Вера Чиркова – Вернись, а то убью! (страница 20)

Некоторые из наемников неистово захлопали, остальные задумались. Парочка особенно сообразительных девиц ринулась к двери, вовсе не желая оставить даже на время свои немудреные пожитки. Могу только предположить, что самыми дорогими для них были вовсе не скромные сбережения, а всякие флакончики и склянки с мазями и красками.

Однако получить их назад женщинам было не суждено. Для них, как и для всех остальных, оставшееся в комнатах имущество было теперь недоступной роскошью. Двери оказались накрепко заперты, а на балкончике позади стола возникли те самые крепкие лакеи, недвусмысленно державшие на весу тяжелые многозарядные арбалеты. Именно такие, какими генерал Тродинион недавно вооружил самые отдаленные пограничные форпосты.

Глава 7

Вскочившая было из-за столов толпа настороженно притихла, и Камира снова шагнула к перилам.

— Друзья мои, не нужно тревожиться. Я всё вам объясню. Мне стало известно… что среди нас затесался шпион. И я вынуждена пойти на этот шаг… иначе все наши старанья пропадут напрасно. Но я обещаю, всё, что вы оставили в своих комнатах, дождется вашего возвращения в целости и сохранности.

Она врала, и врала вдохновенно. Хотя и не очень умело, стиснутые в крепкий кулачок пальцы непроизвольно мазнули по подбородку, и снова вцепились в перила. И по взглядам наемников я понял, что некоторые обо всем догадались… но таких было слишком мало, и они предпочли смолчать.

Слишком большой опасностью для жизни повисло в воздухе обвинение хозяйки в возможном шпионаже. Достаточно указать на недовольного пальчиком и заявить, — а не это ли шпион? — и недавние собутыльники вмиг разорвут невинного на клочки.

Харг побледнел и отступил, и встретившись с ним глазами, я поймал его смятенный взгляд. Все ясно, трусоватый повар не только со мной договаривался о взаимовыручке и теперь боится, что подумают именно на него.

Я ободряюще подмигнул новому приятелю, и отступил в тень, раздумывая, как бы незаметнее послать тревожного вестника.

— Давай, Сахта! — Скомандовала тем временем Камира и из-за общего стола поднялась немолодая женщина, со спокойной насмешливостью наблюдавшая за присутствующими.

Я только теперь удосужился получше рассмотреть ее, даже не пытаясь выругать себя за то, что не сделал этого раньше. Во-первых, просто невозможно разгадать за один день несколько десятков совершенно незнакомых людей, а во-вторых, и это самое главное, ведьма тщательно маскировалась. Не зря же так изумленно и недоверчиво разглядывают сейчас Сахту примолкшие наемники.

А она, не обращая внимания на появившееся во взглядах сотрапезников разочарованное понимание, дошла до балкончика и уверенно скомандовала ученикам:

— Дайте-ка сюда ваши накопители.

Олли было зашипела рассерженной кошкой, но Тур что-то ей сделал, то ли пихнул, то ли одернул, и первым уверенно снял с шеи посверкивающий искрами камень. Протянул руку к другу и Рун хмуро положил на его ладонь свой накопитель. Последней свою магию нехотя бросила ему Олли, и маг собирался уже подать висящие на цепочках кристаллы ведьме, как Терон, повинуясь безмолвному приказу Камиры, потянул за скрытый за аркой рычаг.

Что-то заскрипело, часть перил распахнулась, как простая садовая калитка, и из под балкончика выехала неширокая деревянная лестница.

— Идите туда, поможете ей, — скомандовала Камира, и я облегченно перевел дух, только теперь сообразив, что ученики минуту назад успешно сдали самый главный экзамен в жизни.

По выживанию.

Сахта что-то негромко объясняла остановившимся рядом с ней ученикам, а несколько наемников, из числа тех, про кого Харг сказал — новички, проворно заняли вокруг магов круговую оборону. Еще с десяток их товарищей начали строить наемников попарно плотной колонной, объясняя правила выхода из портала. Нас с Харгом тоже потеснили от очага серьезные парни с холодными глазами, и мне ничего не оставалось, как покрепче сжать дрожащую руку повара.

Про то, чтобы отправить вестника, теперь можно было забыть надолго. Ведьма слишком предана Камире, и сразу сдаст меня ей, как только вычислит. А почувствует обязательно, не зря у нее вся шея увешана дешевыми на вид бусами и подвесками, явно собственного производства. На деле вся эта яркая лепота — сильные амулеты и можно не сомневаться, что там найдется оберег от всякого бедствия. Ну а всплеск магии, сопровождающий отправку вестника, её бусы не могут не посчитать угрозой для их хозяйки. Такие самоучки почему-то больше всего боятся магов из ковена.

Тревога за судьбу учеников теперь грызет меня яростнее, чем бродячий пес случайную корку. Уже нет никакого сомнения, что никого из них не собираются отпускать в родную школу, а способов заставить магов дать присягу на верность, ушлые хозяйки с помощью Терона сумеют придумать целую кучу.

Серый овал большого портала разгорелся и застыл туманным озерцом, пугая своей неизбежностью неведомого.

— Пошли, — кратко скомандовала ведьма, и те, кто в одночасье превратились из обычных наемников в надзирателей, резко подтолкнули к переносу первую пару бывших собутыльников.

— Бегом, — рявкнул Терон на чуть замешкавших бедолаг, наглядно показывая всем свой статус.

Надзиратели, не церемонясь больше, кинулись подгонять вереницу тычками и оплеухами, а растерявшиеся наемники и не подумали сопротивляться. Слишком наглядным было преимущество соперников, оттягивающее тяжелыми ножнами пояса и перевязи. А у наемников даже ножи были не у всех, приглашали-то их на праздник.

И они побежали, а за ними следующие и следующие. Через пару минут ретиво мчались и мы с Харгом, торопясь проскочить мимо надзирателей и не схлопотать ни одного тумака. Не знаю, как Харг, а я боялся не столько не сдержаться сам, сколько того, что не выдержит Олли.

Но все обошлось, наша прыть принесла нам не только избавление от плюх, но и одобрительные ухмылки надзирателей. Мелькнуло сбоку хмурое лицо Тура и накрепко стиснутые губы Олли, окатила непроглядной темнотой пустота портала и мы с поваром вывалились на какой-то мягкий и неустойчивый бугор, противно провалившийся под ногами. Я еще пытался удержаться в вертикальном положении, лихорадочно пытаясь сообразить, в какую сторону нужно отступать, но тут в спину ударили ноги очередного наемника и мы покатились вниз, теряя друг друга и всякое представление о происходящем.

Следом катились искатели приключений, прыгнувшие в портал за нами, и я живо представил как сейчас их тяжелые туши, пахнущие вином, потом и острыми приправами, свалятся на мою голову. И настолько неприятной показалась возникшая в воображении картинка, что едва ощутив ребрами твердую поверхность, я стремительно вскочил на ноги и прыгнул в сторону. Ясно ведь, что никаких ловушек или ям тут можно не опасаться. Не для того госпожа Камира и её матушка приложили столько усилий, заманивая в свой замок толпу доверчивых бродяг, чтобы сразу их прибить. Нет, на всех этих людей у расчетливых дам есть собственные, далеко идущие планы, и теперь все мы уже очень скоро узнаем, какие именно.

Сделав несколько шагов в сторону от охающей, матерящейся и шевелящейся кучи, пытаюсь поскорее рассмотреть и понять, куда это нас забросило. Но единственное, что мне пока удалось разглядеть в свете пары факелов, воткнутых в щели между камнями стен по разные стороны от высокого стога слежавшейся, старой соломы — мы находимся в просторном, темном и сыром помещении. Очень старинном и заброшенном, когда-то служившем приемным или пиршественным залом во дворце или замке.

А ныне это просто руины, с выпавшими из стен каменными плитами и полуобвалившимися оконными проемами, заваленными булыжниками и разным мусором. При более внимательном изучении обнаруживаю, что над большей частью этого зала нет не только потолка, но и крыши, и нам отчаянно везет, что здесь нет дождя. Хуже кучи старой соломы может быть только куча старой промокшей соломы. Дверей тоже нигде не видно, лишь несколько арочных проходов в ниши, где возможно когда-то давно стояли скамьи или статуи. А может быть просто вазы с цветами. И единственное, что меня привлекло в этих нишах, это чудом сохранившиеся своды, выложенные из камня в виде перевернутых чаш. Если нам придется провести ночь в этом помещении, неплохо бы захватить одну нишу и натаскать туда соломы. А для начала очень не помешает получше ориентироваться в этой полутьме. Зайдя под одну из арок, незаметно достаю из пояса фиал с кошачьим зрением и торопливо глотаю крошечную пилюлю.

И вот тут мне внезапно пришло в голову, что я полный болван. Ведь пока тут нет ни ведьмы, ни её хозяев, наверняка тоже вооруженных оберегами её изготовления, никто не сможет засечь короткого магического всплеска, почти незаметного на фоне мощного портала. Так что же я тогда теряю время на изучение обрушенного потолка, если имею возможность послать тревожного вестника?

Темнота понемногу отступает под действием магического зелья и, убедившись, что поблизости от выбранного мною укромного уголка никого нет, осторожно достаю из потайного карманчика обычную бусинку.

Она у меня всего одна, ведь отправляясь в северную школу, под защиту охранных заклинаний и бдительных магов я надел самый простой из своих поясов. И хотя в нем есть почти всё то же, что и в самом главном поясе, но в значительно меньшем количестве. Например, дротиков почти в три раза меньше, а особо опасных зелий и атакующих амулетов вообще нет. Так ведь откуда ж мне было знать, что судьба забросит нас к гархаям на самый край света?