Вера Камша – Кесари и боги (сборник) (страница 19)

– Святой отец, отпущенное Бенеро время истекло.

– Хорошо. Хоньо Бенеро, вы вспомнили тех, кто является вашими личными врагами?

– У меня нет личных врагов, – решительно объявил суадит, – те, кто дал на меня показания, сделали это не из мести, а из выгоды. Они показали бы на любого.

– Кого вы имеете в виду? – сухо уточнил Хайме. Похоже, он влип в одно из тех дел, что длятся годами и неизвестно почему стягивают к себе несопоставимые со своей значимостью силы.

– Последователей того, кто мечтал о сребрениках и получил их. Таковых слишком много, чтобы знать их всех, но первого звали Иуда.

– Это новая секта?– встрепенулся Коломбо. – Новая, подлежащая осуждению секта, поклоняющаяся предателю и корыстолюбцу? Пусть говорит, он будет прощен… Скажи ему об этом!

– Вас преследуют поклоняющиеся Иуде? – Мозги у Коломбо оставались птичьими, но спросить проще, чем не спросить, а потом объясняться.

– Я не знаю таких. – На лице врача проступило нечто похожее на удивление. Раньше Хайме тоже бы удивился.

– Мы вернемся к этому вопросу позже, – увильнул инкверент, утыкаясь в уже знакомые бумаги. Маркиз де Мадругана дожил до восьмидесяти девяти лет и умер своей смертью. Состояние у старика было немалое, соответственно, и завещание вышло длинней осенней ночи. Бенеро упоминался ближе к концу под суадитским именем. Сведений о том, что врач когда-либо крестился, не имелось, следовательно, обвинения в ереси отпадают, равно как и обязательная присяга. Необращенный не может клясться на Распятии «преследовать, раскрывать, разоблачать, способствовать аресту и доставке в Святую Импарцию всех, о которых я знаю или думаю, что они скрылись и проповедуют ересь».

– Хоньо Бенеро, вы скармливали собакам по субботам человеческое мясо? – Спрашивать так уж спрашивать! – Среди ваших книг есть запрещенные Церковью?

– Я кормлю собак мясными обрезками с рынка во все дни недели, – как ни в чем не бывало ответил Бенеро, – и я не знаю, какие книги запретила мундиалитская Церковь. Я суадит.

– Где вы отправляете свои обряды?

– Я их не отправляю.

– Но вы суадит?

– Да.

Что ж, спешить некуда…

– Почему вы приобрели дом в христианском квартале?

– Мне он понравился.

– Вы встречаетесь с другими суадитами?

– Если им требуется моя помощь.

А вот это умно! Если Ривера отыщет зелья, Бенеро скажет, что они не предназначались для христиан.

– Как давно и где вы исполняли суадитские обряды?

– Это имеет значение? – слегка удивился суадит, живущий в доме, купленном на завещанные христианином реалы.

– Отвечайте.

– В Гомейсе, перед тем как поступить на службу к маркизу де Мадругана.

– Вас изгнала община?

– Я суадит.

– Почему вы покинули Гомейсу?

– Я отправился в путешествие.

– Почему вас взял к себе маркиз де Мадругана?

– Он счел меня хорошим врачом.

– Вы говорили с ним о вашей вере?

– Нет.

– Как вы с ним познакомились?

– На постоялом дворе. Я оказывал помощь конюху. Ему разбила голову лошадь.

Мадругана мог позволить себе и не такое. Уж не в старом ли греховоднике причина интереса к Бенеро? Врач мог знать то, что не знал никто, а мог не только знать. Богатства маркиза наводили на мысль о философском камне, а долголетие – об эликсире если не бессмертия, то здоровья.

– Отчего умер де Мадругана? Почему вы остались в Доньидо? Есть ли у вас родственники? Сколько у вас собак, книг, рукописей, ковров? Кто вас посещает? Кого посещаете вы? Символом чего является эта ветка?

Вопросы, вопросы, вопросы… Десятки вопросов, чтобы сбить с толку, запутать, поймать на противоречиях. Невиновные бывают, те, кого нельзя обвинить, – нет. Простая мысль, но Хайме пришел к ней не сразу.

– Суадиты высмеивают нашу веру , – чем мог, помог Коломбо, – они убивают христиан, особенно детей, с целью получения невинной крови для своих обрядов.

– Вам случалось резать живое тело? Мертвое? Вы составляли снадобья для маркиза де Мадругана? Какие? Присутствовал ли при этом врач-мундиалит? Не предлагал ли вам маркиз де Мадругана или кто-то из его домочадцев принять христианство?

Шорох крыльев, теплая тяжесть на плече. Коломбо. Возмущен, что его советов не слушают, ведь он лучше всех знает, как вести допрос.

– Суадиты притворно принимают христианство, в душе оставаясь его врагами. — Чистая, звонкая, правильная речь, люди так не говорят, а ангелы? Ангелы могут так говорить и так думать? – Притворнообращенные, они стремятся занять высокие государственные и церковные должности и используют богатство и положение, чтобы разрушить Мундиалитскую церковь и поколебать трон. Онсия становится перед выбором: оставаться ли ей христианским государством или передать власть в стране суадитам. Мы стоим на краю пропасти!..

– Встречаетесь ли вы с новыми христианами из числа соплеменников? – Пальцы гладят тонкую шейку, очень тонкую, но папские голуби бессмертны. Коломбо пережил троих импарсиалов, переживет и четвертого, и пятого, и десятого. – С кем вы встречаетесь? О чем говорите?

– Нет, я со своими соплеменниками не встречаюсь.

– С синаитами? С хаммерианами? Асмидисками? [17] Иными еретиками?

– Не знаю.

– Как это понимать?

– Я не веду богословских бесед с торговцами.

– А с пациентами? Есть ли среди них христиане? Сколько из них излечилось? Сколько умерло? Всегда ли ваши предписания проверял врач-мундиалит? Какую плату вы взимаете?

– Суадиты взимают проценты за даваемые займы, что христианам запрещается, – прожурчал Коломбо, вспархивая с плеча, чтобы оправиться. Бедняга мечтал гадить на подоконник если не Папы, то генерала Импарции или, на худой конец, главы хоть какого-нибудь трибунала, а приходилось довольствоваться инкверентом. Одна радость, предыдущие спутники не достигли и этого…

– Я не беру денег, – монотонным голосом произнес врач, – я живу на оставленные мне средства. Я уже говорил об этом.

– Вы лечили христиан?

– Я оказывал неотложную помощь тем, кто ко мне приходил. Я не обсуждаю с больными людьми и их родственниками вопросы веры. Я предупреждаю, что я суадит и что мои предписания следует согласовывать с врачом-христианином.

– Камосаутверждает противное , – напомнил Коломбо, – обвиняемый виновен в попытках отравления, проведении богопротивных ритуалов и…

– Во имя Господа, – появившийся в дверях брат Доминик был в бурой книжной пыли, – мы закончили. Найдено девять запрещенных книг и сорок четыре сомнительных, в том числе на дурных языках.

Что ж, на первый раз довольно. Выдвинутых обвинений хватит, чтобы увести Бенеро из-под носа Протекты, вывезти книги и опечатать дом.

– Проследите, чтобы найденное было должным образом упаковано. Передайте Ривере, пусть возьмет образцы лекарств и прочих зелий. Хоньо Бенеро, вы уличены по крайней мере в одном из преступлений, в которых были заподозрены. Впредь до завершения следствия вы заключаетесь под стражу в монастыре Святого Федерико. Вам следует знать, что, если вы обратитесь к христианству, вас будет судить церковный трибунал. Святая Церковь милостива к новообращенным, а ремесло лекаря угодно Господу. Благотворительная работа в городской больнице на определенный трибуналом срок будет способствовать спасению вашей души и тела. В противном случае вы будете переданы в руки Протекты по обвинению в попытках отравления, тайной торговле ядами и утаивании доходов. Вы меня поняли?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.