Вера Чиркова – Северное герцогство (страница 7)

– Нисколько, – с улыбкой заверил ее Ирджин, – я очень рад, что ты так решила.

– И я, – серьезно сообщила Лиата, – и вовсе не из-за папеньки. Ты по характеру добрая и справедливая.

– Я? – изумилась Кора.

– И смелая, – добавил Анвиез и пообещал, – а учиться мы тебе поможем. Хотя мне кажется, ты несколько преувеличиваешь трудности, и недооцениваешь собственную решимость. Та битва с булыжником показала совершенно иное… кстати, я его нашел и скоро верну… как только подберу подходящую рукоятку. Все-таки это твой первый собственноручно созданный артефакт.

– Артефактор? – неверяще охнул Сабенс, жадно рассматривая девушку, в которой с первого взгляда не нашел ничего особого, кроме яркой внешности.

– Мне так показалось… – уклончиво отозвался Анвиез, и осторожно заглянул в лицо так неожиданно обретенной любимой.

Лиатана задумчиво изучала сестру, но в ее взоре не было ни вполне ожидаемой зависти, ни огорчения. Ни грана ни одного из тех чувств, с какими большинство людей смотрит на счастливчиков, неожиданно нашедших небывалый клад.

Ведь не могла же она не понимать, насколько редкостен этот дар, если буквально вчера он пояснял невесте тонкости и сложности изготовления переговорных рожков и других редчайших вещей?

– Как это замечательно! – словно в ответ на его мысли восхищенно выдохнула Лиата, – Лиечка, ты сможешь делать самые необыкновенные амулеты!

– Лет через пятьдесят, – хмуро пообещала Кора, – раньше я не научусь… если Анви, конечно не ошибается. Мне другое интересно… а когда я стану ученицей?

– Ты уже ученица, радость моя, – просветил её не скрывающий счастья Ирджин, – с того самого мгновения, как согласилась.

– Что, так просто? – не поверила она, – и не будет ни грома, ни молнии, ни каких-нибудь волшебных цветов или звезд?

– Я всегда говорил, – усмехнулся Сабенс, – что этот момент нужно сделать торжественным и запоминающимся. Вроде небольшого ритуала. Взрослые конечно и так понимают, а вот подросткам трудно поверить, что они пересекли незримую грань.

– Резерв не всегда бывает… – вздохнул Анвиез, признавая справедливость его слов.

– На воспитание уродов не жалеем… – буркнул Ирджин и Кора ахнула, увидев возникшее под потолком светящееся облачко.

Собранное из тысяч перемигивающихся разноцветных жарких искр, оно медленно и величественно подплывало к ней, и одновременно усиливалась звучащая под сводом торжественная музыка.

– Коралия Гранериз, – негромко, но веско произносил ее учитель, – с этого момента ты равноправный адепт белого ордена магов, и все мы тебе собратья. И неважно, что пока ты ученик, если потребуется любой из нас придет тебе на помощь.

Облачко опустилось на замершую Кору, коснулось ее волос, рассыпалось искрами по скромному платью и исчезло, оставив после себя аромат сирени и последний аккорд стихающей музыки.

– Как прекрасно, – с чувством сообщила Ильда, – Поздравляю, Лиечка! И давайте проголосуем, раз нас уже так много, за то, чтобы этот ритуал стал всеобщим при приеме в ученики.

Возражавших не нашлось, и вскоре вся компания входила в столовую, устроенную в том самом куполе, что высился над центром дворца.

Просторный круглый зал, из которого на широкий балкон выходило восемь дверей, и втрое больше высоких арочных окон, был пронизан солнцем и небесной синевой, сливавшейся с водами Берсно.

– Тут балкон тоже защищен сетью, – сообщил Анвиез, входя в столовую – но к ней еще и привязан магический купол, защищающий от дождя и ветра, поэтому обедать и гулять здесь можно в любую погоду. К тому же на куполе висит отвод глаз, любопытные гости не станут рассматривать нас в подзорные трубы.

Посреди зала стоял большой овальный стол, окруженный удобными полукреслами.

Под окнами разместились столики поменьше и пониже, диванчики, кресла и козетки.

– А мы не стали обедать, ждали вас, – порадовалась Фаиния, – Лираннии нужно было укладывать детей, поэтому они с матерью решили обедать в своих покоях. А лэрд Вандерт поел быстро и ушел, там Вашек не может решить какие-то споры послов.

– Вашек и не может? – Насмешливо переспросила Ильда, – видимо послы попались особо самоуверенные.

– Я схожу после обеда, – пообещал ей Анвиез, – они все слишком привыкли, что с Вандертом можно не особо церемониться, он всегда подчеркивал, что не собирается полностью замещать правителя.

– Но теперь он ведет себя иначе… – рассмотрев незнакомого гостя, усмехнулся Грозби, – лэрд Гонтис был просто ошеломлен, когда Вандерт его отчитал и обвинил в невнимании к бедам его дочери.

– Наши собратья из цитадели уже разбираются в той истории, – пояснил ему магистр, – а регент всегда видел их насквозь, но не считал нужным это показывать.

– Да, – улыбнулась Ильда, – Он разделался с нахальным послом за пять минут. Но мы ждем обещанного рассказа о ваших приключениях.

– Счастье мое, мы хотели после обеда немного отдохнуть, – неожиданно отказался Дарвел, – день сегодня выдался не очень мирный. Лучше встретимся в кабинете за два часа до ужина, нужно обсудить новые указы… и заодно все вам расскажем.

– Конечно, – мгновенно согласилась с ним знахарка, – я не против.

К изумлению Сабенса ни одна из девушек не выразила и тени недовольства, хотя, придя в столовую, все они поглядывали на магов с явным нетерпением. А после заявления герцога и словечка об этом не проронили, даже пошутить себе не позволили. И не только ученицы белых магов, но и их мать, как он постепенно разобрался, и лейда Нетанья, старшая фрейлина герцогини.

Она показалась Сабенсу смутно знакомой и он решил позже отправить запрос своему помощнику, заодно приводящему в порядок и хранящему обширную переписку магистра. Сабенс всегда выявлял всех родственников каждого из своих учеников и выяснял, смогут ли эти бабушки и дядюшки помешать учебе его подопечных. Но изредка встречались такие, кто могли или желали помочь. И вполне возможно, эта лейда была одной из таких родственниц, иначе он не стал бы запоминать ее лицо.

Обед закончился довольно быстро, и никто не пожелал гулять по балконам. Едва герцог с женой встали из-за стола и направились к лестнице, за ними потянулись и остальные.

Ирджин придерживал спускавшуюся по лестнице Кору и чувствовал себя таким счастливым, каким не был очень давно… а может и никогда. И пытался придумать веский повод побыть рядом с нею еще хоть несколько минут, но ничего подходящего в голову не приходило.

А двери покоев, занятых семьей Дарвела, всё приближались, и маг тайком вздыхал, представляя, как она закроет перед его носом свою дверь и мир сразу станет тусклым, холодным и скучным.

– Это мои комнаты, – распахнув створку, сообщила девушка, – ты живешь почти напротив, вон та темная дверь с белым узором. Здесь все двери разные… чтобы не запутаться.

– А комнаты? – отчаянно тянул время маг.

– У тебя – в каштаново- золотистых тонах, я сама выбирала. Вернее, я сначала выбрала те комнаты себе… – Кора оглянулась и внезапно отступила в сторону, – извини мою невнимательность… держу на пороге. Проходи, сам оценишь.

– Тут уютно, – оглядывая светлое дерево стен и бежевый шелк занавесей и драпировок, заметил Ирджин, – и празднично. Я не люблю темных комнат…, наверное, потому что с юга.

– Садись, – девушка опустилась на диван и замялась, – извини еще раз… я мешаю тебе отдохнуть…

– Ты не можешь мне ничем помешать, – сел неподалеку маг и вдруг решился на отчаянную авантюру, – но если ты позволишь… у меня есть маленькая просьба… Сегодня все мы были свидетелями драмы… предательства, которое трудно простить… Поэтому Дар и не захотел ничего говорить… всем нам нужно время… успокоиться, взять себя в руки. И кто-то, кто все поймет и просто помолчит рядом. Иногда так хочется тепла… обычного тепла родного человека. Мне бы очень хотелось, чтобы этим человеком была ты… Я не прошу ничего фривольного, просто посиди рядом, положи голову мне на плечо я тебя обниму, и помолчим, как самая обычная семейная пара.

Ирджин смолк и терпеливо ждал, как воспримет любимая эту наглость, радуясь уже тому, что не получил кулаком в зубы. Нет, ему это не принесло бы никакого вреда, щиты закрывают даже от случайных толчков. Но отношения были бы надолго испорчены.

А Кора несколько минут упорно молчала, раздумывая над его дерзким предложением, и когда ободренный ее терпеливостью жених осторожно придвинулся ближе и приобнял за плечи, лишь тихонько вздохнула.

Можно подумать ей ничего подобного не хотелось! Особенно когда выдавался слишком трудный день, громче обычного орала свои обвинения хозяйка, пакостнее хихикали ее великовозрастные племянники или чересчур назойливо предлагал замужество хорошо потертый хозяин бакалейной лавки.

Кора сама опустила голову на крепкое плечо жениха, чуточку повозилась, устраиваясь поудобнее и закрыла глаза, представляя, что это то будущее, которое она иногда придумывала себе, чтобы подсластить горечь самых обидных и несправедливых упреков.

Рядом с ней незнакомый пока муж… они сидят вечером у камина, просто наслаждаясь теплом и доверием друг друга. Потрескивают в топке смолистые дрова, плывет по комнате горьковатый запах дыма и аромат свежего чая настоянного на весенних травах. А за окном тщетно беснуется непогода, темноте и промозглости нет доступа в надежный уют этого домика.