Вера Ковальчук – Твое пламя и твои крылья, феникс (страница 10)
— А вы как-то не очень относитесь к… дракам?
Мужчины вразнобой пожали плечами. Переглянулись.
— Мы не все их взгляды разделяем, не все их традиции нам понятны. Есть и конкретные претензии к отдельным представителям их народа, — медленно ответил Хиреам. — Но если задание не противоречит нашим принципам, мы можем за него взяться.
— И что не так с их традициями?
— Их отношение к женщинам у многих вызывает серьёзные вопросы, а ещё их предельное собственничество в отношении них. К тому же драки — едва ли не единственный народ, который не объявил женское рабство на своей территории однозначным и безусловным смертным преступлением.
— Они практикуют такое рабство?
— Нет. Но и не преследуют за него так жёстко, как принято в других областях. Сами понимаете, это не располагает к ним. — Мужчины снова переглянулись.
— Но вы готовы помочь им в поиске принцессы, — кивнула я. — Особенно за хорошую награду.
— За плату, — согласился Хиреам. — Всё верно. Звучит некрасиво, но правда.
Я вздохнула.
— Понятно… А как они выглядят?
— Не сильно отличаются от жителей соседних областей. Но есть пара особенностей. Драки всегда носят волосы заплетёнными во множество сложных кос, и у них на лице всегда есть артифы. Это малые артефакты, вживлённые в кожу.
— Как у Ардиса? — уточнила я.
И ощутила на себе очень внимательные, даже напряжённые взгляды. Седоволосый даже сощурился:
— А вы у него постоянно видите артиф? — уточнил он.
— Только вечером, в полутьме… Что-то не так?
— Нет, всё хорошо. — Старик метнул взгляд на Хиреама. — Просто говорит о том, что у вас огромные способности.
— Иоато, не крути, скажи как есть! — Тот, похоже, вышел из себя.
— Да я уже сказал. У девушки значимые способности, которые проявляют себя несмотря на то, что у неё отнимали силы. Это свидетельствует о большом потенциале. Учитывая, что артиф у нашего брата слабый и мишенный, да к тому же иссякающий, виден он не всегда и не каждому.
— Хм… Так…
— У меня вообще-то никто ничего не отнимал!.. Я просто лечила, вот и вымоталась.
— Кого лечила?
— Не знаю. Какого-то потрёпанного парня нашла в лесу, он был буквально проткнут насквозь, куча ран, всё такое.
— И?
— Ну, и я его лечила…
— Ты умеешь лечить?
— Нет. Действовала по наитию. Осмотрела и подумала, что он всё равно труп при таких ранах, так стоит хоть попробовать. Попробовала. В итоге он пришёл в себя, и я… сбежала.
— Оставила раненого?
— Он велел мне убираться вон! — возмущённо воскликнула я. — Ну, испугалась я! Такая реакция на помощь показалась мне неадекватной, мало ли что он мог сделать ещё⁈
Мужчины с недоумением переглянулись.
— Прямо так и велел убираться? — уточнил один из них, с самым жёстким, непримиримым лицом, внушавший больше всего опасений. У него была необычная причёска: коротко подрезаны волосы над ушами, а всё остальное собрано в пышный хвост, сброшенный на спину. И взгляд очень холодный, просто как кусочки замороженного металла, готового вот-вот расколоться под действием стужи. — Прямым текстом?
— Сказал: пошла, мол, вон.
— Странно…
— Может, ему что почудилось?
— Неудивительно, — вторил Хиреаму Ардис. — Вероятно, он уже был не в себе. Когда тебя истыкают, мозги, знаешь, работают уже через два раза на третий, мог что-то ляпнуть… Дурацкое.
— Пожалуй, — согласился Хиреам разглядывая меня вопросительно, но при этом и доброжелательно. — Как он выглядел?
— Ну-у… Черноволосый, смуглый… Слушайте, я больше на раны смотрела, меня остальное вообще не интересовало. Да и чувствовала я себя… Плохо.
— Ничего у него не взяла?
— Да я даже вещей его не видела! — оскорбилась я, и даже вскочила, готовая уйти прочь, оскорблённая даже намёком на мародёрство.
Как они вообще смеют⁈
Но меня остановил Ардис, вскочив следом и стиснув чуть ли не в объятиях.
— Ну, тише! Успокойся. Брат имеет в виду только одно: те, кто будет искать раненого, смогут ли хоть в чём-то тебя обвинить? Нам нужно знать, придётся ли нашей команде тебя защищать или нет ни единой причины.
— С чего бы вам вообще меня защищать⁈ — воскликнула я — и замолчала.
Они ведь меня опекают — как бы эти ни выглядело и как бы ни прозвучало. Эти семеро ничего дурного мне не сделали — напомнила себе лишний раз — и, пожалуй, стоят лишнего реверанса с моей стороны. Я ведь не хочу никому причинять неприятности…
— Потому что это правильно, — с ледяным оттенком в голосе ответил Хиреам. — И потому, что вред, нанесённый женщине, которая к тому же ни в чём не виновна — зло. Ты, как понимаю, в нашем мире недавно.
— Около недели.
Мужчины переглянулись.
— И здесь у тебя, как понимаю, никого нет? Замуж ты выйти не успела?
— Конечно, нет! Как бы я это сделала…
— Тогда тебе нужен опекун. Кто-то, кто позаботится о тебе и защитит в случае опасности. Само собой, ты уже не ребёнок и потому можешь выбирать себе опекуна самостоятельно. Но посоветую, если захочешь прислушаться, пока не спешить с этим. Раз у тебя значительные способности к чародейству, лучше поскорее добраться до одной из чародейских академий. Пока будешь там обучаться, соблюдать твои интересы по закону будет представитель, назначенный ректором, а к окончанию, быть может, ты уже обзаведёшься супругом, а то и не одним. И проблема отпадёт сама собой…
— В каком смысле — не одним? — охнула я.
Снова обмен взглядами между мужчинами.
— Ну, как бы, — пробормотал Ардис, — у женщины должно быть несколько мужей. Как иначе. Мы же не драки какие-нибудь, которые, бывает, даже крадут женщин в других областях и никого к ним потом не подпускают.
— У вас принято многомужество?
— Да, конечно. Женщин мало. Заметно меньше, чем мужчин. Это мужчине родиться просто, а вот чтоб появилась женщина, должно сформироваться магическое ядро, — объяснил седоголовый Иоато. — Даже в лишённых способностей женщинах есть чародейский потенциал — тот, который в свою очередь позволит ей дать жизнь своим детям и подарить им возможность взаимодействовать с энергией. Хотя, конечно, одарённые женщины чаще производят на свет девочек, тем более девочек со способностями. У них в принципе детей рождается больше.
— Но у мужчин ведь тоже есть что-то такое, вроде ядра? — Я, недоумевая, аж наклонила голову набок.
— Не совсем ядро. Скорее искра. Да, мы можем воспринимать магию и принимать чародейский дар от женщин, с их дозволения пользоваться им. Только у драков способности управлять магией есть от рождения. Не у всех, но у большинства.
— Так поэтому драки относятся к женщинам иначе? — осенило меня.
— Разумеется, — сухо ответил Хиреам.
Глава о поиске вариантов (3)
Даже и сама не заметила, как согласилась дальше ехать с компанией Сверадов. Ну, собственно, они убедительно показывали, что не причинят мне никакого вреда, даже не помыслят о таком. Все семеро вели себя со мной предупредительно и бережно, каждый на свой лад.
Опекать меня взялись сразу же. Когда в трактир прибыл представитель власти, чтоб меня опросить, именно Хиреам настоял, чтоб при мне находился один из них. Отрядили Иоато, и старик лично рассадил меня и посланника служб правопорядка вокруг стола в отдельном кабинете. А потом бдительно следил за тем, как статный, плотно затянутый в мундир мужчина пытался выяснить, где конкретно меня держали, что делали, чем угрожали и как объясняли необходимость брака.
Я пыталась объяснить хоть что-то (старательно не касаясь своего попаданства и обходя описания козлины), но оказалось, магическая клятва работает безошибочно: ощущение, что разговор приблизился к тому, о чём следует помалкивать, оказалось довольно болезненным. Голову схватывало, словно обручем, в висках начинало давить болью, и я понимала — могу, конечно, упорствовать и отвечать дальше, но сперва станет ещё больнее, а потом может и жахнуть насмерть. А оказалось, что любая информация о козлине по мнению клятвы могла причинить ему вред. Или выдать его тайну.
Может, так оно и есть. Что-то с козлиной нечисто…