиены и вообще животные, питающиеся падалью. Все они прячутся в щелях, расселинах, норах, ползают во тьме, избегая света и, если всмотреться внимательнее, то видно, что все высшей породы и полезные человеку животные избегают, боятся и ненавидят этих исчадий ада.

– Так значит, черноватые духи с демоническим взором – наставники зла? – спросил Дахир.

____________________ Именно. Сатанинский стан работает по мере сил над расширением своего поля действия и, подобно тому, как пионеры света внедряют в своих учеников добро, красоту и пользу, так деятели зла учат своих изощряться в искусстве наносить вред, разрушать, причинять страдания.

Я уже говорил, что своей неслыханной жестокостью к животным люди гонят в невидимый мир миллионы существ, снедаемых ненавистью, желчью, жаждой мести, которые легко становятся добычей злых духов. Позабыв уроки наставников света, существа эти втираются в мирную среду своих братьев, развращают их, внушают бунт и еще более затрудняют работу наставников. С течением времени эти низшие духи перерождаются в легионы демонов, в упорных противников всего чистого, полезного и светлого.

Человек – слеп и не понимает всего совершающегося вокруг него в том пространстве, которое кажется ему пустым и прозрачным; он и не подозревает, какой ад кипит и трещит около него.

С пошлой беспечностью невежества он глумливо смеется, когда прочтет в книге магии, что, тот или другой демон повелевает столькими-то легионами демонов; для «посвященного» это значит, что такой или иной злой дух властвует над легионами низших духов, духов животных, и направляет их действие сообразно своему желанию или под влиянием мстительного чувства.

Никто еще пока не объяснил научно причины внезапного появления миллионов мышей, неизвестно откуда взявшихся и уничтожающих поля, или туч саранчи, пожирающей посевы. Какое неведомое дуновение направляет их и множество иных врагов, уничтожающих и сводящих на нет человеческий труд?

Человек кичится обрывками своего знания, хотя все-таки несомненно идет по пути прогресса и усидчивым трудом открывает не одну полезную истину. Тем не менее, ученый, действительно достойный этого имени, сознает, что он еще только невежда, а под скальпелем и в цифрах ищет «бесконечное», тогда как мнимые ученые с презрением заявляют, что в мире невидимом ничего нет. Между тем они ведь наблюдают лишь производные этого мира причин.

Кто, например, знает истинное происхождение повальных и неизлечимых болезней, эпидемий самоубийств, сумасшествия, убийств, которые, подобно урагану, охватывают внезапно человечество? Откуда берутся миллиарды микроорганизмов, которые заражают воздух, порождают неизвестные болезни, присасываются к человеческому организму и убивают его, пожирая ткани, или, наконец, ослепляют человека и заражают его душу?

И почему так часто бывает, что неизлечимые болезни эти, не поддающиеся врачебной науке, излечиваются чудесами, молитвой, святой водой? Разве не доказано неопровержимыми фактами, что эпидемии, засуха и другие катастрофы прекращались после религиозных процессий?

Именно в эпоху вырождения, когда падает вера, разлагается семья, а разврат и порок овладевают обществом, тогда-то с наибольшей силой и свирепствуют страшные эпидемии. Преграда, созданная вмешательством чистых и светлых флюидов, рушится, а всякого рода излишества и беспутства порождают смертоносные микробы повальных болезней, физических и духовных, проистекающих из преступных деяний.

И эти микроорганизмы тучами носятся в пространстве, отыскивая благоприятную среду для своего развития; потому что заразы не бывает там, где порок не находит для себя подходящего материала.

Порочный человек, как дымящаяся куча навоза, притягивает к себе вредоносные бациллы, которые проникают сначала в его ауру, затем просачиваются в поры организма и обрушиваются на ту именно часть тела, которая является орудием господствующей страсти человека. Если человек жаден и прожорлив, развратен и чувственен, то и зараза поражает соответствующие органы. Если извращенный мозг развивает одни лишь преступные мысли, нечистые вожделения, циничные образы, то и разрушительная стая прицепляется к этому главному слуге разума, овладевает им, порабощает его, вырабатывает смертоносные флюиды зла, пока, наконец, жертва не валится в пропасть безумия, самоубийства или убийства. А когда телесное орудие разбито подобно сосуду, лопающемуся от слишком сильного давления пара, тогда стая невидимых врагов набрасывается на разлагающийся труп, пожирает его и в свою очередь умирает, чтобы возродиться в ином мире и двинуться дальше в иерархии зла.