Вера Чиркова – Сбежавшая невеста (СИ) (страница 48)

– Ниче не будет, она ж в пере.

– Верно замечено, – съязвил Вельтон, и Джар наконец увидел собрата, сидящего перед столом, заваленным какими-то травами. – Тогда ответь, что будет с новорожденным теленком, если его пустят в стадо?

– Ниче не будет, – пренебрежительно фыркнул подросток. – Какой дурак до этого додумается?

– Ну, допустим, появился человек, у которого до этого не было коров с телятами, и купил себе такое… счастье.

– Ну соседи же ему скажут! – свысока смотрел на учителя парнишка.

– И он послушается? – слишком восхищенно поразился маг.

– Ну да, – помрачнел ученик, явно заподозрив в этом деланом восторге какой-то подвох.

– Так почему тогда ты, – голос Вельтона зазвенел от возмущения, – попав в город магов, не слушаешь ничьих советов и не выполняешь простейших правил? Сегодня я буду просить главу гильдии, чтобы тебя забрали в лягушатник на месяц или два, пока не заучишь как слово «мама», что в домах магов ничего нельзя брать без разрешения! Особенно в башне!

– Я ее там не вижу, – закрыв шар, хмуро сообщил Эгрис и достал почтовый пенальчик. – Придется звать его сюда.

Отправил письмо, сел рядом с женой на маленький деревянный диванчик и незаметно поморщился.

Однако, припомнив, для чего тут такая мебель, менять ничего не стал, им здесь долго сидеть не придется.

– Может, сразу перейдем в гостиную? – словно угадала его мысли Санди, но договорить не успела.

На балкончике появился сердитый и встрепанный Вельтон.

– Все тут? – хмыкнул, мельком оглядев присутствующих, прошел к столу, не обращая никакого внимания на жест хозяина, приглашающий сесть, и заявил: – Я, конечно, скажу вам, где Леаттия, но сначала хочу услышать, чем можно было так обидеть сияющую от восторга девушку, чтобы через три минуты она заливалась горькими слезами? Или мы теперь, как черные маги, начнем воспитывать в учениках страх и беспрекословное почитание учителей? А вы не задумались, куда потом будем девать темных магов с рабскими душами?

– С какой стати тебя волнуют ее слезы? – нахмурился Эгрис, покосившись на закаменевшее лицо друга.

– Забыл? – изумленно поднял бровь Вельтон. – А разве не ты пригласил меня познакомиться с племянницей? С далеко идущими намерениями, между прочим? Вот я и ухаживаю… Она пока не против.

– Об этом поговорим позднее, – сухо отрезал Эгрис. – Сейчас я хочу знать, зачем ты ее спрятал?

– Хорошая идея, – одобрительно кивнул Вельтон, достал из воздуха подушку, бросил на стул и сел, явно не собираясь отвечать на вопрос однозначно. – Но немного запоздала, нужно было подать ее мне ночью, когда велел доставить хранительницу в Давр и просил обращаться с ней как можно деликатнее. «Девочка устала, переволновалась, она ведь впервые исполняет пожелания своего духа. Да и насмотрелась на жертв… зрелище даже для меня было тяжелым…» – Я ничего не пропустил?

– Нет, – проскрежетал Эгрис. – Но спрашивал я не о том.

– А я хочу поговорить именно об этом. Если мне позволили ухаживать за твоей «племянницей», провожать ее и заботиться, значит, рассматривали меня как возможного жениха. И я решил попытаться, поэтому не могу не волноваться, когда застаю свою почти невесту в слезах. Для чего тогда нужны женщинам женихи и просто поклонники, если не защищать и оберегать? Как всем известно, только черным отшельникам важнее всего их собственные желания, до чувств женщин им нет никакого дела.

– Вельтон! Ты не все знаешь и потому ошибаешься. – Ледяным взглядом главы гильдии можно было птиц на лету замораживать. – И я последний раз требую ответить мне на простой вопрос – где Лайна?

– Не знаю такой, – нагло ухмыльнулся маг. – А вот графиня Леаттия Брафорт сейчас спит. Но прежде чем сказать тебе, где именно, я должен передать ее слова: «Скажи ему, что я решила пожить здесь и гостей пока не зову, не за тем я вступала в гильдию, чтобы меня всюду водили на цепочке, как диковинную зверушку».

– Где она это сказала?

– В домике на перевале Тезграу.

– Откуда ты знаешь, что она спит? – вмешалась в разговор Санди. – Если девушка обижена, она может решиться на любое безрассудство.

– Ну я же не белый маг, – словно невзначай кольнул Вельтон, – и не новичок. Разумеется, я оставил следящее заклинание, и пять минут назад убедился, что она спокойно спит в своей спальне. Но если вы мне не верите, можете убедиться сами.

– Я тебе верю, – заявил Эгрис, – но оставить ее без присмотра не могу, извини. Мне внуки не простят, если с ней что-нибудь случится.

– Ну, до внуков… – еще бурчал маг, а сам уже стоял возле малого шара, предназначенного для таких случаев.

Привычно вставил на место напоенный силой камень, нашел по своему маячку бывшую охотничью заимку, призвал висящую в укромном уголке следилку и провел ее сквозь стены в спаленку на втором этаже. Окна были небрежно занавешены, и в комнатке властвовал полумрак, но все склонившиеся над шаром маги отлично рассмотрели спокойное лицо мирно спящей графини.

– Хватит! – резко прервал связь со следилкой Вельтон. – Энергии у меня было маловато, я уходил порталом.

– Значит, ты здесь уже больше часа? – мгновенно подсчитал глава гильдии. – Почему не написал?

– Ждал, – нахально ухмыльнулся тот. – Если бы я написал, то высказать вам все в лицо мне бы не удалось.

– Я домой, – тихо процедил Джар и исчез, даже не встав со стула.

– Что он тебе сделал плохого? – вздохнула Ирсана, укоризненно глядя на Веля.

– Пока ничего, – с неожиданной печалью ответил тот, очень внимательно вглядываясь в хмурое лицо магистра, которого хорошо изучил за последние годы и хотел бы называть другом. Тайком вздохнул и строго, почти жестко заявил: – Просто я успел понять, сколько неприятностей и боли могу получить, если не ударю первым.

– Что? – нахмурился глава, поерзал на жестком сиденье и предложил: – Пойдем в гостиную?

Отказываться никто не стал, и через минуту, удобно устроившись в мягком кресле возле столика, на котором стояло огромное блюдо с фруктами, Эгрис требовательно уставился на гостя.

– Вы частенько забываете, – ухватив кисть прозрачно-розовых винных ягод, усмехнулся Вель, – где мы учились использовать магию.

– Я прекрасно помню, что ты ушел от черного, а Джар – от белых, – сухо сообщил глава гильдии.

– Но не учитываешь одной мелочи. Хотя мы давно приняли ваши законы и следуем вашим правилам, в чем-то всегда остаемся мальчишками. И в отношении к вещам, событиям и людям сначала следуем тем правилам, которые вбиты в нас первыми учителями, и только чуть позже начинаем действовать как темные маги. Вот посмотри на моего ученика, он самый старший в довольно бедной семье. И привык точно знать, что, сколько и где лежит в доме. Его тревожит все непроверенное и неподсчитанное, потому что он приучен все держать под присмотром, в большой семье иначе нельзя. Иначе один съест весь сахар, а второй рассыплет соль или муку. И в лягушатнике его хвалили, потому что там нет лаборатории с ядами и кислотами. А я мучаюсь, хотя и привык, на минуту выйдя из башни, активировать все ловушки. Но самые простые из них он уже научился разряжать.

– Скажи Бензору, чтобы дал тебе артефакт с големом, – мгновенно решил проблему Эгрис, – и переходи уже ближе к делу.

– Подожди, я, кажется, поняла… – нахмурилась Санди. – Ты хочешь намекнуть, что черные маги всегда сами выбирают женщин, а у белых зачастую наоборот?!

– А вы не знали, как он женился в первый раз?

– Вот эта черта в тебе тоже от черных, – вздохнула магиня. – Запоминать о собратьях по гильдии все, о чем узнаешь случайно, вплоть до несущественных мелочей.

– Потому что черные маги любят править и ради власти играют судьбами людей как им заблагорассудится. Но для этого мало заклинаний и зелий, нужно знать слабые места жертв, их желания и многое другое. – Вельтон мрачно ухмыльнулся и процедил сквозь зубы: – Потому я и сбежал, едва понял, что для мастера я не человек, а вещь. Но мы не обо мне.

– Знаю я про его жену, – нехотя буркнула Санди. – Позвала взрослая женщина семнадцатилетнего парнишку помочь шкаф подвинуть… Там он и остался, пока из гильдии не выгнали.

– Вот! – с победным видом посмотрел на нее Вельтон. – Он жил у них почти семь лет и привык, что зачастую первыми делают шаг к сближению девушки. Нет, бывает и обоюдная любовь, но обычно мужчинам некогда ухаживать. Они целыми днями пашут как лошади, а садясь к столу поужинать, видят рядом принаряженную заботливую и веселую девицу. У них там по вечерам нередко праздники, хмельной мед, танцы… мы же люди взрослые, понимаем, к чему это приводит.

– Но Джар… – задумался глава и оглянулся на Санди: – А ведь я сомневался!

– Да? – ехидно фыркнул Вельтон. – А разве он не при тебе вчера в нее вцепился? Ты его лицо рассмотрел?

– Он тебя спасал! Ее защита может любого ошпарить как цыпленка!

– Если ты кого-то спасаешь, то первым делом хватаешь на руки нападающего? – Вель с наигранным изумлением уставился на Эгриса, и тот от досады стиснул зубы. – Мне казалось, в этом случае нужно было брать меня и уводить порталом хотя бы в соседнюю комнату. Короткие пути получаются мгновенными, это знают даже ученики.

– Вельтон, хватит! Ты прав, – не выдержала Ирсана, пересела ближе к мужу, обняла напряженные плечи. – Тут больше всех виновата я – недоглядела. Но теперь мы попытаемся все исправить, я сама пойду просить у нее прощения.