Вера Добрая – Двойной соблазн для Пустышки (страница 20)
Когда мы с Дартканом нашли точку входа-выхода, то сразу сообщили об этом Джейсу, а тот связался с начальником, чтобы на место прибыли спецы и оцепили территорию. Там же должны дежурить ведьмы, чтобы в случае чего оказать первую медицинскую помощь.
В портал я шагнул последним. Не то чтобы я прям джентльмен, но хотелось хоть немного оттянуть момент встречи с Евой. Не знал, что должен сказать, хотя сказать хотел много чего. Например, просто искренне признаться в том, что я очень рад видеть ее живой. О каких-то серьёзных чувствах, конечно, было ещё рано говорить, но я определённо был готов перейти на другой уровень нашего общения. И возможно все-таки получу свой заслуженный благодарный поцелуй.
Увы, но стоило переступить черту воронки портала, всё сразу встало на свои места. Еву я все же увидел, но лишь мельком, когда она, находясь в объятиях Джейса, садилась в автомобиль Давыдова. Похоже, предназначенный для меня поцелуй достался другому. Конечно, Джейс всегда был для Евы героем, таковым он для нее и останется, а я… Я демонюга, которого ожидает веселенькое будущее в клетке.
– Давид? – голос Петра Михайловича заставил вздрогнуть и наконец, перестать лупиться вслед давно уехавшей машины Марка. – Ранен?
– Нет, – отрицательно покачал головой, проглатывая горечь сожаления.
– Тогда пройдём со мной, – оборотень протянул мне блокирующие браслеты, видимо надеясь на то, что я не стану больше зарывать себя перед законом ещё глубже в могилу.
Я бы мог сбежать. Дикаев помог бы мне скрыться в этом мире, а дед защитил бы в демоническом, но зачем? Какова моя дальнейшая цель? Продолжать биться на ринге, чтобы доказывать себе, что живой? Или истреблять тех, на кого Руслан укажет пальцем? Проживать очередной день и понимать, что все они одинаково скучны и бесполезны?
– Надеюсь, у вас в камерах есть ТВ? – усмехнулся, надевая браслеты.
– Именно в твоей камере будет не только ТВ, но и мини бар с напитками, Зверев, – похлопал меня по плечу Петр, и кажется, он совсем не злился за случай с Мельниковым.
– А девушек можно будет приглашать?
– Не наглей, парень. Благодарность Давыдова не такая уж безграничная.
Ясно. Ну, хоть кто-то мне благодарен. И на том спасибо.
– А видео игры? Они не выходят за рамки дозволенного? – продолжал донимать вопросами начальника департамента, пока он вёз меня в участок.
– Настольные игры и поучительные книги, – терпеливо ответил оборотень, а я скривился от подобного набора занятий.
– Уж лучше вязание. Петр Михайлович, вам связать носочки или шарфик? А может свитерок?
– Мозги себе лучше свяжи новые, шутник хренов! – неожиданно рявкнул Петр и ударил ладонями по рулю. – Вот какого дьявола ты полез во всё это один? Дел наворотил, что лопатой не разгребёшь! Неужели нельзя было как-то… я не знаю… поаккуратнее что ли?
– Это вы привыкли аккуратнее, а я клятвой с трибуналом не связан. Могу поступать так, как хочу! – дерзко огрызнулся, прекрасно понимая, что если бы я действовал иначе, то мог элементарно опоздать.
– Ну, ничего. Посидишь в клетке с десяток лет, глядишь и поумеришь свои хотелки.
– Как там говорится, горбатого могила исправит, а демона тогда что? – снова отшутился, настойчиво прогоняя из головы печальные мысли касаемо утраченной свободы.
– Демона, Давид, к сожалению, ничего не способно исправить. Если только любовь и то не всегда.
Глава 34. Ева
Очнулась от того, что почувствовала в своём теле приятное тепло бабулиной исцеляющей магии. Зарыдала я даже раньше, чем открыла глаза, и крепко прижалась к родной женской груди. Я так боялась, что больше никогда не смогу этого сделать, что сейчас просто не верила в происходящее. А вдруг это всё иллюзия, и я на самом деле продолжаю находиться в самом жутком во всех мирах месте?
– Бабуля… миленькая… это правда, ты? Ты?
– Конечно я, а кто же ещё, Евушка? Перестань плакать, родная, всё позади. Ты в безопасности, – шептала и гладила меня по голове Дарья, а я всё никак не могла разжать пальцы, которыми намертво вцепилась белой ведьме в блузку.
Но спустя мгновение меня буквально отодрали от женщины, и я оказалась прижата уже к другой груди. К крепкой и твердой, и родной.
– Папа… папочка, прости меня. Прости… я не хотела, чтобы всё случилось именно так! Не хотела! – заливалась слезами, не понимая, почему раньше лишала себя удовольствия обниматься с таким прекрасным и сильным мужчиной, как Марк.
В объятиях отца я снова ощутила себя в защитном коконе, который так отчаянно стремилась разрушить. И от этого невыносимо болело сердце, и огнем выгорала душа. Я на самом деле не достойна родительской любви, но не, потому что пустышка лишённая магических сил, а потому что конченая эгоистка!
– Всё хорошо, милая. Хорошо, – спокойно произнёс Марк, нежно целуя мой висок, но я чувствовала, как взволнованно колотилось его сердце при этом.
У моего отца есть сердце. Живое. Умеющие любить. Не многие вампы могут похвастаться подобным. И я его дочь. И теперь постараюсь гордо нести этот статус.
На улице послышался крик и ругань, а через пару секунд дверца фургона, в котором мы находились, открылась, и к нашей компании присоединилась злая, словно фурия Амалия. Такой маму я точно никогда не видела и даже попыталась трусливо спрятаться за отцовскую спину, но мужчина быстро шепнул мне на ухо то, что причиной маминого гнева являюсь не я, а он сам.
– Ева! Доченька моя! Ты жива! Хвала всем высшим силам! – вскрикнула демоница, и я перекочевала уже в ее объятия.
Чёрт. Как же это все-таки приятно. Просто наслаждаться обнимашками с родными!
– Вот видишь, Ами… – начал было Марк, но Амалия без всякой жалости запустила в него небольшим, но всё-таки огненным шаром.
– С тобой, кровосос, я разберусь после! Ты ответишь за то, что посмел запереть меня в комнате! И поверь, я настроена крайне решительно, – рявкнула женщина, а мне почему-то стало еще теплее на душе.
Не потому что родители ссорились, нет, а потому что они у меня просто были. Вот они, рядышком. Обнимай и целуй сколько влезет!
– Я люблю вас. Вас всех. Сильно-сильно! – искренне призналась, и теперь меня обнимали все одновременно.
После в фургончике стало совсем тесно, потому что к нашим посиделкам присоединился Дарткан. Его я тоже расцеловала и заообнимала настолько, что демон засобирался по каким-то сверхсрочным делам.
– Где она? Я должен ее увидеть! – голос Джейса прозвучал взволнованно и даже с лёгкой угрозой, а я умоляюще посмотрела на отца.
Марк нехотя дал отмашку охране, и оборотня впустили к нам. Дарья поцеловала меня в щеку и тактично удалилась. Следом за ней поспешила мама, а вот папа не особо желал оставлять нас с Джейсом наедине.
– Папа, пожалуйста…
– Жду в машине. Пора возвращаться домой. И… вот, – быстро снял с себя рубашку и протянул мне.
Я только после этих слов осознала, что пока обнималась с родными, утратила одеяло, в которое была закутана. Теперь на мне красовался лишь полупрозрачный невыносимо сексуальный комплект нижнего белья и, судя по хищному взгляду Джейса, он мой внешний вид оценил на самую высокую оценку.
А куда делся халат интересно?
Я быстро натянула рубашку отца на плечи и прикрыла свои сомнительные прелести, но оборотень продолжил пялиться на меня, не моргая. Пришлось пощелкать пальцами перед его носом, чтобы вернуть парня к жизни.
– Ева! Как же я рад, что с тобой всё в порядке! Чуть с ума не сошёл, пока искал тебя! – меня заключили в очередные объятия, и я ответила взаимностью. – Как же ты нас всех напугала!
– Прости, Джейс. Я меньше всего хотела, чтобы у тебя были проблемы. И я искренне благодарна тебе и всему департаменту за то, что не сгинула в лапищах смерти.
– Ева, да если честно признаться…
– Мисс, нам пора, – гаркнул за спиной охранник, не дав оборотню договорить фразу до конца. – Позвольте донести вас до машины? На улице грязно, а вы босиком.
– Я сам! – с рыком рявкнул Джейс, и я подумала, что и впрямь будет лучше, если меня возьмёт на руки именно он, а ни какой-то малоизвестный вампир.
Обняла Джейса за шею и положила голову ему на грудь. Не хотелось видеть, что происходит вокруг, и я закрыла глаза. Просто хотелось домой. Впервые за столько лет мне на самом деле всей душой хотелось домой, и это чувство оказалось очень приятным.
Глава 35. Давид
Моя камера оказалась весьма… уютной. Если это определение вообще уместно употреблять в данном случае. Но однозначно могло быть намного хуже. Я знаю, где свое наказание обычно отбывают заключённые и ожидающие решения Сверхи. В клетке, в которой нет даже задрипаного матраса. Я же считай на курорт попал. Кровать и телек. И небольшая смежная комнатушка с душем и унитазом.
Скукота, правда, такая, что хоть на стены лезь, но этого следовало ожидать после моего недавнего веселья. Я конечно как доблестный рыцарь спас принцессу и убил злобного дракона, образно выражаясь, но наследил при этом не хило. Вампиры всполошились и требуют для меня высшей меры наказания за Малаева и Котова. Шувалов тоже не стал отыскивать в своей гнилой душонке задатки благородства и накатал на меня заяву о нападении и вторжении на частную собственность. Не остался в долгу и гаденыш Иван, правда, в департамент с обвинениями заявился не он, а его женушка. И ещё всем стало известно о том, что «Асмодей» мое детище, за что Перт Михайлович лично пообещал мне добавить от себя пару годков заключения. Ценард не спешил как-то мне помогать, вероятно, решив, что данная терапия пойдёт мне только на пользу. Такого же примерно мнения и отец, и Максим Зверев, которые намеренно тормозят ход моего дела и не торопятся озвучивать приговор. Да и похрену. Пусть делают, что хотят. Мать только жалко. Таскается сюда каждый день и плачет, будто я уже приговорён к ликвидации. Брат тоже навещает меня по мере возможности, но сейчас у него мало свободного времени. К сожалению, Джейса разжаловали с должности следователя и отправили патрулировать улицы. Я бы на месте брата плюнул на всё и ушёл, но он упертый и теперь будет ещё усерднее доказывать совету старейшин и Петру Михайловичу лично то, что он достоин служить трибуналу.