Вера Чиркова – Высшая проба. Недуг мой, свет мой (страница 5)

И оказалась права. Мы добрались до самого угла шахтной долины, туда, где рядом с нависающей скалой сквозь узкую дыру вырывался из-под стены горный поток, а голем упорно показывал наискосок влево.

У кокона мгновенно отросли дополнительные цепкие лапы, превращая медведя в паука, решительно ринувшегося на штурм стены.

Забросив одну лапу вверх и зацепившись ею за зубец, паук проворно побежал по гладким плитам, на миг с веселым чмоканьем присасываясь к ним клейкими подушечками лап.

– Если бы раньше не дали ей звания магистра – дал бы сейчас, – тихо признался Эмильен.

– Матушка мудрая женщина, знает, что нужно детям, – спокойно подтвердил Хирд, рассматривая открывшийся сверху вид. – Похоже, нам в то ущелье.

– Да – согласилась я, глядя на уходящее влево глубокое ущелье, примерно в лиге от нас перекрытое огромной грудой камней.

Сразу трудно было понять, откуда они взялись, то ли это обломки рухнувшей скалы, то ли след сошедшей осыпи. Главное, судя по траве и кустам, еще не успевшим скрыть камни, произошло это сравнительно недавно. Примерно три – пять лет назад. И значит самим нам точно не справиться. Ведь голем оставался на воле и мог копать сколько угодно. Но не копал, а руководил операцией спасения с затянутого в бронзу холма.

Словно в ответ на мои мысли голем вдруг встрепенулся и постучал по дверце своего сейфа.

– Давай, – нетерпеливо скомандовал Хирд.

Зеркало появилось мгновенно и так же стремительно в нем возникла картинка.

На нас с печальной улыбкой смотрел невероятно белокожий старик. Его серебряные волосы, соперничавшие цветом с бледным лицом, были гладко зачесаны и явно чем-то стянуты на затылке. Тощая шея выглядела жалкой в слишком просторном вороте свободной темной рубахи. Зато вставленные в касты светлого металла изумруды, украшавшие стягивающую ворот булавку, поражали воображение величиной, глубиной и чистотой цвета. Можно было утверждать без преувеличения, что отшельник носит на вороте целое состояние.

– Я знаю ваши имена, – сообщил он спокойно, словно старым друзьям, – а меня можете звать Энгор. Мной давно нарисован план ущелья, куда когда-то вел выход из моих пещер. Вот он. На правом склоне отмечена точка. Вам же известно, какой склон считается правым?

– Тот, который будет справа, если встать лицом по течению выходящей из ущелья речки, – буркнул Хирд, изучая план, – а как убрать камни, ты не придумал?

– Придумал, – тотчас кивнул отшельник, – нужно полить осыпь вокруг пещеры водой и заморозить. А потом сильные огневики вроде тебя, протопят в ней проход и можно будет убрать смерчем всего сотню-другую возов камней, вместо сотни тысяч.

– А если попадется слишком большой осколок? – задумалась я.

– У нас есть артефакт разлома, – успокоил дед, и пояснил для нас с Хирдом, – вложенное в него заклинание старит камни, и они рассыпаются песком. Но можно будет просто сильно нагревать и охлаждать крупные обломки, хотя времени это займет больше.

– Скоро начнут подходить свободные магистры и мы начнем, – деловито заявил Териан, – а пока разобьём лагерь. Скажи нам главное, можно как-нибудь передать тебе еду и накопители? Есть же какая-то щель, откуда поступает воздух?

– Есть, – кивнул Энгор, – но она очень узкая и петлистая, поэтому мы лучше подождем. У нас есть небольшой запас, устроим пир.

– У вас? – охнула я, – так ты не один?

– Два года назад приютил троих дикарей и горного мастера, – нехотя пояснил отшельник, – думал, на пару дней. Но об этом позже. Когда проход будет готов, первым отправите голема, вот тогда можно передать с ним накопитель и зелий. Один из моих гостей сам уйти не сможет.

Зеркало погасло, голем неторопливо спрятал его на место и застыл покорной куклой, а мы всё еще молчали, пытаясь представить, как это – столько времени сидеть в непроглядной мгле и холоде, экономя каждый кусок еды. Хотя лично я никак не могла сообразить, что же могло быть у них едой.

– Какие-нибудь грибы или водоросли, – вздохнул дед, явно думавший о том же и мягко поторопил, – поехали?

– Я считаю, – уверенно произнес Хирд, когда кокон замер на каменистой площадке рядом с чахлыми вязами, – не стоит нам тратить время на лагерь. Яна просто оставит тут кокон, вроде того носорога, чтобы можно было перекусить и отдохнуть. А мы пойдем туда. Дед, ты же можешь вызвать воду и заморозить?

Могу, – кивнул Беруальд, – и Териан может. А Эмиль будет смерчами выбрасывать сухие камни. Но сколько продержишься ты? Там ведь будет жарко.

– В щитах Яны? – скептически фыркнул напарник, – Они не пропускают жар, я сам пытался пробить.

– Весело вы жили, – покачал головой Эмильен.

– Не жалуемся, – огрызнулась я, – так кто останется тут?

– Пока никто, – заверил Териан.

– Тогда вперед.

Добавив кокону еще паучьих ног, направила его к осыпи, казавшейся безобидной грудой камней. И поначалу она такой и была, цепкие лапки легко тащили почти притиснувшееся к обломкам громадное паучье тело. Но вот шевельнулся под весом лапы один камень, потом сдвинулось с места сразу три, запрыгали по большим обломкам мелкие булыжники.

Я добавила кокону скорости и он помчался стремительнее, едва касаясь осыпи. Но ей и этого оказалось достаточно, вниз с шорохом и стуком катилось все больше камней. И хуже всего было понимание, что остановить их движение уже невозможно.

Подавив нарастающее отчаяние, прибавила еще скорости, даже не надеясь, что это чем-то поможет. Будь осыпь меньше или ниже… но она занимала все ущелье, рождая законный вопрос, откуда могло сюда сползти столько камня?

– Выбрасывай в сторону скалы лапу и цепляйся. Уходи со стрежня. – непререкаемо приказал Хирд и я немедленно выполнила его указания.

Обычно он не вмешивается в мои эксперименты и тренировки, но если заговорит таким тоном – лучше не перечить.

Паук выбросил на лету длинную лапу, зацепился за выступ крутой скалы и сразу прыгнул к ней, едва успев выдернуть лапы из набирающей скорость лавины.

– Теперь ползи по скалам, – уже спокойно буркнул напарник, откидываясь на спинку кресла.

Магистры молчали так дружно, словно попали под ментальное заклятье.

Глава четвертая

Хирд:

Никогда не видел сход осыпи так близко. Камни неслись мимо как вешний поток, и в их грохоте звучало предупреждение мощного хищника, сметавшего всех на своем пути. Но мы уже удобно, как на балконе сидели в коконе, прилепившимся на узком уступе скалы.

– Можно перекусить, – безмятежно заявила напарница, вытаскивая корзинку с едой, – и умывальня уже сделана.

– А вода откуда? – отмер дед.

– Мы же перебирались через поток. Прихватила пару бочек. – так же спокойно пояснила Яна, доставая пирожок едва заметно дрожавшими пальцами. Но прежде, чем кто-то это заметил, успела усмехнуться, – А осыпь не так-то плотно и слежалась, как казалось вначале.

– Два года, – припомнил я. – Он сказал – два года. Ну, пора уже поливать?

Камни уже не катились обезумевшей лавиной, лишь несколько чахлых струек занимали свободные местечки. Осыпь притихла, до следующего раза.

– Давай попробуем, – отозвался дед, – Яна, сделай окошко, пожалуйста.

Она иронично приподняла бровь, и передняя часть кокона растаяла, создавая полную иллюзию зависшего над пропастью балкона.

– Так, где план… – бывший король создал в воздухе эфемерную карту, развернулся и совместил ее со склоном, на котором мы висели, – Вон та скала с плоской вершиной должна быть здесь, я правильно понимаю?

Голем звонко стукнул себя по груди и помотал в воздухе клешней, словно размахивал флагом.

– По-моему, – задумчиво сообщил Териан, – он предлагает кому-нибудь снять ментальные щиты.

– Давайте снимем с меня, – немедленно предложил я.

– Нет, – нахмурилась Яна, – лучше уж с меня.

– А мы тогда не рухнем в осыпь? – Засомневался дед.

– Я снимаю, – хладнокровно заявил Эмильен, стягивая с головы незатейливый обруч, который, как я считал до этого момента, просто удерживал его волосы.

Мы с любопытством дружно уставились на верховного магистра. Несколько секунд он сидел молча, переводя взгляд со скал за нашими спинами на план, который держал дед. Потом хмуро вдохнул и создал собственный, но навел уже на левый склон.

– Вон те камни, выступающие из склона тупоглавой скалы, находятся напротив нужной точки. Вы сможете до нее добраться?

– Конечно, – заверила Яна, прикрывая окно так, что осталась лишь узкая, в ладонь, щель и паук снова пополз по скалам.

Но теперь он больше не стремился двигаться по осыпи, наоборот, шел по самым гребням скал, перепрыгивая расщелины и ответвления с ловкостью гигантского кузнечика.

– Стой, – наконец скомандовал Эмильен, вернее отшельник, смотревший сейчас его глазами, – поищите немного ниже кривой самшит.

– Кривого не видно, – оглядев все вокруг, сообщил дед, – есть поломанный, почти сухой пенек, шагах в десяти дальше к перевалу. И почти над самой осыпью.

– Проклятье… – в голосе верховного магистра слышалось отчаяние, – оказывается, осыпь намного больше, чем я думал. Вход в пещеру находится почти под тем кустом, но теперь копать придется раза в два глубже.

Он смолк, а через секунду произнес совсем другим тоном.

– Очень интересное ощущение. Я не жалею, что открыл сознание, он просто разговаривает и деликатно разглядывает то, что я вижу. – Эмильен надел обруч и испытующе глянул на нас, – но несмотря на выявившиеся трудности, отступать я не намерен.