Вера Добрая – Истинная огненного волка (страница 32)

С визгом осела на пол, прикрывая голову руками, и зажмурила глаза, надеясь на то, что это всего лишь галлюцинация, хотя какая на хрен галлюцинация?! Это, мать вашу, самый настоящий демон!!!

– Ну, папа! Я же тебя просила! – звонкий голос Даяны вывел меня из ступора, и я, хватая ртом воздух, открыла глаза, продолжая все еще находиться в форме калачика.

– Здравствуй, Дая. Прости, я… просто хотел произвести впечатление, – громом разнесся по гостиной суровый голос.

– О, не волнуйтесь. Я впечатлена до остановки сердца, – прошептала, поднимаясь на ноги при помощи матери Самаэля.

Убирая дрожащие от страха руки за спину, ещё раз посмотрела на явившееся из преисподнеи существо и удивлённо изогнула бровь, увидев совершенно обыкновенного мужчину. Ну как обычного… Здоровенного и по-опасному красивого, но уже без рогов и с нормальным цветом кожи.

– Малика, познакомься. Это владыка красной земли Ценард и по совместительству мой отец, – виноватым голосом сказала Даяна, и мужчина с широкой улыбкой на лице протянул в мою сторону руку, которую пожимать мне не очень-то хотелось.

– Очень приятно, – заставила себя быть вежливой и пожала горячую, словно уголек из печи руку демона.

– Моему внуку повезло с истинной. Ты, Малика, просто красавица!

– Спасибо, – смущенно отвела взгляд.

– Папа, есть новости о Самаэле? Слушание должно было закончиться пару часов назад, но на мои звонки не отвечает ни Максим, ни сын, ни кто-либо еще, кто может знать о том, какое решение приняли старейшины, – взволнованно спросила демоница, и я тоже слегка напряглась, потому что явно происходило что-то очень серьёзное и значимое, и это точно касалось Самаэля, а значит и меня тоже.

– Совет принял решение, Дая, но возникли проблемы, – ответил высший демон, и его лицо стало снова пугающе-суровым.

– Какие проблемы? – тихо прошептала женщина, бледнея на глазах.

– Несмотря на все наши усилия, Самаэлю выписали запрет на жизнь среди людей.

– И… и что это значит? – облизывая вмиг пересохшие губы, спросила, пока Даяна, не веря в услышанное, молча качала головой.

– Большинством старейшин было принято решение сослать Самаэля в демонический мир на неопределённый срок без права возвращения в людской мир по какой-либо из причин. Неповиновение или малейшее нарушение тут же обрекает осуждённого на смерть, которую приведут в исполнение незамедлительно.

– Но… но ведь жизнь в мире демонов всё равно лучше, чем смерть или пожизненное заточение да? Так ведь! – продолжала выискивать хоть какие-то плюсы в данной ситуации, стараясь не думать о том, что, скорее всего больше никогда не увижу своего огненного волка.

– Красная земля специфичное место, но вполне приемлемое для жизни, тем более для тех, в ком есть кровь демона, но проблема ведь не в этом, да, папа? – сипло задала вопрос Даяна, и я, испытывая невыносимую жалость к несчастной женщине, присела рядом и обняла ее за плечи, сама находясь на грани истерики.

Душа разрывалась на части от тоски, а сердце болело так, будто его обмотали колючей проволокой и с каждым ударом на нем появлялись новые кровоточащие раны.

– Да, Даяна, дело не в том, где обрекли жить Самаэля, а в том, при каких условиях. Ему запретили даже попрощаться со своей истинной во избежание угроз и давления с его стороны. Нам пришлось отправить Самаэля в одну из темниц среднего яруса, потому что иначе на красной земле огненного волка не удержать.

– Ты шутишь сейчас? – нервно усмехнулась Даяна и, оттолкнув меня, подорвалась на ноги, вспыхивая за секунду подобно спичке. – Ты посадил моего сына, своего внука в адову темницу?!

Кожа женщины приобрела ярко-алый оттенок, а на плечах проявились переливающиеся символы похожие на те, что я видела у Самаэля. На лбу Даяны выросли чёрные рожки, а сзади появился хвост.

Знак конечно недобрый и ясно, что демоница пребывала в дикой ярости, но на данный момент мне было совершенно не страшно, потому что я понимала ее на все сто процентов. Будь у меня хоть какая-то магическая сила, я бы, наверное, тоже ее активировала, чтобы выказать свое возмущение.

Что вообще за устои такие?!

Чуть что так сразу в клетку?!

Не поговорить, не обсудить проблему! Наняли бы психологов хороших что ли…

– Дочь, поверь, иного способа не было. Нам итак пришлось не сладко, потому что обезумевший зверь чуть не разнес зал заседания и чудом не покалечил кого-то из старейшин, – выставляя руки ладонями вперед, начал оправдываться Ценард, когда демоница наступала на него, продолжая пылать огнём.

– Я не идиотка, папа! Прекрасно знаю, что в глубине своей черной души ты скачешь от счастья, заполучив внука под свою опеку, но позволь узнать, как ты будешь смотреть ему в глаза после такого предательства?! Думаешь, он успокоится через пару дней? Перестанет тосковать и смирится? – тыкая пальцем в мощную грудь демона, прокричала Даяна, а у меня по щекам потекли слёзы, потому что до меня, наконец, дошло, что всё это уже не исправить, не решить как-то по-другому.

Самаэль навсегда останется томиться в клетке, а я даже не смогу сказать ему о том, что… что возможно могла бы дать нам шанс попытаться стать семьёй. Я искренне хотела попытаться!

– Не упокоится! Конечно, он не успокоится! Поэтому я и пришел сюда, – рявкнул Ценард, и его дочь со стоном отшатнулась от него, хватаясь за символы, которые загорелись еще ярче. – Совет старейшин против вашего союза, Малика, но я плевать хотел на их мнение. Поэтому я пришел поговорить с тобой и спросить, готова ли ты отправиться за своим мужчиной на Красную землю? Если ты самостоятельно примешь подобное решение, то я смогу защитить вас от недовольства некоторых личностей, но против воли, как бы не любил и не хотел своему внуку счастья, я забрать тебя не могу.

– Я… мне… – еле слышно пролепетала, на данный момент не в силах дать ни положительный ответ, ни отрицательный.

– Она не пойдёт за ним, можешь послать своим прислужникам отбой, – опустив голову, ответила за меня Даяна и возвратила себе человеческий облик, опускаясь на диван и совершенно не обращая внимания на то, что обнажена.

– Я хочу помочь и мне неприятно, что сейчас происходит с Самаэлем, но демонический мир… Это слишком! Я должна разобраться в своих чувствах, прежде чем идти на такой отчаянный шаг! – смахивая слезы со щек, надрывно крикнула, чувствуя, с каким разочарованием на меня смотрел Ценард.

– Если чувства есть, то нет нужды в чём-то разбираться, – обиженно усмехнулась Даяна, которая даже не пыталась меня понять, убитая своим личным горем. – Ты была права, Малика. Ты никогда не станешь частью нашей семьи, никогда не будешь одной из нас.

– Мне очень жаль… – всхлипнула, разрываемая изнутри сомнениями.

– Папа, доставь меня во дворец, – сделав вид, что меня больше не существует, попросила демоница, надевая на себя рубашку отца.

Ценард взмахнул рукой, и в помещении стало жарко от вновь открывшегося портала. Владыка демонов вместе со своей дочерью, не прощаясь, шагнули в огненную воронку, которая еще некоторое время не закрывалась, будто зазывая меня в свои объятия. А меня рвало на части. Одна половина готова была без раздумий прыгнуть в портал ради любимого, наплевав на обстановку вокруг, а вторая часть меня, трусливо поджав хвост, хотела сбежать, спрятаться от всего этого кошмара, надеясь, что самое страшное уже позади.

Огненная воронка захлопнулась, и у меня из груди вырвался истошный крик полный боли и отчаяния. Повалилась коленями на пол, прикрывая лицо ладонями и продолжая кричать во всё горло.

Мне было стыдно за то, что я такая трусиха, что на самом деле не достойна преданной любви Самаэля, потому что сильному волку нужна сильная самка, а я… я фригидная уродина, бедная сиротка, которая из-за своей дурости упустила шанс быть счастливой. Теперь я была готова оказаться в аду, но уже не имела на это возможности. Возможно, в моем сердце пока не проснулась безграничная любовь к Самаэлю, но находиться в этом мире без него я уже не хотела.

Глава 38. Самаэль

– Мальчик мой, успокойся, пожалуйста. Так ты только растратишь силы и причинишь себе вред, – пыталась успокоить меня Дорэя, пока я то в обличие человека, то зверя метался по темнице, не в силах смириться с тем, что всё кончено.

Внутри было так больно, что казалось, изранены все внутренние органы, а душа исполосована острыми когтями зверя, который рычал, скулил, и протяжно выл вдали от своей истинной. Мой зверь знал и я тоже о том, что Малика не покинет мир людей, не захочет жить в адовой жаровне ради меня и от этого хотелось вздернуться.

Нам ведь даже не дали возможности поговорить, попрощаться, в конце концов, хотя я бы не смог этого сделать. Лучше бы сдох, уткнувшись мордой ей в ноги, чем позволил утащить от неё, но появление деда было неожиданным, и вот я здесь. Снова блять в клетке!

– Уходи. Я никого не хочу видеть! – наорал на жену Ценарда, конечно понимая, что бабуля ни в чем не виновата, но ярость бурлила, и ей нужно было куда-то выплескиваться.

Уверен, если бы отец мог находиться на нижних ярусах преисподнеи, то тоже бы маячил перед глазами, пытаясь достучаться до моего благоразумия, которого, кажется и не осталось вовсе.

– Самаэль, мир людей не так уж прекрасен, чтобы так по нему убиваться, – недовольно качая головой, сказала царица демонов. – К тому же уверена, что твоя девушка скоро явится сюда следом за тобой. Какая разница, где жить, если любимое существо рядом?