Вера Чиркова – Выбор пути (страница 12)

Глава седьмая

– Ничего не хочешь рассказать? – заглянув в глаза воспитанницы, осторожно спросила Кастина.

Вот теперь, когда улеглась суматоха встречи, стихли радостные крики и высохли невольные слезинки, можно и поговорить спокойно. Всё равно никого тут не осталось, кроме них да нескольких младших магов, занятых устройством мест для отдыха и приготовлением обеда.

Да ещё бродит где-то по потайному проходу Лавор, собравшийся подвести к умывальне воду, и вместе с ним ушёл Лирс, решивший проверить свои способности. А остальные, после того как перекусили и немного отдохнули, разделились на две части. Одна ушла наверх помочь пришедшим со склона чародеям справиться с ловушками, как выяснилось, шаман наставил их по всей лестнице до самого верха. А второй отряд отправился к источнику, магистры всё сильнее опасались, что вскоре он пропадёт безвозвратно, отыскав в трещинах скалы другой выход.

Но прежде чем уйти, Феодорис попросил Весю запустить в него и прибывших с ним магов её лекарей, с приказом поглотить созданных им фантомов. И не потому, что её создания были чём-то лучше или сильнее, ничуть. Главным их достоинством, ради которого магистр решил пойти на такую замену, Феодорис считал прочную связь между фантомами.

– Хочу, – кивнула Веся, глядя, как ловко наставница заворачивает своего питомца в сделанные из найденных в шкафу рубах чистые пелёнки, а затем в половинку разрезанного покрывала, – и очень многое. Но не сейчас. Просто, боюсь, не успею досказать, ловушки у шамана были чем дальше, тем сильнее и подлее. Даже представить не могу, чем он защитил свои комнаты. Лучше ты скажи, откуда здесь мог взяться этот ребёнок?

– Ну, так это же проще простого, – вздохнула травница. – Ты же помнишь рассказ Феодориса? Канзай ведь не один прорвался в Антаиль, а с помощниками. А по пути они прошли по городу… тут уж зайцу понятно, не прихватить несколько пойманных женщин степняки просто не могли, не в их правилах такое. И женщины им нужны были не только для утех… многие ритуалы и ловушки шаманы ставят на живой крови. Вот потому они так ненавистны цитадели и мне тоже. Оттого я и решила войти в круг, если все объединятся против зла, ему ничего не останется, как бежать подальше. Ну а про ребёнка… думаю, когда шаман добрался до источника и оказался взаперти, то женщин оставили в живых. Сначала временно, силы ему тут и без крови хватало, а потом – пошли дети. А ты чего это так побелела, Весенка?

– Святые духи… чего же я наделала, матушка! Ведь я орды крыс… которые на нас напали, своей силой отправила уничтожить шамана. Даже не додумалась… что он там не один!

– Ты погоди-ка казниться, – встревожилась Кася, бережно положила заснувшего младенца и подвинулась к кунице, – ведь пока ничего точно не известно! Не может ведь такого быть, чтобы столь хитрый и сильный шаман не защитил свои покои!

– Может, он и защитил… но я же с крыс сняла запрет, не позволяющий жрать друг друга! Они ведь сначала были всего с собачонку! А вот как других сожрали, так и разрослись! И раз ты говоришь, что вместе с ребёнком были свитки и ценности, стало быть, мать спрятала дитё в самый надёжный тайник… а так женщина может поступить лишь в одном случае… если её дитю угрожает смертельная опасность и сама она помочь больше ничем не может!

Веся приподняла с подушки голову и тотчас уронила её назад. Слабость, свалившая целительницу в постель после того, как она создала три десятка маленьких фантомов, ещё не пропала. Но Веся ничуть не жалела об этом, сила скоро восстановится, ей Феодорис своего бальзама отлил. Зато теперь она чувствует каждого из тех, кто пробирается между камней или идёт по ступеням наверх. Но что гораздо важнее, сильные маги теперь тоже ощущают друг друга, даже не отыскивая взглядом ауру, и это намного удобнее во время вылазки или боя.

– Всё, – решительно объявила Кася, торопливо капая в отвар бальзам магистра, – ты права, поговорим позднее. Вот, выпей-ка. И никогда не казнись о том, чего уже не вернёшь, ошибки нужно помнить лишь затем, чтобы не совершить новых.

– Может, ты и права… но я по-другому не умею, – виновато шепнула Веся и отвернулась.

– Как будто я умею, – расстроенно фыркнула Кастина и поправила на мальчонке одеялко, – но стараюсь. Пойду, пока спит, сварю ему жидкой кашки, на отваре дитё долго не продержится. А ты лежи, набирайся сил, не хочу накаркать, но если ты права насчёт ловушек шамана, то долго отдыхать не придётся.

И они не ошиблись, вскоре Ардест с Дарсом привели к Весе первых раненых, и среди них оказался и Ранз.

– Феодорис отправил нас помогать чародеям с обедом, – мрачно объявил блондин, устроив брата в нише, – у них сил маловато, не хватает поставить на всех защиту. Натолкнулись на ловушку, а она оказалась многозарядной, едва выжгли летящие во все стороны колючие шарики, как полетели огненные стрелки. Ладонь прожигают насквозь… и гаснут, лишь когда попадут в камень или магический щит.

– Ну это и сразу было понятно, – мягко улыбнулась ему Кася, помогая целительнице снимать с пострадавших успевшие присохнуть повязки, – каждому магу проще воевать, если рядом нет учеников или слабых собратьев. Не нужно оглядываться. Потому и не обижайтесь. Лучше вот помогите раненых устроить, да за Весей следите, у неё ещё силёнок маловато.

– Ничего не маловато, – торопливо допивая отвар с заветным зельем, возмутилась куница, – уж на такие-то раны хватит…

И замерла, не окончив речи, рассмотрев застывшего перед ней Бора.

– У него снова письмо, – встревожился Дарс, – что могло случиться? Мы же только оттуда пришли? Читай скорее!

– Сарг просит временно отдать Бора ему, – тайком вздохнула куница и молча уставилась на фантома, мысленно выдавая ему особый приказ. Угадать, как учитель намерен использовать фантома, она даже не пыталась.

– Зачем?

– Не знаю, – огорчённо вздохнула Веся, провожая взглядом быстро удаляющегося сиреневого сокола, – но наверняка задумал нечто особое.

В письме магистр настаивал, чтобы княжна забрала у Бора часть магии, и Веся ему подчинилась. Однако ни за что не стала бы исполнять это требование, если бы её не встревожило второе указание огневика. Саргенс велел снова отправить Бора в его тело, и Веся не сомневалась, что это не простая прихоть мага. Наверняка Саргенс снова решился на что-то опасное, вроде того прохода, какой недавно выжег магией в завале.

– Собратья, – сказал он тогда пленникам убежища, едва все надышались воздухом свободы, подержали в руках послание Феодориса и полюбовались на Бора, устроившегося в хрустальном старинном графинчике, – раз теперь точно известно, что нас откапывают свои, а не слуги шамана, я хочу объяснить вам свою задумку.

Сидящие взаперти маги выслушали его с недоверием и тревогой, а затем забросали вопросами. Главных сомнений было два: не обрушится ли гора обломков в пробитый им проход, едва иссякнет сила заклинания, и не задохнётся ли сам магистр, а вместе с ним и остальные от жара мощного заклятия?

– Вы все уйдёте в потайной проход, – твёрдо заявил маг, – и вернётесь, лишь когда всё закончится. Но дальше стола пройти не сможете, я поставлю там первый щит. Сам встану возле двери и, едва брошу заклинание, сразу её захлопну. Но рисковать я не собираюсь, мне будет помогать Филитий, он немедленно же пустит следом за моим заклинанием своё «леденящее» дыхание. Ну а свод нового прохода обрушиться не сможет, так как «огненный нож» у меня объединён с превращением. Вернее, «огненный нож» проходит чуть впереди и сплавляет воедино полоску камней или песка, и его можно создать любой формы. Чаще делают прямым, но я намерен выгнуть крутой дугой, чтобы, застыв, свод тоннеля образовал нечто вроде арки. И эта арка накрепко соединит все верхние обломки, ведь они довольно крупные. А сразу за «ножом» идёт превращение, обращая сердцевину тоннеля в мелкий песок. Этот песок остудит и выбросит прочь заклинание Филития. Но тем не менее сразу входить туда будет нельзя, несколько минут он должен остывать.

– Я могу бросить «леденящее дыхание» два раза, – заявил Филитий, и всем остальным пленникам пришлось им довериться.

Не сомневалась в словах магистров и Веся, но тем не менее заставила обоих взять магии у Бора, чтобы ставить щиты не скупясь. Да и просто на всякий случай, мало ли какая вдруг возникнет неувязка, в таких делах скупость худший враг. И сейчас княжна даже на миг не засомневалась, отправляя Саргенсу своего фантома. Как ни дороги ей магические создания, но человеческая жизнь неизмеримо дороже.

– Подлечу раненых и пойду гляну, чего ещё он там задумал, – тихонько шепнула целительница Кастине, стараясь, чтобы не услышал никто, кроме матушки.

Она-то воспитанницу не выдаст, а вот маги или даже Ранз вполне могут тут же позвать Береста, ушедшего в потайной проход помогать устраивать там новые лежанки. Верховный магистр во всеуслышание заявил, что в этом убежище временно будет лазарет, столовая и место, где маги станут по очереди отдыхать, он уже отправил Егорше наказ собрать ещё один отряд.

Торопливо добавив фантому последнего пациента своей силы, Веся украдкой оглянулась на шкаф, за которым была дверца в потайной проход, и решительно направилась к выходу из убежища. Берест на неё, конечно, обидится… но зато у куницы будет спокойнее на душе, если он будет в безопасности.