Вера Ковальчук – Тейина. Надежда на чудо: моё чудо (страница 17)
Он содрогнулся и посмотрел на неё дикими глазами.
– Нет! Я, конечно, та ещё сволочь, но не конченая же мразь! Я её ударил. И пригрозил.
– А… За что?
Опять нервно помял в пальцах край жёсткого пояса.
– Она почти довела до самоубийства сестру моего близкого друга. Ведь специально же издевалась, все видели. Но формально жаловаться было не на что. А когда Храна из-за срыва не смогла сдать экзамен даже с третьего раза и полезла в петлю, я не выдержал. Потому что понимал: если не я, то мой друг это сделает. А у него семья. Это я одинок. Да и девица легче поверила, что если продолжит свои выходки, я пойду до конца и реально её порву, даже подставляясь тем самым под пулю в голову. Мне-то нечего терять, кроме своей башки. Про моё военное прошлое она знала… – Он развёл руками. – Я понимаю, как это всё звучит. И самое чудовищное, что я осознаю: нисколько не жалею о своём поступке. Я бы эту дрянь снова стукнул, если б всё то же самое повторить. Видишь, нисколько себя не выгораживаю. Просто хочу, чтоб ты поняла – для тебя я совершенно не опасен. Не знаю, почему ты оказалась под присмотром соцслужб, но причины же были, и явно серьёзные.
– Разве ты не смог вскрыть информацию об этом?
– По идее, мог. Но решил, что будет неправильно, да и зачем. Понятно, что ты родом с другой планеты, что приехала сюда в сопровождении группы мужчин, и они тебе что-то сделали, что-то серьёзное, раз их всех без вопросов и даже консультаций с послами других государств приговорили к смертной казни. – Он посмотрел сочувственно. – Это были твои мужья?
– Что?! Нет!!!
– Я понимаю, тебе неприятно об этом говорить…
– Это был мой хозяин и его друзья! – выпалила Ита, покраснев, как помидорка. Она и сама не понимала, почему ей стало стыдно. Но, может, хоть этому странному тейинцу она станет противна, если он узнает о её прошлом?
Хотя теперь уже, наверное, поздно. Не факт, что Радеш послушает её даже в том случае, если она сразу попросит врачей её осмотреть и подтвердить, что полового акта не было.
У похитителя округлились глаза.
– Хозяин?
– Да.
– Подожди, это то, о чём я подумал?
– Я не знаю, о чём ты подумал.
Он запустил руки в волосы и вцепился в них так, словно собирался вырывать целыми клоками.
– Чё-орт… Чёрт! Я не знал! Прости… Слушай, я клянусь, я правда ничего тебе не сделаю, ничего. Пожалуйста, ты только меня не бойся. Это ужасно, что тебе пришлось пройти через такое в прошлом. И теперь я понимаю, почему ты под столь плотным контролем соцслужб. Наверное, надо было всё-таки ломануть ядро и посмотреть подробности.
– Тогда ты не стал бы меня красть? – грустно улыбнулась она.
– Уж конечно. Пугать похищением – точно бы не стал. Могу себе представить, что ты подумала, как перепугалась. И почему такие идеи насчёт меня появились – тоже понимаю. Мне очень жаль, Ита. Я сейчас поверну корабль и, конечно, доставлю тебя обратно. – Он посмотрел на неё жалко. – Ты ведь не простишь, да?
– Ты бы хоть представился, – рискнула она.
– Ярун. Или Яр, если кратко.
– Может, поедим вместе? Тут слишком много для меня одной.
– Я вообще всё это тебе покупал…
– Да мне много.
– Если можно, – улыбнулся он робко и подтащил кресло ближе. Осторожно подцепил вилкой кусочек пирога. – Спасибо тебе большое.
– За что?!
– За то, что не плюнула в лицо. Ну, что вообще разговариваешь. Ты очень добрая. Я сразу это почувствовал, а теперь просто вижу. После всего пережитого ещё сохранить в себе терпимость к окружающим могут немногие. Я только на тебя посмотрел – там, на террасе – и сразу понял, что ты такая единственная на свете. У меня просто голову от тебя снесло… Ты прости, что я всё это говорю, но ведь знаю, что больше не решусь. А сейчас осмелел. Я просто восхищаюсь тобой!
И посмотрел на неё с любовью во взгляде.
Иту пробрало от затылка до пяток. Невозможно быть бесстрастной, когда красивый мужчина так на тебя смотрит… Да, он действительно красивый – светловолосый, высокий, отлично сложенный, спина удивительно ровная – это для компьютерщика-то! Его широкие плечи она отметила и в первый раз, как и проникновенный взгляд голубых глаз, а сейчас в том числе обратила внимание на красивые кисти рук с длинными изящными пальцами и тонкую успокаивающую улыбку.
Как же он хорош. Внешность просто как у изваяния атлета. При этом ни намёка на чванство, которым зачастую отличаются красавчики. Они привыкают, что за ними девушки гоняются, едва дыша от восторга, и смотрят на представительниц противоположного пола лениво и оценивающе. А тут ничего похожего…
Девушка густо покраснела.
– И как же теперь ваша… то есть твоего друга сестра будет во время твоего отсутствия? Вдруг её противница снова начнёт её доводить?
– Теперь уже у неё не получится уйти от ответственности. Мы с другом сложились и поставили Хране хороший записывающий чип, я всё настроил как надо, данные сразу уходят на сервер больницы. И если та девица начнёт прессовать сестру моего друга снова, замести случившееся под коврик уже не выйдет, и все это знают.
– Поэтому ты…
– Не поэтому. Я так сделал, потому что ждал ужесточения наказания. Ударить женщину – это всё-таки очень серьёзно. Думаю, меня оставили на свободе только из-за работы, я был в одном очень важном проекте. Ну, теперь-то что говорить. – Он пожал плечами. – Теперь-то я такого натворил, что вариантов и нет. Хорошо, что Храна в полной безопасности. – Яр вздохнул. – Если бы ещё ты меня простила…
Ита съежилась, чувствуя, что весь этот разговор совершенно вывел её из равновесия. Сдерживать истерику становилось всё труднее и труднее, больше всего на свете хотелось дать себе волю излиться слезами и выдохнуть наконец. Ещё с полминуты она держалась изо всех сил, больно кусая губы и морщась, а потом сдалась. Плечи её затряслись, пальцы вцепились в покрывало на постели, и из глаз не то что полились, а посыпались слёзы, крупные, как градины.
Задыхаясь, она пыталась выговорить:
– Я бы простила… простила с ра… с радостью. Если б знала… что меня простит он.
– Кто – он? – Скривившись от болезненного сопереживания, парень потянулся к ней, похоже, и не понимая даже – он опять делал то, что так сильно напугало девушку в предыдущий раз. Но в этот раз красавица дала себя обнять, и Яр прижал Иту к себе, чувствуя, как мучительно его пронизывает осознание своей вины.
– Мой… жених… Ну, теперь-то, наверное, уже не жених.
– Почему?
– Кто же меня примет после такого?
– После какого? – От удивления он даже взял себя в руки и слегка отстранился от неё. – О чём ты?
– Раз меня увёз другой мужчина, то зачем я Радешу.
– Ты серьёзно? Это та́к он к тебе относится? – Яра перекосило, но теперь уже от негодования. Почти ярости.
– Но как же может быть иначе?
– Господи, Ита!.. О чём ты думаешь? Твой жених, когда ты вернёшься, схватит тебя в объятия и только об одном будет мечтать – чтоб ты позволила себя утешать и ласкать, чтоб согласилась быть с ним рядом и простила за то, что он тебя не уберёг!
– Ты просто издеваешься!
– Нормальные парни на нашей планете по-другому себя и не ведут. Он же нормальный парень?
– Он самый лучший парень!
– Ну вот, видишь! Тогда по-другому и быть не может.
Он гладил девушку по плечам и спине, и она начала успокаиваться. Удивительное умиротворение снизошло на неё – отчасти благодаря усталости, пришедшей следом за истерикой, а отчасти потому, что её утешали с таким участием, которое она прежде чувствовала только от Радеша… Ну, может, ещё от психолога, но тот всё же был специалистом-профессионалом, а Ите никак не удавалось забыть об этом.
Ещё Ита осознала, что верит своему похитителю, всей его истории про то, что он заступился за сестру друга. Наверное, трудно было решиться угрожать женщине на такой планете, как Тейина. Да ещё потом похищать незнакомку, зная, что последствия будут очень серьёзные. Если бы он сразу распустил руки, потащил пленницу в постель, она бы, понятно, добрых мыслей на этот счёт не имела, но не попытался же. Наоборот, утешает, смущается, хлопочет вокруг, чтоб обеспечить комфорт. Насильники – как она себе их представляла – так не поступают.
– Ты в порядке? – спросил он, когда Ита утешилась. Перехватил её лицо, заглянул в глаза. – Если что, у меня аптечка богатая, я могу и успокоительное найти. И даже уколы есть. Если хочешь.
– Нет, не надо!
– Ладно. Хочешь душ принять?
– А тут есть?
– Конечно. Идём. Вот, полотенца, халат, бельё я купил, надеюсь, подойдёт. Вот здесь дверь закрывается. Только ты не очень долго, ладно, а то я начну волноваться, что тебе стало плохо!
– Ладно. – Девушка постаралась привести себя в порядок за пятнадцать минут и осторожно выглянула в комнату. Парень заканчивал стелить постель. – Недолго?
– Ну что ты, нет, конечно. Ложись. Я буду на мостике, если что. Ну, или в гостиной. Если что-то потребуется, можешь нажать на эту панель, я приду. Отдыхай. – Он подошёл, робко прикоснулся губами к её виску и поспешно ушёл.
Она проводила его удивлённым взглядом.
Но вопреки её ожиданиям за всю ночь он ни разу не заглянул, даже просто полежать, полапать или хоть по плечику погладить. Когда, проснувшись и помыв голову, она выглянула в коридор, оказалось, что Яр уже возится на кухне, и по кораблю ползут приятные ароматы свежей выпечки.
– Ты как? – Он выглянул из проёма. – Как самочувствие? Скоро будут готовы булочки с джемом. Ты пьёшь чай или кофе? Голова не болит? Тошноты нет?