Вера Ковальчук – Черно-белая война (страница 6)
Маг запустил пальцы в волосы и поскреб затылок. Он смотрел на собеседника сосредоченно.
– Подожди, так… Так проект вот-вот введут в действие?
– Именно. По этому поводу мы и собираемся сегодня у нашего босса. Он собирается раздать последние распоряжения тем, кто будет участвовать в налете на Асгердан.
– На Центр, Рино, мне так привычнее… Подожди, нас что, включают в ударную группу?
– Нет. Была договоренность, и никто ее не отменял. Но мы тоже должны присутствовать на встрече и обучить всех обращаться с теми особыми блоками, которые разрабатывали последние полгода.
– А…
– Давай одевайся. Я уже приказал гремлинам подать завтрак. Перекусим вместе, я тоже еще не ел сегодня.
– Подожди. – Рикардо схватил друга за локоть. – Ничего не изменилось? Объектом атаки все еще остается клан Мортимер?
– Не изменилось… – Ринальдо насмешливо поджал губы. – Чем тебе так не угодил клан Мортимер? Неужто кто-то из твоих обидчиков оттуда родом?
– Ну… мм… Можно и так сказать. Неважно. Поверь, в Центре стало бы куда спокойнее, если бы Мортимеры утихли. Среди них, конечно, есть достойные люди, по преимуществу женщины, но их немного, а остальные…
– Ты живешь не в Асгердане. И вряд ли когда-нибудь будешь там жить.
– Да, но…
– Ты с нелюбимым тобой кланом здесь не встречаешься. А вот если Мортимеров переместят на Черную сторону, то встречаться будешь, причем регулярно.
Рикардо вдруг улыбнулся такой загадочной улыбкой, что она на мужском лице показалась совершенно неестественной.
– Здесь им будет не до выходок…
Глава 2
В огромные окна длинной и широкой залы, убранной по-праздничному, заглядывало темио-кобальтовое небо позднего вечера, того самого, когда все добрые обыватели, устав от трудового дня, лениво поглядывают то в телевизор, то на часы – ну когда там уже ложиться спать? В бальной зале никто ни о чем подобном даже не задумывался – все танцевали и веселились от души. Народу было ровно столько, чтоб не показалось ни пусто, ни тесно. На возвышении, прикрытом двумя узорными экранами, старался оркестр, виден был только дирижер, которому при большом желании гости могли адресовать просьбу – сыграть то, сыграть это.
Прием в метрополии клана Мортимер был приурочен к ко дню рождения патриарха, потому гостей было много, очень много. Из залы с оркестром двери распахнулись в соседний, тоже набитый гостями, потом в еще один, со столами для фуршета, и еще один, самый вместительный – тот, с фонтаном. Все было устроено так, чтоб и музыка, и угощение нашли любого человека где угодно. Столики с закусками были расставлены повсюду, удобно, вдоль стен, гости то и дело подходили за тартинками, бутербродиками и мясными яствами, а лакомства не заканчивались. Слуги своевременно пополняли запас.
Разумеется, Мэрлот пригласил на свой вечер всех потомков с супругами, кто-то из Мортимеров привел друзей – огромная метрополия, казавшаяся обиталищем титанов, вдруг закипела целыми толпами и показалась далеко не такой вместительной, как хотелось бы. Часть приглашенных выплеснули в парк, где их ждали фейерверки, сотни фонариков, которыми были увешаны деревья, и накрытые столы. А в залах танцевали.
Руин появился на празднике значительно позже остальных, и с трудом отыскал патриарха. Он поздравил его с юбилеем, после чего с наивным видом поинтересовался его возрастом, но ответа не получил.
– Но согласись, странно появиться на дне рождения и даже не знать, сколько «новорожденному» лет, – заспорил молодой человек, улыбаясь.
Мэрлот был затянут в темный, очень хорошо сшитый костюм, между лацканами лежал строгий серый галстук, кажущийся темным на фоне белоснежной, сияющей рубашки. Патриарх Мортимеров выглядел таким респектабельным, что не настораживал даже блеск глаз. Впрочем, чертики в глазах плясали у всех представителей белобрысого клана, считались почти клановым свойством, впрочем, официально не заявленным.
– Ерунда, – спокойно заявил Мэрлот. – Главное – повод. А сколько там мне накапало – дело десятое.
– Ты прям как дама. Ну ладно, узнаю у родственников.
Патриарх смешливо сощурился.
– Ты думаешь, здесь кто-нибудь доподлинно знает, сколько мне лет?
– Ну хоть один из старших патриархов должен знать, у них можно поинтересовался.
– С патриархами мы все отметили еще вчера. Так что здесь никого из них нет.
– Вот хитрец!
Мэрлот очень не по-патриаршески показал Руину язык.
– Добро пожаловать на праздник, – спокойно сказал он и отправился приветствовать других гостей. Дел у именинника на своем дне рождения множество.
Руин медленно пробирался сквозь толпу, раскланиваясь со знакомцами и родственниками, которых помнил в лицо. Мудрено было тому, кто жил в Центре меньше двадцати лет, хорошо знать всех представителей своего клана, коль скоро их было больше четырехсот. Кроме того, здесь роилось огромное количество людей, которых он видел впервые в жизни. Залы, разворачивающиеся перед его глазами, казались Руину чужими. Ему еще не доводилось видеть их такими – ярко освещенными, забитыми народом… Разодетые пары танцевали и фланировали вдоль роскошно накрытых столов. Под потолком огромные люстры играли тысячами хрустальных подвесок, на стенах изливали свет старинные свечные канделябры, защищенные магией. Ветер шевелил лишь подвески, играющие десятками граней, и те бросали на платья и костюмы целые пригоршни ярких искр.
Дамы, мимо которых проходил Руин, с любопытством, а то и с явным интересом смотрели на него, а он лишь скользил рассеянным взглядом по лицам и фигурам. Он искал. И нашел. Посветлел лицом, разглядев в уголке, у стола, свою сестру, и направился прямиком к ней.
Моргана была поистине восхитительна в темно-синем строгом вечернем платье. Она по-прежнему не решалась открывать плечи, но высокая прическа, из которой на плечи падало несколько кокетливых локонов, с таким изяществом подчеркивала белизну и совершенство ее шеи, что она привлекала к себе гораздо больше внимания, чем сильно декольтированные дамы. Синий шелк ласково облегал стан Морганы, и даже обилие складок не скрывало красоты и притягательности ее фигуры. Глаза мужчин приклеивались к ней с такой настойчивостью, что порой это выходило за грань светских приличий, и даже родственники, Мортимеры, зачастую останавливали на ней слишком глубокие, слишком восхищенные взгляды.
Она заметила Руина, глаза ее вспыхнули, и девушка протянула ему тонкую руку, украшенную легким браслетом. Брат любовался Морганой совсем не так, как остальные мужчины, в его взгляде было бескорыстное любование, то, что выражали его глаза, напоминало чувство, испытываемое от созерцания настоящего произведения искусства. Молодой человек и в самом деле смотрел на сестру, как на драгоценный камень, оправа которого должна быть достойна содержимого. Он галантно подставил ей руку.
– Потанцуем? – спросил он.
– С удовольствием.
Руин повел сестру на середину залы.
– Где Мэл? – спросил молодой человек.
– Он был здесь. Но уже ушел. Сказал – что-то срочное. Наверное, дела.
– А-а… Ну-ну…
– Он через меня попросил тебя предоставить мне убежище. – Девушка улыбалась. – Чтоб мне одной не торчать в пустой квартире. Квартира большая, а я – маленькая…
– О чем разговор!? Мой дом – твой дом.
Руин подхватил Моргану и повел ее в танце. Еще с тех времен, когда он жил при дворе властителя Провала и именовался «ваше высочество» (впрочем, титул принца никуда не делся, он остался, но имел вес лишь на Черной стороне, да и то не везде), Руин отлично умел делать то, что обязан уметь любой светский молодой человек – вести себя за столом, десятью способами завязывать галстук, фехтовать и танцевать. Вальсировал он, пожалуй, лучше всех в клане Мортимер. Но ему никогда не приходило в голову увидеть в этом что-то особенное.
– А Мэл вообще танцевать не умеет, – шепотом пожаловалась Моргана. – Наверное, потому и сбежал по делам. Чтоб не позориться…
– Мэл много чего не умеет.
– Зато он умеет многое из того, что не под силу тебе, братец, – немедленно вскинулась она. Как истинная женщина, она считала возможным и допустимым упрекать супруга в чем угодно, но не терпела, когда то же самое делал кто-то еще, и кидалась на защиту возлюбленного, как дикая кошка.
– Согласен. Каждый должен делать свое дело. Воин – воевать, маг – составлять заклинания… Кстати, знаешь, что в Провале грянул скандал?
– Правда? – Вместо любопытства Руин ощутил в голосе сестры напряжение. – Что там произошло?
– Киан написал Делии любовную записочку и отправил прямо к ней, в монастырь, с нарочным. Он уже давно в нетерпении. Но записка попала в руки настоятельнице, а та подняла шум. Устав в монастыре строгий. Правителя теперь хулят, кто во что горазд: мол, святотатство, мол, законы не признает, оскорбляет богов. Ты же знаешь Провал. Главный принцип – делай, что хочешь, только не напоказ. Если бы Киан потихоньку выкрал Делию, никто бы ничего не сказал. Сделали бы вид, будто ничего не знают.
– А Делия что? – заинтересовалась Моргана.
– У меня создалось впечатление, что, не будь она монахиней, пошла бы за Киана, особенно если бы он приказал. Знаешь, как бывает – хочется, но неловко. Проще, когда кто-то другой берет на себя полную ответственность. Все-таки они брат и сестра, хоть и сводные.
Моргана потупила глазки. Потом снова подняла их на Руина.